О ЖИЗНИ И ТРУДАХ МАГИСТРА ОНТ. Часть 2.

Часть 1.
Часть 2.
Часть 3.
Часть 4.
Часть 5.
Часть 6.
Часть 7.


Серия журналов «Остара» была изначально задумана исключительно в качестве форума для австрийских «пангерманских» авторов и публицистов. Так, первые два номера «Остары» были направлены против всеобщего избирательного права в монархии Габсбургов и против венгров. В журнале Йорга Ланца-Либенфельза публиковались не только австрийские «пангерманцы», но и их единомышленники из Германской империи - например, Адольф Гарпф, опубликовавший в «Остаре» главный труд своей жизни «Народная мысль и аристократический принцип».

В венских «народнических» и ариософских кругах оживленно обсуждались опубликованные на страницах «Остары» и рекомендованные Ланцем-Либенфельзом всем «национально мыслящим» австрийским немцам сочинения «имперско-немецких» пангерманцев о «современном расовом хозяйстве» - например, труд Эрнста Гассе «Немецкая политика» (изданная, после публикации частями на страницах «Остары» в 1907 г. отдельным изданием, в трех томах). Согласно посвященной труду Гассе статье Ланца в венской «Остаре», Гассе требовал в своем сочинении тщательной «селекции как можно большего числа чистых арийцев» для обеспечения «победоносной силы в глобальной борьбе народов за власть над земным шаром». «Только перенаселение, всеобщая нужда и голод, царившие в лишенной всего необходимого Германии», по мнению Ланца, побуждала «дружины германской молодежи» («юнгманншафты», Jungmannschaften) отделяться от своих сородичей и уходить на покорение новых земель. «Такая же нужда, правда, сопровождаемая возможностью осуществления селекции чистой человеческой породы, должна воцариться и в нашем народе, предшествуя его воцарению над миром». При этом для немцев, по убеждению Ланца, имело значение не стремление к «индивидуальному счастью», а лишь «народная этика», «целью которой является главная задача культуры – селекция сверхнарода (нем.: юберфольк, Uebervolk), в отличие от сверхчеловека (нем.: юберменш, Uebermensch) Ницше, оторванного от народа.

(Заметим в скобках, что изобретателем понятия «сверхчеловек» был, вопреки широко распространенным, но от того не менее ложным, представлениям, отнюдь не философ Фридрих Ницше, а великий гуманист и классик немецкой литературы  Иоганн Вольфганг фон Гёте, называвший в период работы  в 1773-1775 гг. над ранней редакцией своей трагедии «Фауст» - так называемым «Прафаустом» (нем.: «Урфауст», Urfaust) – ее главного героя – доктора Фауста именно «сверхчеловеком», нем.: «юберменш», Uebermensch. Впрочем, это так, к слову...)

Далее в «Остаре» была приведена цитата из речи Эрнста Гассе, произнесенной им на празднике австронемецких «народников» в Немецкой Богемии (Чехии): «Очищенной от всех космополитических шлаков немецкой народности, обладающей достаточной массой, чистой расой, силой и здоровьем, высоким жизненным уровнем, свободным самоуправлением, боевой подготовкой, хорошей структурой и тесной сплоченностью, принадлежит будущее».

В 1908 г. в очередном номере «Остары» был опубликован труд немецкого «народника» голландского происхождения Гаральда Арьюны (Арджуны) Грэвелла ван Йостенооде  «Германский закон Двенадцати таблиц. Народные директивы для нашего будущего» (нем.: Das germanische Zwoelftafel-Gesetz. Voelkische Richtlinien fuer unsere Zukunft), содержавший практические предложения, направленные на достижение великой цели «мирового господства германской сущности». В нем Йостенооде, в частности, предлагал провести реформу образования: «Вместо гимназий, этих римских духовных узилищ, нам необходимы германские учебные замки. Несколько крупных образцовых училищ, расположенных в живописной местности, должны быть безвозмездно предоставлены в распоряжение сынам чистой расы. Им надлежит стать рассадниками нового духа».

Вероятно, не без влияния этих идей Йостенооде об «учебно-селекционных замках» Ланц превратил в нечто подобное купленный им для «Ордена Нового Храма» полуразрушенный замок Верфенштайн, а впоследствии, в период «Третьего райха», обучение и воспитание молодой смены партийных кадров гитлеровской НСДАП проводилось в так называемых «орденских замках» («орденсбургах», Ordensburgen); да и «юнкерские училища» для подготовки офицерских кадров СС («СС-Юнкершулен», SS-Junkerschulen) также размещались не где-нибудь, а именно в замках.

Кроме того, Гаральд Арьюна Грэвелл ван  Йостенооде требовал на страницах ланцевской «Остары» введения строжайшей кастовой системы, «как у индийских ариев», с целью «противодействия демократическому сознанию. Необходимо точное ранжирование народа в зависимости от происхождения, дабы была точно известна расовая принадлежность каждого и доля людей чистой крови в рамках расы».


Начиная с 1908 г., Ланц-Либенфельз стал фактически единственным автором почти всех номеров «Остары», опубликовав на ее страницах свои труды «Раса и женщина, отдающая предпочтение мужчине низшей расы» (1908), «Введение в расологию (биохимическое, физиологически-электрическое, морфологическое и антропометрическое различение расовых признаков)»; «Опасность прав женщин и необходимость морали господ, стоящей на защите прав мужчин» (1909); «Оценка характера по форме черепа» (1910); «Половая жизнь и любовь светлых и темных» (в двух номерах, 1910); «Введение в сексуальную физику» (1911); «Моисей как дарвинист (введение в антропологическую религию)» (1911); «Каллипедия, или искусство сознательного производства детей (расово-гигиенический справочник для отцов и матерей» (1911); «Блондин как творец языков» и т.д. Со временем барон  Ланц фон Либенфельз даже открыл в немецком городе Магдебурге свое собственное издательство «Остара» (нем.: «Остара-Ферлаг», Ostara-Verlag).

Ланц-Либенфельз использовал в своих трудах идеи Г(в)идо фон Листа, Отто Вайнингера (автора нашумевшей антифеминистской книги «Пол и характер», покончившего с собой, «будучи не в силах вынести бремени своего еврейского естества»), упоминавшегося выше барона Карла-Людвига фон Райхенбаха (автора теории «ода», весьма почитаемого и Е.П. Блаватской), автора эволюционной теории Чарльза Дарвина, переселившегося в Германию английского ариософа Хьюстона-Стюарта Чемберлена, графа Артюра де Гобино и других, перемешивал их идеи с примерами, взятыми из области современных ему исследований в области электричества, религиозной мистики и толкований Библии, к которым добавлял свои собственные мысли, свидетельствовавшие об его крайнем женоненавистничестве и постоянной готовности бороться за права мужчин (именуемой в наше время «мачизмом» или – пуще того! - «мужским шовинизмом»).

У Отто Вайнингера Ланц позаимствовал мысль о родстве современных ему евреев с монголами (монголоидами) и неграми (негроидами):

«В антропологическом отношении, иудейство, кажется, состоит в определенном родстве с обеими упомянутыми расами, с неграми и монголами. На родство с неграми указывают столь часто встречающиеся у них (евреев – В.А.) курчавые волосы, на примесь монгольской крови – лица и черепа евреев, нередко имеющие совершенно китайскую или малайскую форму, и, соответственно, столь же часто встречающийся у них желтоватый цвет кожи».

Любопытно, что подобные идеи не были чужды даже «отцу научного коммунизма» Карлу Марксу, честившему (правда, за глаза!) своего главного идеологического оппонента и соперника в борьбе за умы и души немецкого пролетариата - курчавого и смуглого жгучего брюнета Фердинанда Лассаля (такого же еврея-выкреста, как сам Карл Маркс)- «еврейским негром» (что, видимо, было большим недостатком в глазах основоположника марксизма). Но это так, к слову...

Студентов Ланц предостерегал: «Немало отличных парней попало в беду и не смогло выполнить своего жизненного предназначения из-за баб. Честно говоря, в наше время молодым людям ни от кого не грозит столько опасностей, сколько от невоспитанных или неправильно воспитанных, одержимых необузданной похотью тупых немецких баб».

По его мнению, «немецкая баба» («дойчес вайб», deutsches Weib) в качестве сексуального партнера предпочитает представителей низших рас или «полуобезьян» из-за присущей последним большей «мужской силы». Ланц любил иллюстрировать свои тезисы рассказами о суках, предпочитающих, чтобы их покрывали не породистые кобели, а дворовые псы (метисы, то есть, бастарды, или ублюдки). Поскольку первый любовник женщины «пропитывает» («импрегнирует») ее своим семенем и тем самым превращает ее в свою собственность, дети этой женщины ото всех последующих партнеров наследуют исключительно признаки этого первого мужчины, что (в случае его принадлежности к «полуобезьянам») приводит к неисправимой порче расы. Поэтому сохранение арийской девушкой невинности до брака имеет, по Ланцу,  не только чисто сексуальную, но и чрезвычайно важную расово-научную ценность.

Описанный выше феномен был назван телегонией - в честь Телегона, сына древнегреческого героя Одиссея от чародейки Кирки, не узнавшего отца, и, по одному из вариантов мифа, смертельно ранившего Одиссея стрелой с наконечником из ядовитой иглы морского ежа (или морского ската-хвостокола). В телегонию, кстати, верил не только Ланц, но и, скажем, автор эволюционной теории Чарльз Дарвин.

В свете вышеизложенного, Ланц считал, что всякий жених обязан непременно проверять свою невесту у врача на предмет ее девственности и строго охранять свою жену после заключения брака. Ибо: «Трагизм эротики героического мужчины заключается в том, что он представляется как женщине его собственной расы, так и в еще большей степени - женщинам чуждой расы, гораздо менее сексуально привлекательным, в силу своей более тонкой конституции... Живущие среди нас темные мужчины низших рас, в силу своего более грубого сложения, являются более сексуально привлекательными для наших женщин, ибо окончательно извратили и испортили их эротический вкус - как в психическом, так и в чисто физическом плане...»

Ланц неустанно боролся с феминистками и феминистами (в описываемое время протагонистами прав женщин выступали и мужчины - в Австрии таковым являлся, в частности, видный социал-демократический деятель Виктор Адлер, приютивший бежавшего из царской ссылки в Австро-Венгрию Л.Д. Бронштейна-Троцкого).

Верфенштайнский приор утверждал, что феминистки («суфражистки») «ненавидят детей и стремятся взвалить бремя воспитания детей на мужчин. Только представьте себе эту гротескную картину!» По его убеждению, «безумное увлечение чрезмерным школьным обучением», доходящее до глупости, не только вызывают у женщин нервные заболевания, но и приводит к утрате ими способности рожать детей и вскармливать их грудью». Он призывал «немецкого юношу» избегать следующих типов женщин: «баб с университетским образованием; девушек, состоящих на государственной службе; девушек, охотно вращающихся в свете и проводящих много времени на улице; девушек, не разбирающихся в домашнем хозяйстве и в приготовлении пищи; заядлых театралок; дам, увлекающихся спортом; девушек из населенных пунктов, в которых стоят военные гарнизоны». В то же время Ланц советовал отдавать предпочтение домовитым, предельно чистоплотным, скромным, лишенным амбиций, покорных мужчинам и верным девушкам, уже по одной внешности которых можно без труда распознать их принадлежность к типу «селекционных матерей» героической женской расы».

Ланц предостерегал молодых арийских мужчин от губительных добрачных и внебрачных связей с женщинами. и в первую очередь - с проститутками, однако не столько по моральным, сколько по по «расовым» соображениям. Он призывал молодых мужчин к исполнению своего долга, заключавшегося в сохранении германской расы в чистоте и силе. Ради этой высшей цели они были, по его твердому убеждению, обязаны избегать даже малейшей опасности заражения венерическими болезнями. Ланц считал большинство проституток «бабами, принадлежащим к неполноценным расам» и полагал, что «германский муж» должен предоставлять сомнительное удовольствие сношений с этими «вырожденками» столь же «расово неполноценным» клиентам – «к возможно скорейшей погибели и тех, и других»:

«Высшая раса не имела бы никаких шансов избавиться от миллиардов неполноценных, безнадежно дегенерировавших метисов, если бы проституция и сифилис не стерли их когда-нибудь с лица земли! Это и есть адский огонь, в котором будет плач и скрежет зубов, и в который должен быть брошен всякий, кто не облачен в брачную одежду высшей расы!». Сифилис, по его убеждению, и есть упоминаемый в евангелиях «червь неусыпающий, который вгрызается в мозг и кости вплоть до третьего и четвертого колена, и грызет до тех пор, пока сухие ветви не отпадут от древа рода человеческого... это медный грифель, вычеркивающий недостойные и нечистые роды и народы из Книги Жизни...»

Венерические болезни, подобные сифилису, гонорее и т.д., считались Ланцем и другими венскими пангерманцами столь опасными еще и потому, что они наносили вред здоровью «немецкого народа» на  несколько поколений вперед.

Согласно специфическим воззрениям именно австрийских пангерманцев (отражавшим страх австрийских немцев, оказавшихся, после исключения империи Габсбургов из Германского Союза в 1866 г., в меньшинстве перед лицом других народов Двуединой монархии, плодившихся быстрее, чем немцы), «германский муж» был обязан обеспечить господство немцев над другими народами (прежде всего - над «чужеродными», «расово чуждыми» евреями) также на несколько поколений вперед (с одной стороны, путем сохранения «чистоты крови и расы» - избегая половых контактов с еврейками или «метисками», а с другой стороны - путем неустанного укрепления физической силы, отменного здоровья и мощной потенции - ключу к воспроизведению здорового потомства; Ланц обозначал все это словосочетанием «раса и масса»).

Не зря сам Чарльз Дарвин писал в свое время:

«Племя, в котором большое количество членов в высокой степени воодушевлены патриотизмом, верностью, послушанием воле племени, смелостью и симпатией и всегда готовы прийти друг другу на помощь и пожертвовать собой для общего блага племени, восторжествует над большинством других племен - это и будет естественным отбором».

В свете теории Ланца проституция, связанная с повышенным риском заражения венерическими болезнями, угрожала не только «арийскому мужу» как индивидууму, но и всей «расе» и всему «народу», являясь, таким образом, тягчайшим грехом перед пропагандировавшегося Ланцем в качестве высшей ценности «блага немецкого народа».

С учетом вышесказанного, нельзя не обратить внимания на сходство данных максим Ланца-Либенфельза со следующим высказыванием Адольфа Гитлера (сделанным много позднее): «Если и существует Божественная заповедь, в которую мне хотелось бы верить, то она должна заключаться только в следующем: сохранение вида (то есть расы – В.А.)!»

Образцовым представителем «арийской нордической расы» для Гитлера, как известно, обожавшего именовать себя (древним) «греком» и сидевшего в своем рабочем кабинете под панно с ликом древнегреческой богини мудрости и военного искусства Афины Паллады, служил эллинский муж, наиболее зримо воплощенный в знаменитом «Дорифоре» - статуе обнаженного силача-копьеносца, могучего спартанского воина, выращенного в древнем Лакедемоне в результате тщательной селекции, строжайшего искусственного отбора, на основе тысячелетнего подбора подходящих родителей, безжалостного выбраковывания (убийства) хилых, слабых и уродливых, и труднейшего воспитания выносливости и силы.

К тому же молодой Гитлер, если верить воспоминаниям друга его юности Августа («Густля») Кубицека (почему-то часто именуемого в русскоязычной литературе на чешский манер «Кубичеком»), избегал случайных половых контактов, главным образом, потому, что «опасался инфекции». Вероятно, эти опасения, возникшие у Гитлера, возможно, не без влияния сочинений Ланца, сохранились у него на всю жизнь. Подтверждением сказанного может служить хотя бы длинный, занимающий в немецком издании программной книги фюрера Третьего райха «Моя борьба» 13 страниц (!) пассаж о сифилисе. Впрочем, кто его знает...

Женщина представляла для Ланца ценность лишь как «селекционная мать» (нем. цухтмуттер, Zuchtmutter, что можно перевести и как «селекционная матка») и Приор Верфенштайна, в почти религиозном экстазе воспевал «мать, переносящую страдания во имя расовой чистоты» в следующих выражениях:

«Селекционным матерям надлежит жить в строгой изоляции, дабы не поддаваться соблазну супружеской измены... Однако женщине предстоит вернуться назад, в прошлое, этим преисполненным страданий путем, после того, как она тысячелетиями блуждала по ложным путям вакхической похоти. Ей надлежит сотворить достойный плод покаяния за обуревающую и сжигающую ее постоянно губительную греховную страсть».

Однако за лишения белокурую арийскую «селекционную мать» ждет достойная награда: «Она удостоится любви прекраснейших, достойнейших, сильнейших молодых мужчин, с которыми произведет на свет красивейших и благороднейших детей, а грядущие поколения воздвигнут ей, новой, достойной почитания и поклонения, наиблаженнейшей Богине-Матери, храмы и памятники, воздавая ей высочайшие почести». Ланц требовал передачи женщин «во владение» мужчинам, ибо «фактически, сама Природа предназначила им быть нашими рабынями»... Они суть наша собственность, подобно тому, как плодоносящее дерево является собственностью садовода».

Магистр «германских тамплиеров» призывал белокурую арийскую женщину носить простую, не обременяющую голову прическу с короткой челкой, наполовину прикрывающей ее высокий лоб, а волосы завязывать тугим узлом на затылке, демонстрируя, таким образом, наиболее эффектным образом «всю красоту своих длинных, пышных золотых волос, продолговатую форму своих головы и лица... Именно потому, что они (арийские женщины-блондинки - В.А.) вынуждены жить и передвигаться в темном окружении (т.е. в окружении темноволосых, темноглазых и смуглых особей - В.А.), им не следует стыдиться подбирать покрой и цвет своей одежды таким образом, чтобы наиболее полно подчеркивать свою рослую фигуру, свой пышный бюст, свои округлые бедра и стройные, длинные голени».

Интересно, что сказал бы Йорг Ланц-Либенфельз, будучи перенесен по волшебству в наши дни, когда блондинка больше не считается идеалом красоты белой арийской женщины, превратившись (не без активной помощи кино и, средств массовой информации) в постоянно подвергающееся всенародному осмеянию и издевательствам (причем особенно в - когда-то! - белой Европе!) олицетворение «женской тупости»? Надо думать, его негодованию не было бы границ!

Впрочем, даже тогда многие «пангерманцы» были не согласны с теми или иными положениями Ланца, как чересчур «максималистскими». Так, врач-немец из г. Эгера (Хеба) в Судетской области, критикуя теорию Ланца, согласно которой истинными героями могут быть только блондины, писал ему, что «истинные герои немецкого народа не обладали теми внешними признаками, который сей автор (Ланц - В.А.) считает единственно героическими... Потому что доктор Мартин Лютер был круглоголовым (брахикефалом), а Отто фон Бисмарк (неоднократно упоминавшийся нами основатель германского «Второго райха» – В.А.) - не только круглоголовым, но вдобавок еще и брюнетом».

Врач из Эгера был особенно возмущен попытками Ланца классифицировать, в соответствии с критериями его расовой теории, современных политических деятелей. Так, Ланц относил доктора Юлиуса Офнера из Немецкой Народной партии к представителям «героической белокурой расы». Между тем, на поверку оказалось, что Офнер был еврейского происхождения. «Итак», - писал крайне возмущенный врач из Эгера – «если верить Ланцу-Либенфельзу, героическая раса «докатилась до еврея» (немецкое выражение тех времен, разумеется, не вполне «политкорректное» с сегодняшней точки зрения - «ауф ден юден коммен», auf den Juden kommen - означало нечто вроде нашего русского выражения «дойти до ручки»! - В.А.).

В данной связи нам представляется необходимым особо подчеркнуть, что в плане расизма или антисемитизма Ланц-Либенфельз особого влияния на мировоззрение позднейшего национал-социализма не оказал и оказать не мог. Ведь главным «образом врага» для него (по крайней мере, до 1914 г.) оставались «немецкие бабы», «монголы», «негры» и «средиземноморцы» (под которыми он понимал обитателей стран Средиземноморского бассейна – «левантинцев», и, в том числе, евреев). Поскольку Ланц считал главным злом расовое смешение, расовый хаос, то его мало беспокоили этнические группы, строго соблюдавшие свою расово-этническую обособленность, как это делали не ассимилированные, ортодоксальные иудеи, а также евреи-сионисты (выступавшие за переселение евреев из «стран рассеяния» на «историческую родину – в Палестину, или Эрец-Исраэль).

Как говорил Ланц (явно намекая на слова ветхозаветного патриарха Авраама, обращенные им к своему племяннику Лоту, расстающемуся с праведным дядей, чтобы идти жить жить в град грехов Содом и, после уничтожения Содома гневным Богом за нечестие, вступить в кровосмесительную блудную связь с собственными дочерями: «Если ты налево, то я направо, если я направо, то ты налево»): «Мы идем направо, иудеи - налево, мы не хотим ничего, кроме аккуратного отделения друг от друга, и этот момент наступит тем быстрее и легче, чем раньше иудеи займутся своей собственной национальной селекцией». Проблему он усматривал в существовании «расовых помесей», «метисов», «расовых ублюдков», «расово неполноценных» - прежде всего, евреев-ассимилянтов. Ланцу постоянно не давал покоя вопрос: «Что нам делать с многими миллионами этих необрезанных и крещеных «мы-тоже-немцев», и даже «немецких националистов» - этих метисов, населяющих промышленные зоны и крупные города и сделали немцев и все немецкое столь ненавистными повсюду в мире?»

Как нам уже известно, издатель «Остары» всю свою жизнь был весьма озабочен угрозой смешения высшей расы с низшей, бастардизированной, недоразвитой и порочной расой «недочеловеков»-«унтерменшей», или «зверолюдей»-«тирменшей», которых считал греховным потомством, происшедшим от «нечестивого блуда» недостойных представителей рода человеческого с животными (причем, в первую очередь - от блудных сношений людей с обезьянами).

Но в качестве самого действенного «лекарства» от этой «расовой заразы» барон Ланц-Либенфельз постоянно приводил примеры беспощадного и поголовного физического истребления подобных «зверолюдей» («косматых» сеиров, анакимов, рефаимов, зузимов, енакимов, хана(а)неев и прочих «обезьянышей Содома» - «содомс-эффлингов») «угодными Богу», т.е. «расово чистыми», «сохранившими свою кровь в чистоте», «праведными» ветхозаветными израильтянами, многократно и обстоятельно, со всеми подробностями, описываемого в ветхозаветных Книгах Исход, Иисуса Навина, Царств, пророков и даже в иудейском Талмуде (цитируемом Ланцем-Либенфельзом – являвшимся, по совместительству, также видным ученым-гебраистом - в своих многочисленных трудах весьма широко). Истребления в стиле царя-псалмопевца Давида, который, после взятия города Равы Аммонитской (Рибат-Аммона, нынешнего Амана - столицы Хашимитского королевства Иордании), вывел всех пленных аммонитян из города «и положил их под пилы, под железные молотилки, под железные топоры и бросил их в обжигательные печи» (II Книга Царств, 12, 31).

Что, кстати, между нами говоря, вполне укладывается в рамки идей Чарльза Дарвина, прямо утверждавшего в своем считающемся библией эволюционной теории фундаментальном труде «О происхождении видов в процессе естественного отбора или выживании избранных рас в процессе борьбы за существование» (в наше «толерантное» и «политкорректное» время название главного труда жизни основателя эволюционной теории стыдливо сокращают до нейтрального и политически стерильного «О происхождении видов»):

«Верящий в борьбу за существование и принцип естественного отбора, признает, что каждое органическое существо постоянно стремится приумножиться в численности, и что если это существо хоть немного отличается в повадках или организации таким образом, который дает ему преимущество перед другими обитателями страны - оно захватит место этих обитателей и вытеснит их, как бы сильно ни отличалась новая среда от среды его происхождения».

А также:

«Если бы границы страны были открытыми, в нее несомненно иммигрировали бы новые биологические виды (то есть, по Дарвину, представители других человеческих рас - В.А.), и это серьезно нарушило бы положение некоторых прежних обитателей. Не следует забывать, насколько мощным может быть влияние даже единственного привнесенного извне экземпляра дерева или животного».

Но это так, к слову...

В результате основательного изучения Ветхого Завета и Талмуда Йорг Ланц фон Либенфельз пришел к следующему выводу: «Мистерия "Ветхого Завета" раскрыта, это зверочеловек, а смысл и содержание "Завета" заключается в необходимости истребления зверочеловека и селекции более высокоразвитого нового человека! Именно это поднимает Библию и другие писания древнеарийской первобытной эпохи (например, "Эдду") на огромную высоту по сравнению со всеми иными писаниями и объясняет, почему Библия смогла стать и почему она навсегда останется основой мировой (Христианской – В.А.) религии, преобразующей человечество»!


Соответственно, проповедуемый Ланцем «ариофильский расизм» (по собственному выражению Великого магистра «Ордена Нового Храма») вовсе не включал в себя никаких элементов расового антисемитизма. Мало того - в «Ордене Нового Храма» состояли и «братья» еврейского происхождения (правда, принявшие крещение и порвавшие, по крайней мере, официально, с культом талмудического иудаизма). А  издателя популярного венского журнала «Ди Факкель»  («Факел»), еврея-выкреста Карла Крауза, барон Йорг Ланц фон Либенфельз считал типичным «человеком героического арийского типа» («ариогероиком»).

Как писал Ланц: «Тот, кто видел когда-либо Карла Крауза, вне всякого сомнения, признает, что он не принадлежит ни к монгольскому, ни к средиземноморскому типу... У него темно-русые волосы, которые в молодости наверняка были светло-русыми, высокий лоб красивой формы и вообще голова героической формы - особенно это касается верхней части лица. У него светло-серые глаза... Я не знаю точных размеров его головы... Именно потому, что Карл Крауз вышел за пределы своей расы, он смог стать яростным врагом и усмирителем чандалов... героический человек является также человеком гениальным. Карл Крауз - гений, подлинный гений, ибо он действует, как и подобает творческому человеку-первопроходцу. Уже одно это говорит о его расовой сути...»

Во второй части четвертого тома своего фундаментального труда «Библиомистикон» (л котором еще пойдет речь ниже), озаглавленной «Введение в ариософскую эзотерику Ветхого и Нового Завета» (Intrоduktion in die ariosophische Esoterik des Alten und Neuen Testamеnts, Wien 1932) Ланц с величайшим одобрением отзывался, как о величайшем из мыслителей-ариософов, предтече всех гностиков и авторе (по Ланцу) канонических Евангелий, о...Филоне Александрийском - иудее (хотя и эллинисте)!

Как мы указывали выше, Конвент «Ордена Нового Храма» заседал в восстановленном его Великим Магистром и издателем журнала «Остара» древнем замке Верфенштайн на Дунае, над которым в 1907 г. впервые в Европе было поднято знамя со свастикой (неоднократно упоминавшимся выше крюковидным крестом-гакенкройцем).

Странным образом, именно в «орденском» замке «новых храмовников» Верфенштайн еврейская община города Вены отмечала традиционный иудейский религиозный праздник Кущей («Суккот» или «Сукес»).

Связь между Ланцем и венской иудейской общиной поддерживалась через кандидата в раввины Морица Альтшюллера - друга Великого Магистра «новых храмовников» и издателя «Монумента иудаика» (собрания памятников древней и средневековой иудейской литературы), в издании которого принимал активное участие и сам «беззаветный борец за чистоту белой ариогероической расы» барон Йорг Ланц фон Либенфельз. Кроме того, Мориц Альтшюллер был членом «Общества Г(в)идо фон Листа», а заодно - издателем венского ежеквартального бюллетеня по библеистике «Фиртельяршрифт фюр Бибелькунде» (Vierteljahrschrift fuer Bibelkunde), в котором Ланц также публиковал плоды своих ариософских изысканий.

Еще один близкий друг Ланца и его Ордена - теософ Франц Гартман, один из основателей «Ордена Восточного Храма» («Ордо Темпли Ориентис», Ordo Templi Orientis, ОТО) британского «черного мага», сатаниста Алистера Кроули (основавшего также эзотерический «Орден Золотой Зари», в котором состояли многие представители тогдашней британской духовной элиты - начиная с ирландского поэта и драматурга Уильяма Батлера Йейтса, или Йитса, и кончая известным всем нам литератора сэра Артура Конан-Дойля), служил «мостиком» между ОНТ и оккультной организацией (Обществом, или Орденом) «Туле» (Thule-Gesellschaft, Thule-Orden). Согласно некоторым источникам, барон Йорг Ланц фон Либенфельз якобы, cостоял в «Туле» (как, между прочим, и «повелитель молний» Никола Тесла). Ограничимся в данной связи упоминанием следующего утверждения.

17 эрнстинга (древнегерманское название «эрнстинг» использовавшегося в «Туле» - филиале тайного «Германского Ордена», или «Германен-Ордена»  - и афилиированных подразделениях этой организации «народнического» календаря соответствовало латинскому названию месяца августа) 1918 г. в столице Баварии Мюнхене состоялось учреждение 1-го градуса (степени) «Туле» (до этого в данной организации иерархии степеней не существовало) - так называемого «Градуса дружбы», или «Дружеского градуса» (по-немецки: «Фройндшафтсград», Freundschaftsgrad, то есть, степени, в которую возводились пользовавшиеся особым доверием руководства «Туле» члены достаточно узкого «внутреннего круга»).

На торжественную (хотя и проводившуюся в глубокой тайне) церемонию в Мюнхен специально прибыли даже магистры Великих лож из Берлина, а также члены «Туле» со всей Баварии. Украшением помещений ложи занялся магистр Гриль, поместивший на стенах всех комнат эмблему общества «Туле» - парящее солнечное колесо-«зонненрад» (свастику с дугообразно загнутыми перекладинами). На церемонию все члены общества явились украшенные бронзовыми значками, представлявшими собой свастику, перекрещенную двумя копьями, на фоне щита.

В тот день возведения в Дружеский градус удостоилось более 30 членов «Туле».

Одними из первых в «Степень друзей» Ордена «Туле» были возведены прибывшие в Мюнхен из Вены братья Г(в)идо фон Лист и барон Йорг Ланц фон Либенфельз, которым организатором нового Ордена - бароном фон Зеботтендорфом на начальном этапе было поручено исполнение должностей, соответственно, Великого Магистра (Орденс-Гроссмайстера) и Магистра (Орденс-Майстера) «Туле».


Приведенный выше факт, равно как и широко распространенные утверждения и мнения, что Ланц, наряду с бароном Рудольфом фон Зеботтендорфом (Адамом Адольфом Рудольфом Глауэром, известным также как Эрвин Торре), Николой Теслой, известным авиаконструктором, «красным бароном» Роберто(м) фон Бартини (переселившимся после окончания Первой мировой войны в СССР), всемирно знаменитым биологом-дарвинистом Эрнстом Геккелем - создателем теории монизма и основателем науки экологии и «Храма Природы» в немецком г. Иене (существующего и поныне, под названием «Дома Эрнста Геккеля», нем.: Ernst-Haeckel-Нaus; в свои студенческие годы автору этих строк довелось там работать), Дитрихом Эккартом, Рудольфом Гессом, Карлом Гаусгофером, Альфредом Розенбергом (и даже Адольфом Гитлером) состоял в «Ордене Туле», считается многими исследователями не имеющим, на сегодняшний день, вполне достоверных подтверждений, и потому относится ими к области спекуляций. Впрочем, это - отдельная тема, слишком обширная для данного краткого обзорного очерка.

Согласно некоторым источникам, Йорг Ланц фон Либенфельз якобы, выступал за переселение «иудеев» на остров Мадагаскар, поскольку считал именно этот остров остатком упоминаемого еще в трудах Е.П. Блаватской затонувшего в древности в водах Индийского океана гигантского первобытного континента «Лемурии» («земли Му»), а «иудеев» - потомками «допотопных» лемурийцев.

Оставим эти утверждения на совести тех, кто их выдвигает, заметив при этом, что, во-первых, неясно, каких именно «иудеев» - «чистокровных» или «ассимилированных» - Ланц, якобы, собирался переселить на Мадагаскар (тем более, что по-немецки словом «юде» обозначается как древний иудей - исповедник ветхозаветной религии, так и современный иудей - исповедник религии талмудического иудаизма, и, в довершение ко всему - еврей как представитель этнической группы, ведущей свое происхождение, предположительно, от древнееврейского населения Палестины, причем независимо от исповедуемой им религии), а во-вторых - что «Мадагаскарский проект» вовсе не был изобретением основателя «Ордена Нового Храма». Этот проект неоднократно выдвигался и до, и после него, причем не только ариософами, но и реальными политиками - например, даже имперским канцлером Германии Адольфом Гитлером (причем даже дважды - сперва перед началом Второй мировой войны по договоренности с «панской» Польшей, а затем, повторно - после военного поражения Франции, «заморской территорией» которой был остров Мадагаскар, в 1940 г.).

Разразившуюся в 1914 г. Великую войну Ланц воспринял, как величайшую трагедию для расколотой этой войной и вовлеченной в междоусобную схватку белой ариогероической расы (и, прежде всего, немцев и англосаксов), к вящей радости зверочеловеческих низших рас. В этих воззрениях настоятель Верфенштайна был не одинок. Так, знаменитый впоследствии американский писатель Говард Филлипс Лавкрафт писал в своей статье «Преступление века», опубликованной в апрельском номере журнала «Консерватив» (The Conservative) за 1915 г.: «Англичане и немцы - кровные братья, ведущие род от одних и тех же суровых предков, поклонявшихся Вотану, одаренные одними и теми же строгими добродетелями и воодушевленные одними и теми же благородными устремлениями. В мире чуждых и враждебных рас общая миссия этих мужественных людей - миссия соединения и сотрудничества со своими братьями-тевтонами по защите цивилизации от нападок всех остальных».

В 1915 г., в самый разгар Великой войны, барон Йорг Ланц фон Либенфельз изрек свое знаменитое пророчество. В нем говорилось: война сигнализирует о том, что созрело время для наступления Мессианской эпохи. Усиление расового смешения, колоссальные военные и культурные достижения, вслед за которыми в период 1960-1988 гг. произойдет «новое монгольско-азиатское вторжение в Европу», Ланц рассматривал в качестве примет начала «мессианских родовых мук», кульминацией которых станет временное «господство демонических сил на земле» (или, выражаясь более традиционным богословским языком, нечто вроде наступление «царства коллективного Антихриста» перед «окончательным спасением белой арийской расы»).

Это суровое испытание должно было, в конце концов, привести к наступлению «Миллениума» («Тысячелетнего Царства Божия») на земле, когда созиждится «Новая Церковь Духа Святого» («Церковь святого апостола Иоанна», «Иоанническая Церковь») и будет основано «Наднациональное арийское государство» (нем.: Supranationaler Arierstaat). Править этим сакральным государством станет «вечносущее священство, обладающее знанием тайн древнего расового гносиса», возглавляемое неким избранным царем-священником по чину Мельхиседекову.

В своем пророчестве Ланц достаточно четко сформулировал свои представления об идеальном государстве. Политическим идеалом Великого Магистра ОНТ была восстановленная средневековая «Священная Римская империя германской нации» во главе с самодержавным, полновластным монархом-первосвященником. Границы его державы должны были доходить до Евфрата (как при римско-германском императоре-крестоносце Фридрихе II Гогенштауфене, подчинившим своему скипетру Германию, Италию с Сицилией, Сирию, Палестину со Святым Градом Иерусалимом и Армению):

«Эта могущественная Всегермания (или Пангермания, нем.: Алльдойчланд, Alldeutschland) станет несокрушимым оплотом мира и культуры, обеспечив господство арийцев на все времена. Первобытные расы, предоставленные сами себе, снова погрузятся в свое прежнее, бессильное Ничто,  из которого их вытащила в свое время только наша слабость».

Исходной географической точкой этого грядущего «расового Миллениума», по Ланцу, должны были стать Берлин и Вена, которым он предрекал руководящую роль в утверждении нового политико-религиозного мирового порядка.

«Мудрые князья-священники, гениальные патриции, прошедшие ариософско-мистическую школу, и вожди тайных духовно-рыцарских Орденов» будут, согласно пророчеству Ланца-Либенфельза, «управлять судьбами народов».

Некоторые из современных последователей и почитателей Великого Магистра ОНТ склонны считать его предсказание о «новом монгольско-азиатском вторжении» исполнившимся, рассматривая в качестве такового современное массированное проникновение иноплеменных мигрантов, исповедующих в основном ислам, в Европу, превращающуюся из белой в разноцветную и продолжающую только по традиции считаться христианской. Другие обращают испуганные взоры на Китай - совсем как некогда русский религиозный философ и поэт-символист Владимир Сергеевич Соловьев, с его страхом перед угрозою «панмонголизма», и германский император Вильгельм II Гогенцоллерн, глубоко почитаемый Йоргом Ланцем-Либенфельзом, как и В.С. Соловьевым, который даже посвятил кайзеру «Второго райха» проникновенное стихотворение, в котором воспевал его как нового Зигфрида, поднявшего меч на Дракона, понимая под Драконом «желтую опасность», исходящую от Китая, охваченного в то время антиевропейским и антихристианским «боксерским восстанием» членов тайного общества Ихэтуань («Кулак во имя мира и справедливости», или «Большой Кулак») и восхваляя активную роль вильгельмовской Германии в подавлении восстания ихэтуаней общими силами тогдашних великих держав (включая царскую Россию):

ДРАКОН

Из-за кругов небес незримых

Дракон явил свое чело,-

И мглою бед неотразимых

Грядущий день заволокло.

Ужель не смолкнут ликованья

И миру вечному хвала,

Беспечный смех и восклицанья:

«Жизнь хороша, и нет в ней зла!

Наследник меченосной рати!

Ты верен знамени креста,

Христов огонь в твоем булате,

И речь грозящая свята.

Полно любовью Божье лоно,

Оно зовет нас всех равно...

Но перед пастию дракона

Ты понял: крест и меч - одно.

Но это так, к слову...

Согласно мнению многих исследователей, планы райхсфюрера (имперского руководителя) СС Генриха Гиммлера создать в Бургундии «орденское государство СС» (нем.: SS-Ordensstaat) могли быть навеяны пророчеством барона Йорга Ланца фон Либенфельза о необходимости основания орденского «наднационального арийского государства».

Другие исследователи отрицают наличие подобной связи.

Сохранились глухие сведения о том, что после победы стран Антанты над Центральными державами (Германией, Австро-Венгрией, Болгарией и Османской империей) в Первой мировой войне (последствия которой Ланц рассматривал как подтверждение верности своего учения - «чандалам снова удалось подавить и ограбить белокурую ариогероическую расу, натравив арийцев друг на друга») и революций, разразившихся в Австрии и Германии, Великий Магистр ОНТ в 1918 г. эмигрировал в Венгрию, где поддержал регента Венгерского королевства адмирала Миклоша Хорти фон Надьбаньо в борьбе с Венгерской Советской республикой комиссаров Белы Куна и Тибора Самуэли (которую считал «неприкрытой диктатурой зверолюдей-недочеловеков»), дважды чуть не был расстрелян красными (но оба раза каким-то чудом избежал расстрела).

Данное обстоятельство - очередная загадка в извилистой, словно полет летучей мыши, биографии Приора Верфенштайна - представляется весьма любопытным, поскольку в то же самое время, в кровавом 1919 г., красные, захватившие, во главе с Куртом Эйснером, или Айзнером (Соломоном Космановским) власть в Баварии и учредившие там, с благословения засевшего в красной Москве Коминтерна, Баварскую Советскую республику, Baуerische Raeterepublik, расстреляли целый ряд собратьев Ланца по Ордену «Туле». Между тем, пламенные интернационалисты товарищи Бела Кун и Тибор Самуэли, состоявшие - если верить докладу «Россия сегодня», прочитанному в дрезденской масонской ложе «К трем орлам» (Zu den drei Adlern) в 1930 г. (Центр хранения историко-документальных коллекций, ф. 1412, оп. 1, дело 8674, л. 50 и далее) - как и Курт Айзнер (а также лидер германских большевиков-«спартаковцев» Карл Либкнехт, финансировавшие Японию в ее войне с Российской империей в 1904-1905 гг.  и большевицкую революцию американские банкиры Джейкоб Шифф и Феликс Варбург, министр иностранных дел Ваймарской республики и сторонник сближения республиканской Германии с Советской Россией Вальтер Ратенау  и многие другие деятели политической и экономической жизни), в масонском Ордене «Бнай Брит» («Бней Брит», «Бне Брис», то есть «Сыны Завета»; первоначально этот Орден назывался иначе - «Бундес-Брюдер», Bundes-Brueder, что по-немецки означает «Братья Завета), почему-то дважды (!) дали члену «Туле» барону Йоргу Ланцу фон Либенфельзу возможность избежать, казалось бы, неминуемого расстрела... «Темна вода во облацех»...

Как бы то ни было, после освобождения Венгрии от красной диктатуры белыми добровольцами адмирала Хорти (при поддержке румынских и чехословацких войск) Гроссмайстер ОНТ вступил в венгерскую белогвардейскую организацию «Пробудившиеся мадьяры» (видимо, забыв о своих антивенгерских филиппиках, опубликованных в свое время на страницах «Остары», или же коренным образом пересмотрев свое прежнее отношение к венграм, которых в ранней молодости, вслед за графом Артюром де Гобино, считал, как и современных ему евреев, принадлежащими, как потомки азиатских кочевников, не к белой, а к желтой расе!).

Особое возмущение Ланца вызывали предпринимавшиеся большевицкой диктатурой,  попытки «коммунизации» («обобществления») женщин большевиками, в Советской России, которые он неустанно клеймил, называя их «сексуальным терроризмом». Надо сказать, что Ланц имел все основания к подобным гневным инвективам в адрес советского большевизма. О реальных фактах «социализации женщин» в Советской России свидетельствуют дошедшие до наших дней многочисленные документы.

Так, «председатель ЦИК (Центральной Исполнительной Комиссии - В.А.) Кубано-Черноморской республики Абрам Рубин в марте 1918 г. издал декрет, по которому девицы 16-25 лет подлежали «социализации, т.е. становились социалистической собственностью патологических извращенцев»...В «Акте о социализации девушек и женщин в г. Екатеринодаре по мандатам советской власти« приведен образец такого мандата: Предъявителю сего товарищу Карасеву предоставляется право социализировать в г. Екатеринодаре 10 душ девиц возрастом от 16 до 20 лет, на кого укажет тов. Карасев. Главком Ивашев. Печать» (цит. по: В. Ерчак. «Слово и дело Ивана Грозного», Мн., 2005).

Приведем, в качестве примера, еще один любопытный документ эпохи военного коммунизма в Советской России (с сохранением орфографии подлинника):

«Декрет Саратовского Губернского Совета Народных Комиссаров об отмене частного владения женщинами

§ 1. Съ 1 января 1918 года отменяется право постояннаго владения женщинами, достигшими 17 л. и до 30 л.

Примечание: Возрастъ женщинъ определяется метрическими выписями, паспортомъ, а въ случае отсутствiя этихъ документовъ квартальными комитетами или старостами и по наружному виду и свидетельскими показанiями.

§ 2. Действiе настоящего декрета не распространяется на замужнихъ женщинъ, имеющихъ пятерыхъ или более детей.

§ 3. За бывшими владельцами (мужьями) сохраняется право въ неочередное пользование своей женой. Примечание: Въ случае противодействiя бывшаго мужа въ проведенiи сего декрета въ жизнь, онъ лишается права предоставляемого ему настоящей статьей.

§ 4. Все женщины, которыя подходять подъ настоящiй декреть, изъемаются изъ частного постояннаго владенiя и объявляются достоянiемъ всего трудового народа.

§ 5. Распределенiе заведыванiя отчужденныхь женщинъ предоставляетя Сов. Раб. Солд. и Крест. Депутатовъ Губернскому, Уезднымъ и Сельскимъ по принадлежности.

§ 7. Граждане мущины имеють право пользоваться женщиной не чаще четырехъ разъ за неделю и не более 3-хь часовъ при соблюденiи условiй указанныхъ ниже.

§ 8. Каждый членъ трудового народа обязан отчислять оть своего заработка 2% въ фондь народнаго поколения.

§ 9. Каждый мущина, желающй (так в тексте декрета - В.А.) воспользоваться экземпляромъ народнаго достоянiя, должень представить оть рабоче-заводского комитета или профессiонального союза удостоверенiе о принадлежности своей къ трудовому классу.

§ 10. He принадлежащiе къ трудовому классу мущины прiобретаютъ право воспользоваться отчужденными женщинами при условiи ежемесячнаго взноса указанного въ § 8 в фондь 1000 руб.

§ 11. Все женщины, объявленныя настоящимъ декретомъ народнымъ достояниемъ, получають изъ фонда народнаго поколенiя вспомоществованiе въ размере 280 руб. въ месяцъ.

§ 12. Женщины забеременевшiе освобождаются оть своихь обязанностей прямыхъ и государственныхъ въ теченiе 4-хъ месяцев (3 месяца до и одинъ после родовь).

§ 13. Рождаемые младенцы по истеченiи месяца отдаются въ приють «Народные Ясли», где воспитываются и получають образованiе до 17-летняго возраста.

§ 14. При рождении двойни родительницы дается награда въ 200 руб.

§ 15. Виновные въ распространенiи венерическихъ болезней будутъ привлекаться къ законной ответственности по суду революцiоннаго времени.»

(Источник: Арх. УФСБ Орловской области, дело №15554-П).

Видимо, не случайно героиня повести советского писателя-«попутчика» Бориса Андреевича Пильняка, расстрелянного впоследствии большевиками, под названием «Иван да Марья» (опубликованной «по свежим следам», в 1921 г.) чекистка Ксения Ордынина безапелляционно заявляла, что «вся революция - пахнет половыми органами»...

Главным сексуальным просветителем недолговечной Венгерской Советской республики был Дьердь Лукач (Лёвингер), активный член Коминтерна и крупнейший теоретик марксизма, друг итальянского коммуниста Антонио Грамши, также агента Коминтерна, попавшего в итальянскую тюрьму, где им были написаны знаменитые «Тюремные тетради». Суть революционной теории Грамши сводилась к следующему: человек нового типа должен появится еще до того, как победит марксизм, а захвату политической власти должен предшествовать захват «царства культуры». Подобно Грамши, Лукач-Лёвингер считал, что победе новой культуры должно предшествовать уничтожение всех старых ценностей. В красной Венгрии под властью Белы Куна, в качестве замнаркома по делам культуры, Лукач занялся претворением в жизнь своих теорий, сводившихся, главным образом, к «сексуальному просвещению» школьников. В школах детям проповедовались идеи свободной половой любви и феминизма, архаичности семьи и религии, как «отживших буржуазных институтов». Разгромом большевицкого режима в Венгрии дело, однако, не закончилось.

В черном для Германии 1923 году, когда страна рухнула в бездну гиперинфляции, в университете Франкфурта-на-Майне был учрежден Институт социальных исследований. У истоков института стояли социолог Фридрих Поллок, Феликс Вейль (Вайль), сын богатого торговца из Буэнос-Айреса, и философ Макс Горкгеймер (Хоркхаймер), будущий директор института. Все они были ярыми марксистами, с нетерпением ожидавшими скорейшей победы коммунистической революции во всем мире, однако считали, более верным и надежным способом завоевания мира не социальную, а скорее культурную революцию. Вдохновленные идеями Лёвингера-Лукача и Грамши, франкфуртцы приступили к делу. Вначале организацию хотели назвать «Институтом марксизма» (ориентируясь на большевицкий институт Маркса–Энгельса в красной Москве), но затем сочли более удобным и безопасным остановиться на нейтральном названии. Весь проект целиком и полностью профинансировал деньгами отца сам Вайль.

Вплотную к учению Франкфуртской школы примыкали и идеи доктора Вильгельма Рейха, или Райха (1897–1957), также коммуниста и ученика Зигмунда Фрейда, известного в веймарской, или ваймарской, Германии своей сетью «клиник сексуальной гигиены» (т.е. «сексуального просвещения») для рабочих Германии... Книга Райха «Сексуальная революция» (1934) предвосхищала (а точнее – намечала) главные формулы будущей мировой сексуальной революции: широкое введение сексуального образования; полная либерализация контрацепции, абортов, разводов; эмансипация брака (признание факта законности брака ничтожным); отказ от наказания преступников, совершивших преступления на сексуальной почве, и их лечение техниками психоанализа.

Другой важной идеей Райха было утверждение, что фашизм имеет не социальную, а биологическую природу, а причиной его является подавление с детства сексуальной энергии, чему виной были, по его мнению, традиционная авторитарная семья и церковь…

К аналогичным выводам скоро пришли и философы франкфуртской школы, главным направлением которой к началу 30-х гг. стал симбиоз идей Маркса и Фрейда. Разработанная на основе этого симбиоза «критическая теория» Горкгеймера представляла собой тотальную, безоговорочную критику всех без исключения элементов традиционной европейской культуры: христианства, семьи, власти, патриархального уклада, иерархии, морали, традиций, сексуальных ограничений, патриотизма, национализма, консерватизма и т. д.

Вскоре к франкфуртцам присоединились близкий друг Горкгеймера, Теодор Адорно, ученик венских авангардистов Шёнберга и Берга, философ и теоретик «новой музыки», и Герберт Маркузе, ставший впоследствии главным духовным гуру «новых левых» молодежной революции 60-х гг. (именно Адорно принадлежал знаменитый лозунг позднейших хиппи: «Занимайтесь любовью, а не войной»).

В 1933 г., после прихода к власти в Германии национал-социалистов, членам франкфуртской школы Райху и другим апологетам «сексуального просвещения» пришлось бежать из Германии. Обосновавшись в США, они принялись за переложение идей «критической теории» на американскую почву. Что из этого вышло - всем известно, но выходит за рамки нашей темы...

Свой опыт практического общения с большевизмом венгерского образца (в виде режима Белы Куна) барон Йорг Ланц фон Либенфельз изложил на страницах «Остары» (№13/14) в статье «Зоологическое и талмудическое происхождение большевизма».

С какой-то целью Великого Магистра «новых тамплиеров» посещали в 1920 г. в Венгрии посланцы «кружка Людендорфа» (в частности, адъютант генерала Эриха Людендорфа полковник Макс Бауэр) из Германии.

Труды Ланца, несомненно, изучал «последний рыцарь» (по выражению его переводчика на русский язык Владимира Борисовича Микушевича), писатель-фронтовик, идеолог немецкой «консервативной революции» Эрнст Юнгер. Лейтенант Штурм, герой его одноименного «фронтового» романа, увидевшего свет в 1923 г., почти дословно цитирует Ланца-Либенфельза: «Почему бы не пустить в ход лозунги вроде: "Каждому фронтовику - рыцарское поместье"»?

Начиная с 1920 г., серьезную (прежде всего - финансовую) помощь Ланцу и его ОНТ оказывал упоминавшийся нами выше венский владелец металлургического завода Иоганн Вальтари Вёльфль (профинансировавший переиздание всех номеров «Остары»).

Некоторые американские мормоны (адепты «Церкви Святых Последних Времен») германского происхождения утверждают, ссылаясь на какие-то известные только им источники, что во время посещения молодым Адольфом Гитлером Магистра «Ордена Новых Тамплиеров» в Вене Ланц (будучи «Тайным Посвященным»), якобы, «помазал» будущего фюрера НСДАП на «царство» (подразумевая под «царством» будущий «Третий рейх»). Косвенным свидетельством в пользу того, что подобные утверждения могут быть не совсем беспочвенными, служат кадры кинохроники, посвященные пребыванию Гитлера в Вене в 1938 г., после воссоединения Австрии с Германской державой (на некоторых из этих кадров ясно различимо присутствие, среди многочисленных нацистских знамен с крюковидным крестом, средневековых штандартов «Священной Римской империи германской нации» с двуглавым орлом).

В 20-е гг. ХХ в. перебравшийся «на всякий случай» вместе с Капитулом своего «Ордена Нового Храма» из ставшей республикой Австрии в Венгрию (формально продолжавшей считаться монархией, хотя и с регентом вместо короля), Ланц всеми силами старался выдать себя за человека, якобы «приуготовившего пути» Адольфу Гитлеру и вообще национал-социалистическому движению (наподобие Г.И. Гурджиева, выпестовавшего молодого И.В. Сталина и тем самым приуготовившего тому путь к власти сначала над Россией, а затем - над половиной обитаемого мира).

Трудно сказать, что тут правда, а что - фантазии. Современнице Ланца и Гитлера Эльзе Шмидт-Фальк, последовательница Г(в)идо фон Листа, хорошо знавшей обоих и неоднократно встречавшейся с ними (по отдельности) в Вене перед Первой мировой войной, не было известно ничего о каких-либо встречах между Гитлером и Ланцем. Мало того! Гитлер (которому она даже подарила сохранившуюся до наших дней книгу фон Листа с посвящением «Моему арманическому брату Адольфу Гитлеру», на основании которого многие историки делают вывод о членстве молодого Гитлера в листовском обществе «Арманеншафт» или в его же «Высоком Ордене Арманов»), по словам госпожи Шмидт-Фальк, даже никогда не говорил с ней о Магистре «новых тамплиеров», и лишь однажды кратко и недоброжелательно отозвался о «Ланце и его гомосексуальной клике». Сама же поклонница Листа отзывалась о Ланце не иначе как о «страшном человеке», «псевдо-дворянине» и «монахе, выпрыгнувшем из своей рясы».

Впрочем, в сущности, неважно, встречался ли Ланц с юным Гитлером в Вене, или нет. Гитлер наверняка читал «Остару» и многочисленные статьи Ланца в «пангерманских» газетах и журналах.

В своих политических речах и статьях Адольф Гитлер не раз заявлял о том, что «негры» и «евреи» сообща «портят немецких женщин» и тем самым «арийкую расу», что заставляет вспомнить аналогичные утверждения Ланца. Так, в связи с оккупацией Рейнской области Германии в 1921 г. французскими войсками (состоявшими в значительной степени из африканских и азиатских колониальных частей), занявшими, в частности, немецкие города Дуйсбург и Дюссельдорф, Гитлер в статье «Немецкая женщина и еврей» писал:

«Еврей стремиться осквернить и полностью погубить нашу немецкую расу; поэтому он в Рейнской области отдает немецкую женщину в жертву негру».

Заставляют предположить влияние идей Ланца и некоторые пассажи «программной» книги Гитлера «Моя борьба», например:

«Чернявый еврейский молодчик часами поджидает, с выражением сатанинской радости на лице, не подозревающую ничего дурного девушку, которую оскверняет своей кровью и тем самым похищает девушку у ее народа. Всеми средствами пытается он испортить расовые основы народа, который стремится подчинить своему игу».

Не лишенным интереса представляется в данной связи следующее наблюдение оставшегося после большевицкой революции в России всемирно известного ученого, радиогеолога, биолога, биогеохимика и геофизика профессора Владимира Ивановича Вернадского, действительного члена Российской Императорской Академии Наук и первого Президента Украинской Академии Наук, создателя теории о ноосфере («русского космизма»), лауреата Сталинской премии I степени (1943 г.), сыгравшего, по общему признанию, выдающуюся роль в становлении современной научной картины мира: «Бросается в глаза и невольно раздражает всюду находящееся торжествующее еврейство...Редко встречаются тонкие, одухотворенные, благородные лица - преобладают уродливые, вырождающиеся или лица терр-а-терр. Ни сейчас чувствуют власть - именно еврейская толпа...» (Владимир Вернадский. Открытия и судьбы. М., 1993, с. 221).

Вот насколько были, к сожалению, распространены в то далекое время не только религиозные юдофобские, но и расово-антисемитские предрассудки не только в среде идеологических мракобесов, но даже в среде наиболее прогрессивных умов человечества... Слава Богу, что все это в прошлом!

Так или иначе, Адольф Гитлер, будучи изощренным политиком, никак не мог взять на вооружение некоторые экстремистские аспекты теории Ланца и, в особенности, женоненавистничество Великого Магистра ОНТ. Да и вообще, книга Гитлера «Моя борьба» содержит немало крайне агрессивных выпадов против неустанно враждующих и спорящих между собой ариософских сектантов:

«Характерным для этих натур является то, что они восторгаются древнегерманским героизмом, седой древностью, каменными топорами, копьем и щитом, в действительности же являются величайшими трусами. Ибо те же самые люди, которые размахивают в воздухе древнегерманскими, тщательно стилизованными под старину, жестяными мечами, в препарированных медвежьих шкурах и с бычьими рогами на бородатом челе, проповедуют для текущего дня борьбу посредством так называемого «духовного оружия» и поспешно убегают прочь при виде первой же  резиновой дубинки коммуниста... Что же касается так называемых религиозных реформаторов древнегерманского пошиба, то эти личности всегда внушали мне подозрение, что они подосланы кругами, не желающими возрождения нашего народа. Ведь это факт, что вся деятельность подобных личностей на деле отвлекает наш народ от общей борьбы против общего врага - еврея - и распыляет наши силы во внутренней религиозной распре... Они не только трусы, но всегда оказываются бездельниками и неумехами...»

И, вероятно, не случайно в марте 1936 г. в передовой статье, опубликованной в издававшейся в Мюнхене расово-гигиенической (евгенической) газете «Тело и жизнь» (нем.: «Ляйб унд Лебен», Leib und Leben), Ланц был подвергнут критике за «искажение расовой идеи посредством тайных учений». В то же время не существует никаких официальных документов, которые подтверждали бы правильность утверждений некоторых историков, будто бы Гитлер наложил запрет на издания и публикации Ланца-Либенфельза в «Третьем райхе».

Зато существуют многочисленные свидетельства, согласно которым Гитлер в 30-е гг. почти не интересовался «национальным сектантством» и предпочитал латинский шрифт готическому (именовавшемуся, кстати, в описываемое время «новонемецким»). Когда некий чрезмерный ревнитель всего «немецко-народного» (нем.: «дойч-фёлькиш», deutsch-voelkisch) обратился к фюреру с предложением заменить текст либретто оперы Моцарта «Волшебная флейта» (написанный масоном и евреем- выкрестом Шиканедером и потому якобы «проникнутой еврейским духом»), своим собственным, новым, «арийским» текстом, Гитлер отклонил это предложение, заметив, что «не намерен выставлять себя перед всем миром на посмешище». Кроме того, известно, что фюрер «Третьего райха» в узком кругу близких друзей с нескрываемой иронией отзывался о пристрастии райхсфюрера СС Генриха Гиммлера к древнегерманским традициям, обрядам и «целебным зельям мудрых женщин».


В 1925 г. Великий Магистр ОНТ приобрел земельный участок на северном берегу озера Балатон (нем.: Платтензее, Plattensee), на котором были расположены руины старинной часовни средневекового Ордена храмовников с видом на озеро, и восстановил часовню в качестве монастырского подворья (Орденского дома) «новых тамплиеров». В том же году в Дюссельдорфе вышел двухтомный труд Ланца фон Либенфельза «Очерк тайного учения ариософов» (нем.: Grundriss der ariosophisсhen Geheimlehre).

В 1932 г. Ланц основал ариософский «Люмен-Клуб» (Lumen-Club, снискавший себе известность в «конспирологической» литературе под искаженным названием «Сияющей Ложи» и под совершенно фантастическим наименованием «Общества Вриль»; вриль - вид некоей тонкой психической энергии или жизненной силы, эквивалент упомянутых выше ода-одема, ци или праны), запрещенный властями «Третьего райха» и хортистского Венгерского королевства 4 марта 1942 г.

В этом же году в Вене был опубликован фундаментальный труд Великого Магистра ОНТ «Библиомистикон или Тайная Библия посвященных. Ариософские библейские документы и библейские комментарии ко всем книгам Священного Писания, составленные на основе антропологических и археологических исследований и арийских, классических и восточных исследований библии» (Georg Lanz von Liebenfels. Bibliomystikon oder die Geheimbibel der Eingeweihten. Ariosophische Bibeldokumente und Bibelkommentare zu allen Buechern der Heiligen Schrift auf Grund der anthropologischen und archaeologischen Forschungen und der arischen, klassischen und orientalischen Bibelversionen zusammengestellt).

Все эти сведения весьма отрывочны и мало информативны, что и вызывает постоянные спекуляции, в основе которых лежит, чаще всего, искреннее заблуждение, идущее от малой информированности и незнакомства с первоисточниками, но нередко и сознательное стремление очернить память покойного ариософа.

В период между двумя мировыми войнами, когда праворадикальные движения и идеологии переживали невиданный прежде подъем, многие сторонники Ланца стремились изобразить его пионером и первым протагонистом национал-социализма и фашизма. Так, например, фра (орденский брат ОНТ) Дитрих в своей изданной в 1932 г. в Вене и посвященной 60-летнему юбилею приора Верфенштайна книге «Йорг Ланц фон Либенфельз – 60 лет» (Jorg Lanz von Liebenfels - 60 Jahre) утверждал, что все «движения, выступающие под знаком крюковидного креста и фасций, по сути дела, являются всего лишь боковыми побегами идей Остары».

Сам Йорг Ланц фон Либенфельз еще в 1926 г. прислал свой труд «Немецкая Псалтирь. Молитвенник ариософов, расовых мистиков и антисемитов» (нем.: Das Psalmenbuch teutsch. Das Gesangbuch der Ariosophen, Rasenmystiker und Antisemiten), с собственноручным посвящением, в подарок будущему фюреру «Третьего райха». Впрочем, о реакции Адольфа Гитлера на этот счет история многозначительно умалчивает. Хотя факт запрета отправления разработанного Ланцем для своих «новых храмовников» ариософского культа в главном орденском замке Верфенштайн после воссоединения Австрии с Германией, казалось бы, говорит сам за себя... Но действительно ли все обстояло так просто?

После военного поражения гитлеровской Германии и других держав «Оси» в 1945 г. барон Йорг Ланц фон Либенфельз проживал, главным образом, в Вене, не подвергаясь никаким преследованиям со стороны советских оккупационных властей (чего можно было ожидать, будь он в самом деле «идейным отцом» и «провозвестником» германского национал-социализма!), и в то же время не стесняясь давать журналистам интервью о своих имевших, якобы, место до Первой мировой войны встречах с молодым Адольфом Гитлером, которому он якобы «дал все его идеи» (по утверждению упоминавшегося выше психоаналитика Вильфрида Дайма, беседовавшего с достигшим 77-летнего возраста Великим Магистром «новых храмовников» в Вене в 1951 г.).

Трудно сказать, что тут правда, а что относится к области фантазии.

Известно, скажем, что Ланц практиковал и усиленно проповедовал вегетарианство, а также воздержание от алкоголя и от табака. По его глубочайшему убеждению, следовало питаться главным образом черным хлебом (ячменным или ржаным), выращенным, по возможности собственными руками (он считал, что «пища тем ценнее, здоровее и питательнее, чем через меньшее количество рук она проходит, прежде чем попасть на обеденный стол») без применения искусственных удобрений и технических средств (сегодня мы сказали бы – «биологически-динамическим способом»), яблоками и другими фруктами (не очищенными от кожуры), ягодами и орехами всех видов. Адольф Гитлер тоже был убежденным вегетарианцем, не употреблявшим табака и алкоголя. Но можно ли на этом основании утверждать, что в этом отношении фюрер «Третьего райха» брал пример именно с барона Йорга Ланца фон Либенфельза?

В конце концов, вегетарианцами были индийские мудрецы (включая Будду), многие древнегреческие философы - к примеру, Пифагор, Сократ и Платон, а впоследствии - Порфирий и Ямвлих (Иамвлих), да и упоминавшийся выше античный мудрец и теург I в. п. Р.Х. Аполлоний Тианский «отказался от убоины (мяса забитых животных - В.А.), ибо пища эта нечиста и отягчает разум, но утолял голод овощами да сушеными плодами, утверждая, что чисто лишь рожденное самой землей; что же касается до вина, то, хотя напиток этот добыт из взлелеянной людьми лозы и чист, однако нарушает умственное равновесие, помрачая духовный эфир» (Флавий Филострат. Жизнь Аполлония Тианского, книга 1, с. 8, М., «Наука», 1985). А индийский царь-философ Фраот, перед мудростью которого преклонялся даже сам Аполлоний, говорил: «Пища моя - овощи, финики и пальмовая мякоть, а также все, что вспоено рекой. Многие плоды приносят мне и те деревья, которые взрастил я вот этими руками» (там же, книга 2, с. 43). Не ели животной пищи, не курили и не пили вина (равно как и других алкогольных напитков), ни Е.П. Блаватская, ни Анни Безант, ни основатель антропософии Рудольф Штейнер, ни Н.К. и Е.И. Рерихи, ни многие ариософы, ни толстовцы, ни Махатма Ганди, наконец! 

Что же касается тезисов Ланца о необходимости строжайшего расового отбора, стерилизации «неполноценных», выведения чистой породы «истинных германцев», соблюдения чистоты крови, о превосходстве белой расы над цветными, благородных белокурых и голубоглазых «ариогероиков» над расово неполноценными метисами – «содомс-эффлингами», «обезьянышами Содома» - то они пользовались в начале ХХ в. столь широким распространением, что Гитлер мог их усвоить и перенять от не обязательно от Ланца, а и от множества других ариософов.

Впрочем, убежденными сторонниками учения об улучшении человеческой породы путем поощрения многодетности здоровых, красивых, выдающихся, полезных для общества людей и категорического запрета на размножение для больных, слабоумных и порочных были в ту пору не одни ариософы, но и, скажем, такой властитель умов, как знаменитый литератор (причем не только фантаст) и социалист-фабианец (подобно Ланцу, полагавший, что в обществе будущего произойдет отказ от животной пищи) Герберт Джордж Уэллс, писавший в своем известном трактате «Предвиденья» - труде, который виделся ему самому замковым камнем в своде своих социологических и футурологических трудов: «Конечно, общество будет допускать существование в своей среде какой-то части населения, страдающего умственными расстройствами или неизлечимой страстью к опьяняющим веществам. Из жалости таким людям позволят жить, но при условии, что они не будут плодиться...» (Herbert G. Wells. Anticipations, 1902).

Тот факт, что Ланц вовсе не был одинок в своих воззрениях на происхождение низших рас от смешения человека разумного с животными, нашел совершенно неожиданное подтверждение в любопытной книге младшего современника венского ариософа, итальянского путешественника Аттилио Гатти «Сангома» (Аttilio Gatti. Sangoma, 1960). В одном из очерков, вошедших в его книгу, он описал неких «мулаху», обитающих, по утверждению Аттилио Гатти - не путать с французским (а не швейцарским, как иногда ошибочно думают и пишут!) левым автором Арманом Гатти! - в окрестностях гор Рувензори. Согласно Аттилио Гатти, черные африканские колдуны отдают пойманных ими белых женщин для сексуальных утех обезьянам-антропоидам, и «дети», рождающиеся от этого чудовищного соития, являются «подлинным воплощением кровавого кошмара». Все это совершается во имя и с благословения некоего «бога» Оби (упоминаемого, между прочим, в рассказе земляка Йорга Ланца фон Либенфельза - австрийского писателя-эзотерика Густава Майринка – «Мозг»).

И не так уж важно, встречался ли Ланц с юным Гитлером в Вене, или нет. Гитлер наверняка читал «Остару» и многочисленные статьи Ланца в «пангерманских» газетах и журналах. Интервью старого Ланца, последнее из которых было дано им за три года до смерти, однозначно свидетельствуют, что он - даже после вызванных деятельностью Гитлера и Ленина всемирных катастроф - был по-прежнему заинтересован в том, чтобы подчеркнуть свое историческое значение как «человека, давшего Гитлеру идеи» и в то же время лишний раз напомнить о влияниии, якобы оказанным им и на Ленина.

Вероятно, не следует все-таки «сходу» отметать свидетельства современников, согласно которым само упоминание о Ланце, которого многие из них именовали «ужасным человеком», «монахом, выпрыгнувшим из своей рясы», «одержимым», «псевдоаристократом» и иными нелестными эпитетами, якобы вызывало раздражение у фюрера «Третьего райха», всегда крайне отрицательно отзывавшегося о «Ланце и его клике гомосексуалистов». (хотя и неустанно восхвалявшего, в том числе в своем «программном» труде «Моя борьба», лидера австрийских «пангерманцев» Георга Риттера фон Шёнерера, которому столь же неустанно служил своим пером приор Верфенштайнского Дома).

В своей книге и в своих речах Гитлер также рассыпался в комплиментах по адресу другого австрийского политика времен своей юности - бургомистра Вены и лидера Христианско-Социальной партии Карла Люэгера (входившего и в «Общество Г(в)идо фон Листа», как и барон Йорг Ланц фон Либенфельз). Люэгер, или Луэгер, прослыл ярым «антисемитом», хотя его антисемитизм на поверку был иудофобией (то есть, носил религиозный характер непримиримости к исповедникам иудейской религии, и этим в корне отличался от расового антисемитизма Гитлера и Ланца; впрочем, последний, как мы знаем, тоже обращал свои критические стрелы преимущественно против «ассимилированных» евреев, «выдающих себя за германцев»).

Эти утверждения никоим образом не сочетаются с рассказами самого Ланца «глубинному психологу» Вильфриду Дайму о том, как гостеприимно он - якобы! - принял в редакции «Остары» юного Гитлера, показавшегося ему «весьма симпатичным, но очень бедным молодым человеком», которому он «не только подарил те номера «Остары», которые Гитлер был намерен у него купить, но даже дал ему две кроны на трамвай».

Другой вопрос - насколько можно вообще доверять книге Вильфрида Дайма? А.В. Кондратьев, например, считает именно Дайма создателем мифа о сектантской природе ариософии, от которого происходит и центральная мысль, лежащая в основе книги Николаса Гудрик-Кларка о тайных ариософских культах и их предполагаемом влиянии на Гитлера «Оккультные корни нацизма»: ещё в 1950-е гг. Вильфрид Дайм напечатал памфлет, в котором сравнивал мысли Гитлера (излагаемые по фальшивому тексту книг «раскаявшегося нациста» Германа Раушнинга «Говорит Гитлер» и «Зверь из бездны») с мыслями Либенфельза, из чего вывел их идейное тождество, обвинив венского ариософа в нацистском расизме. При этом основные мысли и тексты Либенфельза в книге Дайма даже не были затронуты, вместо «Библиомистикона» (серьёзного теологического исследования, в 15 томах, общим объёмом в 3500 страниц) Дайм цитировал памфлеты, публиковавшиеся в «Остаре» и содержавшие быстрые ответы на быстро задаваемые профанами вопросы, а не подлинную доктрину ариософии, предназначенную для «внутреннего круга посвященных» адептов. Быть может, если бы не выход в свет в ильвесгаймском издательстве «Вельтвенде» в 2005 г. фундаментального исследования Хорста Лоренца «"Розы на горах Германии". Памятная записка к 50-летию смерти основателя Ордена Новых Храмовников Йорга Ланца фон Либенфельза (19 VII 1874 - 22 IV 1954). C особым учетом гуманитарно-научных аспектов (Lorenz, Horst. "Rosen aus Germaniens Bergen". Eine Denkschrift zum 50. Todestag des Begruenders des Neutemplerordens Joerg Lanz von Liebenfels (19 VII 1874 - 22 IV 1954). Unter besonderer Beruecksichtigung geisteswissenschaftlicher Aspekte (Edition Weltwende; Ilvesheim z.j.), вся полнота религиозно-философской доктрины основателя ОНТ так и осталась бы сокрытой от массового читателя, до сих пор не имеющего доступа к архивным фондам закрытых обществ и не работавшего в трофейных коллекциях московских библиотек. 

Впрочем, кто знает? Как гласит старинная поговорка, «темна вода во облацех...»

То, что Ланц выводил свои весьма «однозначные» (как сказал бы лидер Либерально-Демократической партии России Владимир Вольфович Жириновский) евгенические (или, как в то время говорили в Австрии и Германии, расово-гигиенические) максимы из Ветхого Завета, может показаться кому-то несовместимым с традиционными представлениями.

Однако считающийся у нас в России «отцом космонавтики» калужский мечтатель Константин Эдуардович Циолковский - современник Ланца - в своих философских трудах выстраивал такие картины построенного на принципах евгеники «расово чистого» тоталитарного общества, что прямо оторопь берет.

Дебилов, сумасшедших, а также негров, индийцев и прочие «низшие расы» Циолковский предлагал уничтожать, а сверхлюдей выводить искусственно - от лучших производителей.

Для этого «великий гуманист» Циолковский считал необходимым собирать наиболее совершенные человеческие «особи» в специальных домах.

Не обходил он вниманием и неизбежный вопрос - что делать с выведенным сверхчеловеком. Ведь люди, в том числе и сверхлюди, старятся, то есть «портятся»!

В своей работе «Радость без расплаты» Циолковский предлагал следующее решение данной проблемы:

«Положим, человек или другое смертное животное живет только до тех пор, пока не начинается уклон к старости и к тяжести жизни. У человека этот период начинается с 30, 40 или 50 лет, смотря по темпераменту или условиям. Когда начинается у человека жизненная тяжесть, убьем его безболезненным способом.

Врачи уверяют, что такой способ есть. В самом деле, если устроить машину, которая в тысячную долю секунды или еще скорее (это теоретически возможно) раскрашивает человека на малейшие кусочки, то как это разрушение может ощущать человек? Оно не должно сопровождаться мукой, так как не может отразиться на нервах по своей кратковременности. Выгоднее, чем добиваться чрезмерного долголетия, сделать кончину человека безболезненнее. Это и возможнее».

На случай, если кто-нибудь из сверхлюдей не захочет умирать в положенный ему срок или окажется не столь совершенным, как ожидалось, Циолковский рекомендовал следующее решение:

«Эгоистические стремления можно уничтожать погашением родов с нежелательными свойствами, через ограничение права производить потомство».

Не следует забывать и другие факты. Скажем, современное государство Израиль (пожалуй, единственное из государств на Земле) предоставляет гражданство в прямой зависимости от расовой принадлежности и происхождения, а к тому же, судя по всему, достаточно спокойно относится к деятельности в области гуманогенетических исследований - даже Германия, по некоторым сведениям, получает оттуда человеческие эмбрионы.

А если абстрагироваться от современного положения дел, то расово-гигиенические (евгенические) идеи и соответствующая практика нашли свое отражение в священной книге древних индийских ариев «Ригведе», клинописных текстах Междуречья, во времена греческой и римской Античности и в эпоху Ренессанса.

Во всяком случае, глубоко верующий в Бога исследователь Библии Йорг Ланц фон Либенфельз странным образом сходится с откровенным антихристианином и атеистом Фридрихом Ницше в следующем утверждении:

«Может ли и должен ли быть сотворен и выведен богочеловек, или сверхчеловек - неизвестно, но это дело стоит того, чтобы выдержать то бешенство, то противодействие и тот поток уничтожения и лжи, которые обрушиваются на всякого, кто пытался это сделать».

Барон Йорг Ланц фон Либенфельз похоронен на кладбище XIV венского района Пенцинг, где среди двух с половиной тысяч могил почти затерялась его скромная вертикальная надгробная плита из серого камня, украшенная позолоченным изображением...отнюдь не иерусалимского костыльного креста и уж тем более не свастики, а креста латинской формы (с удлиненным нижним лучом) и надписью;

А R(EVERENDUS - В.А.).P(RIOR - В.А.). GEORGIUS LANZ,

что, в переводе с латыни на русский язык, означает:

Д(ОСТОЧТИМОМУ - В.А.) П(РИОРУ - В.А.) ГЕОРГИЮ ЛАНЦУ

В качестве даты рождения на надгробии указано 1.V.1872,

а в качестве даты смерти - 22.IV.1954.

Рядом с надгробием Приора ОНТ находится столь же скромное серое каменное надгробие семейства Ланцев с соответствующей немецкой надписью FAMILIE LANZ.

Баронский титул, дворянская приставка «фон Либенфельз» и герб на надгробии Ланца отсутствует.

«Орден Нового Храма» просуществовал в Германии и Австрии до 1938, в Венгрии – до 1939 г. По некоторым сведениям, тайное орденское братство «неотамплиеров» существует и в настоящее время, но о нем известно очень немного.

Так, например, известно, что эмблемой современного ОНТ является красный тамплиерский крест мальтийской формы (с «ласточкиными хвостами» на концах) с вписанным в черное кольцо черным Андреевским крестом, наложенным на перекрестье креста (или же красный костыльный иерусалимский крест с четырьмя маленькими красными крестиками между лучами креста, вообще-то используемый в своей символике римско-католическим рыцарским Орденом Святого Гроба Господня).

Судя по этим отрывочным сведениям, в состав современного ОНТ (численность которого, скорее всего, превышает численность ОНТ во времена Йорга Ланца фон Либенфельза), входят следующие архиприорства (нем.: Erzpriorate) и приорства (Priorate):

1. Архиприорство Берлинское

2. Архиприорство Ляйпцигское (Лейпцигское)

3. Приорство Магдебургское «Детлеф Шмуде»

4. Приорство Гамбургское

5. Приорство Кёльнское

6. Приорство Мюнхенское

7. Приорство Зальцбургское

8. Архиприорство Венское

9. Архиприорство Будапештское «Ланц фон Либенфельз»

10.Приорство Парижское

11.Приорство Лондонское «Лорд Китченер»

12.Приорство Мальтийское

13.Приорство Блюменауское (Бразилия)

14.Архиприорство Атлантское (США)

15.Приорство Сиднейское (Австралия)

16.Приорство Суратское (Индия)

ПРИЛОЖЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

Из воспоминаний члена Ордена Нового Храма фра (брата) Дитриха о том, как молодой Георг Ланц увидел надгробие с изображением рыцаря, попирающего зверочеловека.

(«Йорг Ланц фон Либенфельз - 60 лет», Вена, 1932 г.):

...Это чрезвычайно интересное надгробие сохранилось и поныне в Крестовой палате.

Раньше оно лежало в коридоре, проходившем через здание Капитула, недалеко от входа в погребальную часовню.

Когда в 1894 г., в ходе реставрационных работ, надгробие было поднято, на его обратной стороне была обнаружена романская скульптура (фактически - барельеф - В.А.), изображавший человека, стоящего на сирене. Это было надгробие маршала Австрии, созерцание которого вызвало столь решительный переворот в его (Ланца - В.А.) жизни. Хорошо знакомый с медитацией и контемпляцией, фра Георг сразу угадал в изображенном на этой скульптуре звере, названном сиреной, зверочеловека. То, что героический муж попирал ногами это звероподобное существо, побудило его (Ланца - В.А.) к размышлениям над этим вопросом и исследованию последнего. Являясь медиумом Высших сил (хотя и не подозревая об этом) и прозревая интуитивно глубинный смысл изображения, он вскоре достиг в ходе своих исследований неожиданных по своей значимости результатов.

Это надгробие стало для него ключом, после столетий духовного помрачения, открывшим ему, которому исполнилось всего двадцать шесть лет, величайшую сокровищницу мистерий ариохристианской веры.

Но это, естественно, привело его к конфликту с иезуитским школьным богословием.

Дабы возвратить человечеству духовные сокровища, обретенные в ходе неустанного исследовательской работы, ему (как в свое время ЛЮТЕРУ), не осталось иного выхода, кроме как ради истины и духовного труда покинуть ставший для него столь дорогим и любимым приют (монастырь Цистерцианского Ордена Гайлигенкройц - В.А.) и уйти в мир, где он, с непреклонным, беспримерным мужеством ревнителя истинной веры, всецело посвятил себя проповеди вновь обретенного и провозглашенного им древнего и подлинного ГОТ(ИЧЕ)СКОГО Христианства.

Георг Ланц фон Либенфельз стал сторонником Георга Риттера фон Шёнерера, провозгласив одним из первых: «Прочь от Рима»!

Об этом говорил его собственный опыт, ибо ему дано было испытать на себе, насколько католическая конфессия оказалась зараженной чандальским и иезуитским духом.

Во имя Истины он без малейших колебаний отказался от карьеры, высоких должностей, наград, богатства и комфорта, избрав жизнь проповедника, полную лишений, страданий и бед. Ариец и священник, он стал свидетельствовать об Истине, гласящей, что не все люди равны, что следует строго различать Боголюдей и зверолюдей.

Обоснование этого различения посредством ариософского расового учения и его практическую подготовку он рассматривал как дело всей своей жизни, которому он предался с невиданными упорством и энергией...

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

ИЗ УСТАВА ГЕРМАНЕН-ОРДЕНА, 1912 г.

GERMANEN-GEBET

Allvater, Walvater,

Du allermaechtigster

Und doch gerechtigster

Von Ewigkeit

Zu Ewigkeit!

Heilige Schauer ergreifen mich,

Will ich so ganz begreifen Dich!

Was bin ich Dir

In dem Gewirr

Unendlichen Lebens

Und staendigen Sterbens?

Ein Koernchen Sand

Am Meeresstrand,

Und dennoch Deinem Thron

Ein gleichberechtigter Sohn!

So nah' ich Dir

Voller Begier

Nach Deinem Segen

Auf reinen Wegen.

Wolle stets mich schuetzen,

Lass mich immer nuetzen.

Gib Gelingen meinem Ringen!

Ich rufe Dich, Du Teurer!

Erhoere mich, Erneurer!

Dr. W.

МОЛИТВА ГЕРМАНЦА

Всеотче, войн Отче,

Ты, о всесильнейший

И справедливейший

Прежде веков

И до веков!

Благоговеньем охвачен я,

Жажду всецело постичь Тебя!

Что я тебе

В кругоборьбе

Жизни извечной

И смерти конечной?

Горсть лишь песку

На морском берегу.

И все ж столпам Твоим

Я равновеликий сын!

Так слит с Тобой

Я страстной мольбой

О благословеньи

К чистым свершеньям.

Охрани мя, Боже,

Не отвергни тоже,

Даруй славы тем, кто с нами!

Молю Тя, Безмерный,

Жизнедатель, внемли!

Д-р В.

(в переводе с немецкого Николая Носова).

ПРИЛОЖЕНИЕ 3

Барон Йорг Ланц фон Либенфельз о своей встрече в В.И. Ульяновым-Лениным в Швейцарии.

О своей встрече с Лениным в Швейцарии Ланц впоследствии, в письме своему брату по ордену Дитриху, вспоминал в следующих выражениях:

«Поэтому Бог посылает чандалам дьявола в качестве палача, дабы покарать чандалов. Чингисхану, Ленину, Троцкому, Беле Куну и другим политическим и «социальным» человекоубийцам надлежало прийти в этот мир, дабы стать палачами чандалов. Ты можешь возразить мне: ведь эти люди истребляли и арийцев. На это я отвечу: Совершенно верно, но не думаешь ли ты, что эти арийцы были ни в чем не повинны? Еще в 1904 г. я выслал многим высокопоставленным господам в России, принадлежавшим к ближайшему царскому окружению (барону Фредериксу, князю Урусову и некоторым балтийским баронам при российском императорском дворе), мою «Теозоологию», надеясь, что они ее прочтут. Я беседовал с ними лично и обратил их внимание на угрожающую им страшную опасность. Но я не только столкнулся с полным непониманием и отсутствием расового сознания, но и стал свидетелем того, что «Теозоология» оказалась в императорской России под запретом, а мне, в случае приезда туда, пригрозили многолетним тюремным заключением.

С другой стороны, я случайно познакомился с Лениным, беседовал с ним примерно в течение часа и, к моему несказанному изумлению, убедился в том, что он не просто прочитал, а основательно изучил «Теозоологию». Прощаясь, он сказал мне с тонкой иронией:

«Мне Вас жаль! Ваши идеи верны. Но наши КОНТР-ИДЕИ воплотятся в действительность раньше Ваших идей. Ибо те христиане и арийцы, к которым Вы обращаетесь с Вашими идеями, давно уже - не христиане и не арийцы, а кошоны («кошон» по-французски означает «свинья» - В.А.) которые не только не понимают Вас, но и депортировали бы Вас, как и меня, если бы только смогли Вас изловить»!

Я не мог не согласиться с главарем большевиков, ибо не раз сталкивался (и продолжаю сталкиваться!) с тем, что как раз националисты-«народники» из крайне консервативных кругов были и остаются по сей день моими самыми заклятыми врагами, совершенно не поддающимися вразумлению.

Единственными людьми, еще до (Первой мировой - В.А.) войны понявшими меня и наше учение, были лорд Китченер и Ленин, сделавшие из него свои выводы, один - в интересах англосаксов, другой - в интересах недочеловеков...

Ульянов-Ленин своими словами преподал мне и всем нам то же самое учение, что и святой Бернар (Клервосский - В.А.).

И все же именно Ленин, Троцкий и прочие антихристиански настроенные враги арийцев, с одной стороны, истребили абсолютно лишенных расового сознания и разложившихся арийцев и христиан, а с другой стороны - пробудили тех арийцев и христиан, которых еще можно спасти, чего мне никогда не удалось бы сделать при помощи слова, пера или печатного станка.

Не будь Ленина и Троцкого, никто не стал бы меня слушать, никогда бы не было написано и напечатано настоящее письмо, и никогда не наступило бы арийское христианское Возрождение, охватывающее в настоящее время один христианский народ за другим».

ПРИЛОЖЕНИЕ 4

Из статьи Йорга Ланца фон Либенфельза «Мировая война как расовая борьба темных против блондинов» («Остара» № 2, на правах рукописи, Вена, 1927):

...Ни один из руководящих государственных деятелей не подозревал об этих дерзновенных покушениях на высший слой человечества. Все они слепо дали втянуть себя в мировую войну.

И война разразилась!

С беспримерным воодушевлением блондины героической расы всех стран поспешили взяться за оружие!

Подростки, совсем еще дети, умоляли и требовали отправить их на фронт. Они дрались, как львы, но понапрасну, ибо их врагами были не блондины, противостоявшие им на полях сражений и косившие их шеренга за шеренгой; враг был не перед ними; нет, враг подстерегал их сзади, за линией фронта и в глубоком тылу, где засели темные чандалы, причем - я хотел бы это особо подчеркнуть! - как некрещеные, так и крещеные...

ПРИЛОЖЕНИЕ 5

Из статьи Йорга Ланца фон Либенфельза «Мировая революция - могила для блондинов» («Остара» № 3, на правах рукописи, Вена, 1927):

Евангелие от Матфея, XXVII, 51. Ecce velum templi scissum est (И вот, завеса в храме раздралась надвое).

В тот миг, когда Спаситель, Христос-Бальдур, Господь наших праотцов, Дух-Охранитель и Символ героического белокурого рода человеческого, испустил дух на Голгофе, завеса в иудейском Храме раздралась надвое, сверху донизу.

Вся природа пришла в возмущение, и земля содрогнулась.

Так гласит Евангелие. Воистину, когда умирает Господь, Богочеловек, героический человек, замученный до смерти темнорасовыми чандалами, тогда пробуждается бестия, тогда революция и всеобщий хаос поднимают свои кровавые головы. Срываются завесы в храмах, где готовился переворот, и чандал, полагающий, что ему больше нечего бояться, являет нам свой безобразный, пугающий лик.

Всякое Евангельское слово исполнилось буквально и продолжает исполняться в ходе Мировой революции, пережить которую мы обречены.

Мировая война завершилась временной победой темной расы...

ПРИЛОЖЕНИЕ 6

Из статьи Йорга Ланца фон Либенфельза «Зоологическое и талмудическое происхождение большевизма» («Остара» № 13/14, Вена, 1930):

1.Вступление:

...большевизм, марксизм, советизм, коммунизм, социализм, д... и как только ни назови все эти «измы», ведут свое происхождение от двух корней, один из которых - физически-антропологический, то есть первобытные люди, недочеловеки, низшие расы, а другой - духовный, то есть, своего рода, религия чандалов и государственная организация, основанная на Талмуде.

Будучи ариософами, мы - спиритуалисты, и потому полагаем, что за всеми физическими явлениями, в качестве истинной движущей силы, скрываются духи...

Недочеловек, первобытный человек энеолитического и палеолитического периода, не исчез, а продолжает жить среди нас в виде метисов, различных форм и степеней смешения.

...Метисы-чандалы суть его рудименты... Борьба между богочеловеком и зверочеловеком - главное содержание всех религиозных мифов, борьба между Фрауйей-Христом, представителем героической расы, и дьяволом, демонозооном (демонозверем - В.А.) и представителем низших рас, продолжается и поныне, как и в первобытные времена, хотя и в изменившихся формах.

Рауль Франс с полным основанием задается вопросом: Разве черты неандертальца не проступают в лицах современных людей? Неандерталец, человек инстинктов, грубости, обжорства, эгоизма и злодеяний, отнюдь не вымер, а лишь растворился в более высокоразвитых родах. Он все еще бродит, в мозаике своих качеств, чьи отражения рассыпаны по сотням лиц, по нашим улицам, и носит в каждом поколении другую личину.

2.Зоологическое происхождение большевизма.

Феномен большевизма и диктатуры пролетариата нельзя оценить никак иначе, кроме как причину гибели всех древних культур.

Все великие доисторические культуры были разрушены отнюдь не извне, а изнутри, диктатурами пролетариата и примитивными первобытными людьми с их фанатичным инстинктом уничтожения...

ПРИЛОЖЕНИЕ 7.

Йорг Ланц фон Либенфельз. Основные положения ариософии (из «Очерка тайного учения ариософов»):

«Так в чем же заключаются основные положения ариософии?

А) В метафизическом плане: Изначальная Сила всех Сил – это разумная и целеустремленная (телеологическая) жизненная энергия, которая пронизывает собой все мироздание. Эта Жизненная Энергия, психическая энергия, присутствующая в каждом электроне точно так же, как и необъятно громадных системах Млечного Пути, - это и есть Бог... Все более низкие разумные и психические силы, подобно грубо-физическим силам, как то силам гравитации, электричества, магнетизма, химизма и т.д., суть, таким образом, модификации этой изначальной силы, панпсихической энергии, то есть, Самого Господа Бога. Таким образом, Бог живет и действует во Вселенной, которая сама также есть чудовищно огромный целостный Организм. Мы задаемся вопросом – что это за организм? Кристалл? Цветок? Животное? Ариософы древности дают на этот вопрос однозначный и ошеломляющий ответ: Нет, это – Божественный, во всех смыслах полноценный, состоявшийся Человек...

Б) В физическом плане: физически мы также происходим от Божественных Сущностей, которые некогда обладали этим земным шаром и создали на нем культуру, о которой мы не можем теперь даже иметь представление... Гиганты, никкеры (водяные - В.А.) и гномы действительно обитали на нашей Земле. Теперь они не выглядят уже так антропоморфно, как это представлено в наших сказках; они выглядят, скорее, как рептилии или подобно драконам... То были «ангелы» Библии, «Боги», «герои», «драконы», «грифоны» различных мифов и древних религий. Эти существа обладали мозгом, организованном иначе, чем наш мозг; они обладали, как я показал в своей основной, изданной anno 1904 (в 1904 г. - В.А.) книге «Теозоология» и во многих выпусках «Остары», иным организмом, движимым беспроводным электричеством. Одним словом, они были тем, что сегодня было бы названо «беспроводными станциями, излучающими и принимающими различные сигналы». Эти существа, «теозоа» («богозвери», «зверобоги» - В.А.) или «антропозоа» («человекозвери», «зверолюди»- В.А.), обладают поэтому такими знаниями и такой мудростью, о которых мы не можем даже и мечтать. Они обладают, в буквальном смысле, божественной властью. Все организмы, все растения, все животные, и, наконец, человек, суть результаты биологических знаний и сил прачеловеческой расы. Часть этих сущностей злоупотребила данной им Божественной силой, то были демоны, дьяволы, и они осквернили (в оригинальном немецком тексте Ланца написано: verpfutschten, буквально: растратили, расточили, промотали – В.А.) творение, они привнесли в мир ужасающие катастрофы, в которых погибли они сами и, вместе с ними, вся культура. Наследником той эпохи руин является ариогероический человек, чья родина находится в Европе, а именно, на Северо-Западе, в областях, граничащих с Атлантическим океаном. Его непосредственные предки – это атланты (в Библии – Иоанн Креститель, Прачеловек!)... Но и от демонов также остались реликты их пребывания на земле ».

ПРИЛОЖЕНИЕ 8

Из статьи Йорга Ланца Либенфельза «Мир во всем мире как дело и победа блондинов» («Остара» №4, на правах рукописи, Вена, 1928)

Евангелие от Матфея, XXVIII, 2: ...revolvit lapidem (лат. ... отвалил камень)

«Друзья, утешьтесь, наступит и для нас, и для нашей расы Пасхальное Воскресенье, день Воскресения. Воскресения Господня».

Здесь конец и Господу нашему слава!

ПРИЛОЖЕНИЕ 9

Вольфганг Акунов

БАВАРСКАЯ СОВЕТСКАЯ РЕСПУБЛИКА

Бавария всегда относилась к числу германских государств с наиболее ярко выраженной самобытностью и стремлением к самостоятельности. Баварское герцогство пользовалось автономией еще в составе Империи Карла Великого (IX в.). Государь из древней династии Виттельсбахов, Людвиг Баварский (XIV в.) принадлежал к числу наиболее выдающихся кайзеров «Священной Римской империи германской нации» («Первого райха»). Баварское королевство существовало еще в те времена, когда на землях будущего Королевства Пруссии язычники «молились пням», а их гоняли по лесам рыцари Тевтонского Ордена Приснодевы Марии. В так называемой «Австро-прусской» (а фактически – внутригерманской гражданской) войне 1866 г. Бавария, в числе других южногерманских государств, поддерживавших Австрию, потерпела сокрушительное поражение от победоносной Пруссии и возглавляемого Пруссией Северогерманского Союза.

Тем не менее, и после провозглашения в 1871 г. Германской империи («Второго райха») во главе с королем Пруссии в качестве «германского императора» (но не «Императора Германии!») в 1871 г. в Зеркальном зале Версальского дворца французских королей (этот глубоко символический акт был призван прочно закрепить в сознании современников и потомков победу немцев над французами, на протяжении столетий всячески препятствовавшими германскому единству), Бавария сохранила свою автономию, собственную армию с Генеральным Штабом, собственное военное министерство, собственную почту со своими почтовыми марками, и другие атрибуты самостоятельности.

Многие баварцы по-прежнему с недоверием и завистью относились к «пруссакам» и не прочь были бы при первой возможности от них отделиться. Огромные потери и лишения, понесенные всеми немцами в годы Великой войны, да и само поражение в войне эти «бело-голубые» (названные так по цветам баварского государственного флага) сепаратисты склонны были приписать «прусскому милитаризму», пытаясь снять с Баварии всякую ответственность за разжигание войны (приписываемое Антантой исключительно германской стороне) и заодно попытаться «полюбовно» договориться с державами-победительницами, избавив Баварию от необходимости участвовать в выплате Антанте колоссальных репараций, наложенных победителями на побежденную Германию. Поэтому не является случайным то обстоятельство, что именно баварская столица Мюнхен, наряду с Килем, стала одним из первых очагов революционного пожара.

Еще 2 ноября 1918 г. (за неделю до «официальной» победы Ноябрьской революции в Германии!) огромная толпа, состоявшая в основном из солдат нестроевой службы и деклассированных элементов, во главе с лидером «независимых социал-демократов» Куртом Эйснером, или Айзнером (Соломоном Космановским), чья парламентская фракция составляла в баварском ландтаге (земельном парламенте) меньшинство, совершила нападение на расположенные в Мюнхене армейские казармы.

Любопытно, что в числе сторонников Курта Айзнера был и юрист Ганс Франк, ставший при Гитлере ведущим национал-социалистическим правоведом, министром без портфеля и генерал-губернатором Варшавы, установившим в покоренной германскими нацистами Польше режим жесточайшего террора и повешенный за свои преступления по приговору Нюрнбергского трибунала (впрочем, и другой видный сторонник Гитлера - «главный антисемит» времен «Третьего райха» и издатель газеты «Дер Штюрмер» Юлиус Штрайхер - был в молодости социал-демократом, а третий - будущий Президент Народного суда гитлеровской Германии - Роланд Фрайслер - успел в юные годы побывать в России красноармейцем, политкомиссаром и чекистом - пока не был по линии Коминтерна заслан в Германию, где, поразмыслив, перешел в ряды нацистов)!

В ночь на 8 ноября 1918 г. Курт Айзнер на заседании Мюнхенского совета рабочих и солдатских депутатов объявил низложенным баварского короля Людвига III Виттельсбаха и провозгласил Баварию независимой республикой.

Уличные столкновения привели к свержению баварской королевской династии Виттельсбахов и бегству королевской семьи из Мюнхена. В качестве обоснования совершенного им переворота Курт Айзнер использовал опасения баварского крестьянства, что развал Австро-Венгрии может привести к вторжению войск Антанты и ее сателлитов в Баварию, невзирая на мирный договор, и недовольство общегерманским Временным правительством Фридриха Эберта (Советом Народных Уполномоченных), влачившим после заключения перемирия весьма жалкое, по мнению Айзнера, существование.

Берлинское правительство обвинялось баварцами, в массе традиционно не любившими «пруссаков», во всех свалившихся на Баварию и на всю Германию бедах.

Курт Айзнер-Космановский (объявленный председателем Мюнхенского рабочего, солдатского и крестьянского совета) провозгласил независимую Баварию социалистической и демократической республикой и с самого начала взял курс на открытую конфронтацию с «прусским» Берлином. По указанию Космановского были сфабрикованы подложные документы (датированные 1914 г.), призванные снять, в глазах Антанты, с Баварии всякую ответственность за развязывание мировой войны (взвалив всю ответственность на «пруссаков»), и помочь ей заключить с Антантой отдельный, менее суровый, чем со всей поверженной Германией, мирный договор.

Айзнер также выступал против созыва всегерманского Национального (Учредительного) собрания, как не учитывающего позицию советов рабочих и солдатских депутатов. Столкнувшись с жесткой позицией Имперского президента (райхспрезидента), лидера социал-демократов Фридриха Эберта, Курт Айзнер настолько резко обострил отношения с Берлином, что даже ряды поддерживавших его «антипрусские» настроения баварцев раскололись. Социал-демократическое большинство в баварском ландтаге поддержало позицию рейхспрезидента Эберта, сочтя необходимым передачу верховной власти всенародно избранному Учредительному собранию.

Поскольку на 12 января 1919 г. были назначены выборы в баварский ландтаг, крайне левые («спартаковцы») и перешедшие на сторону красных солдаты, сомневавшиеся в способности Айзнера «довести дело социалистической революции до конца», в ночь на 7 декабря 1918 г. предприняли в Мюнхене попытку вооруженного восстания, которую, однако, властям удалось подавить малой кровью, ввиду отсутствия у путчистов поддержки со стороны населения. Хотя Айзнер всеми силами открещивался от ультралевых путчистов, утверждая, что – якобы! - не был посвящен в их планы, общественное мнение в Баварии оказалось настроенным против него. Никто уже не верил в эйснеровскую идею полной независимости Баварии от остальной Германии, как залога будущего процветания этой земли.

Кроме того, становившиеся все более агрессивными антицерковные выходки красных стали оскорблять верующих, испытывавших традиционное для баварцев (особенно в сельской местности) уважение к католической церкви. Стало совершенно ясно, что, в случае, если выборы в ландтаг все-таки состоятся, Айзнера и его «независимых социалистов» ждет неминуемое поражение. Айзнер попытался еще раз обратиться к силе, но снова безуспешно, и был вынужден подать в отставку 21 февраля 1919 г.

В тот же день Курт Айзнер-Космановский был застрелен на улице офицером-фронтовиком графом Антоном фон (де) Арко-Валлей. Графу фон Арко-Валлей, незадолго до совершения им покушения на Айзнера, было отказано в приеме в ряды ариософского «Общества Туле» из-за его еврейского (по матери) происхождения. Данный факт позднее породил усердно муссируемую до сих пор так называемыми конспирологами (вроде Юрия Воробьевского и др.) легенду, что физическое устранение Айзнера было якобы поручено графу фон Арко руководством «Общества Туле», в качестве непременного условия его принятия в члены общества; впоследствии баварские чекисты на основании этого облыжного обвинения учинили кровавую расправу над членами «Общества Туле», взятыми ими в заложники.

Сам граф фон Арко, тяжело раненый красными после совершения им покушения и чудом спасенный от смерти знаменитым хирургом профессором Фердинандом Зауэрбрухом (с трудом уговорившим явившегося за раненым графом в госпиталь командира красногвардейского отряда - бывшего русского военнопленного, которого доктор Зауэрбрух по счастливой случайности вылечил накануне революции! - увести своих людей), был спасен от смертной казни, грозившей ему за убийство Айзнера, благодаря личному заступничеству знаменитого писателя, великого гуманиста Томаса Манна. Отбыв продолжительное тюремное заключение, граф Арко был в 1945 г. сбит в Мюнхене автомашиной американских оккупационных войск и скончался на месте.

Революционеры устроили Айзнеру пышные похороны с почетным эскортом солдат мюнхенского гарнизона. В исторической литературе встречаются утверждения, что при просмотре кадров кинохроники 1919 г. среди баварских красноармейцев, эскортировавших гроб с телом Айзнера был якобы обнаружен... ефрейтор Адольф Гитлер! Так ли это, или нет, одному Богу известно! Приводим это сообщение, как информацию к размышлению...

Успешное покушение графа фон Арко-Валлей на Курта Айзнера послужило сигналом к разгрому левыми баварского земельного парламента-ландтага и якобы «стихийным», а в действительности – тщательно спланированным (подобно неудачному большевицкому путчу в июле 1917 г. в Петрограде) массовым выступлениям красных. Ворвавшиеся в ландтаг вооруженные революционеры тяжело ранили лидера социал-демократического парламентского большинства Эдгара Ауэра и захватили многих членов баварского ландтага в качестве заложников. Мюнхен оказался в состоянии полной анархии. Райхспрезидент Фридрих Эберт в далеком Берлине мало чем мог помочь со своими слабыми силами. Возник новый, крайне опасный очаг серьезной смуты.

Во главе баварских левых стояли анархисты Густав Ландауэр, Эдгар Яффе и Эрих Мюзам. Последний, между прочим, был издателем журнала с характерным названием «Каин». Как видно, Мюзаму не давали покоя «лавры» большевиков в России, вознамерившихся воздвигнуть летом 1918 г. в г. Камышине на Волге памятник Каину, но потом «ограничившихся» установкой памятника... Иуде Искариоту!

По городам Баварии прокатилась волна стачек. Вооруженные коммунисты и анархисты, к которым примкнула часть солдат, силой захватывали редакции неугодных им газет. Во всей южной Баварии власть фактически перешла в руки советов рабочих и солдатских депутатов. Власть в Мюнхене захватил самозваный Центральный Совет, состоявший из представителей НСДПГ, анархистов, Баварского Крестьянского Союза и левых социал-демократов. 6 апреля 1919 г. в мюнхенский дворец бывшей баварской королевы ворвалась группа вооруженных революционеров под предводительством авангардистского поэта и драматурга Эрнста Толлера, возглавившего «независимцев» после убийства Айзнера, и провозгласила Баварию «Советской республикой».

Их воодушевил на это быстрый успех революции, вспыхнувшей 21 марта 1919 г. в Венгрии, где власть захватил засланный из Совдепии пламенный интернационалист товарищ Бела Кун, провозгласивший Венгерскую Советскую республику (венгерские большевики арестовали Великого Магистра Ордена Нового Храма барона Йорга Ланца фон Либенфельза, но он дважды каким-то чудом избежал расстрела). Эрнст Толлер и его сторонники заявили о своем намерении объединиться с Советской Венгрией и Австрией (где тоже со дня на день ожидалась социалистическая революция) в единую «революционную конфедерацию» (это также предполагало «разрыв с Берлином»).

Толлера поддержали советы рабочих и солдатских депутатов. Прежнему баварскому правительству социал-демократического большинства, во главе с Адольфом Гофманом, удалось бежать из Мюнхена на север Баварии, в г. Бамберг. Гофман заявил о верности своего правительства Фридриху Эберту. 7 апреля 1919 г., на следующий день после провозглашения Баварской Советской республики, ее руководство немедленно связалось с тт. Троцким, Лениным и прочими большевицкими главарями в Кремле и в дальнейшем во всем следовало их указаниям. В своей известной телеграмме баварским коммунистам Ленин в форме вопросов четко сформулировал для них программу действий: «Какие меры вы приняли против буржуазных палачей Шейдемана и К°? Вооружили ли вы рабочих и разоружили ли буржуазию? Взяли ли заложников из среды буржуазии?» и т.п. «Вождь мирового пролетариата», как обычно, жаждал крови и, между прочим, рекомендовал ни много, ни мало, как расстрелять ВСЕХ (!!!) офицеров до единого.

Пребывавший в описываемое время с дипломатической миссией в революционном Мюнхене нунций (посланник) папы римского Бенедикта XV, монсиньор Эудженио Пачелли (будущий папа Пий XII) направил  Государственному секретарю Ватикана Гаспарри отчет о происходящем, использовав свидетельские показания о хаотической сцене в бывшем дворце баварских королей, для описания методов, которыми трио Макса Левина, Евгения Левине и Товии Аксельрода добивалось укрепления советской власти над Баварией:

«Сцена была неописуемой до ужаса : царила совершенно хаотичная путаница, в разгар всего этого появляются банда молодых женщин сомнительной внешности и группа иудеев; все ходят туда-сюда, громко говорят, спорят и кричат. Главой банды женщин была любовница Левина — разведенная молодая русская иудейка, и именно ей нунциатура была обязана воздать дань уважения за возможность продолжать свою деятельность. Левин — молодой человек, тоже русский и иудей. Бледный, грязный, с одурманенными глазами, вульгарный, омерзительный...»

По мнению  Джона Корнуэлла, биографа будущего папы римского, тревожные нотки антисемитизма Пачелли выразились в списке используемых им эпитетов, описывающих физическую и моральную непривлекательность иудеев; характерное для Пачелли «постоянное указание на иудейство — эту партию власти узурпаторов» совпадало со «становящимся все более распространенным среди немцев мнением, что иудеи были зачинщиками большевицкой революции, что их основной целью является разрушение христианской цивилизации». Также по данным Корнуэлла, Пачелли сообщил Гаспарри, что «столица Баварии страждет под гнетом суровой иудейско-русской революционной тирании».

По словам домоправительницы папского нунция, монахини Паскалины Ленерт, Пачелли неоднократно угрожали эмиссары Баварской Советской Республики. Однажды, в нарушение международного права, представители баварского революционного правительства, угрожая оружием, попытались конфисковать автомобиль папской нунциатуры, в котором сидел Пачелли. Несмотря на требования революционеров, Пачелли, проявив незаурядное мужество, даже под дулом направленного на него пистолета, отказался выйти из служебного автомобиль. Но это так, к слову...

13 апреля часть мюнхенского гарнизона, и, прежде всего – «республиканские охранные группы», восстали против новоявленной Советской республики. Они арестовали некоторых членов советского правительства Баварии, заняли ряд общественных зданий и объявили Мюнхен на осадном положении. Но против восставших выступили мюнхенские коммунисты, к которым присоединилась поддавшаяся красной пропаганде часть столичного гарнизона. Вооружившись на захваченных ими армейских складах, они вступили в бой с «республиканскими охранными группами» на улицах города.

Еще в ходе битвы за Мюнхен прошли заседания «производственных» («рабочих») и «казарменных» («солдатских») советов. Последние объявили о передаче всей власти объединенному «Комитету действий» (Центральному Комитету), состоявшему главным образом из членов Коммунистической партии Германии (КПГ), Независимой Социал-Демократической партии Германии (НСДПГ) и представителей левого крыла Социал-Демократической партии Германии (СДПГ). Комитет одобрил предложенную коммунистами программу действий и назначил в качестве высшего органа Баварской Советской республики Исполнительный совет во главе с прибывшими из России большевицкими эмиссарами Евгением Ниссеном-Левине, Максом Левиным и Товией Аксельродом (всего 11 человек). Причем, Товия Аксельрод, подобно Карлу Собельсону-Радеку, прибыл в Германию из Совдепии вполне легально – в качестве корреспондента большевицкого агентства печати РОСТА!

Несомненно, новый подъем коммунистического движения в других частях Германии вызвал у них желание попытать счастья в Баварии. В обстановке нарастающих анархии и хаоса, вызванных неспособностью Толлера и его приспешников (перво-наперво отменивших деньги и объявивших войну соседней германской земле - Вюртембергу -, а заодно и «буржуазной» Швейцарии, отказавшейся передать швейцарские паровозы «на нужды баварской революции»!), баварские коммунисты собрали в мюнхенской «Придворной пивной» («Гофбройгауз») совещание советов рабочих и солдатских депутатов, утвердившее пламенного революционера-интернационалиста Евгения (Ойгена) Ниссена-Левине, сына отнюдь не пролетария, а видного петербургского банкира еврейского происхождения (которого, если верить немецкому исследователю Герду Кёнену, «...все, включая даже самих деятелей Советской республики, упрекали...в преступном фанатизме») в должности председателя Исполнительного совета нового Центрального Комитета.

Даже великий гуманист Томас Манн (сам женатый на женщине еврейского происхождения) писал в этой связи в своих «Рассуждениях аполитичного» (дневниках писателя за 1918-1921 гг.): «Мы говорили... о типе русского еврея, вождя мирового движения, которое стало взрывоопасной смесью еврейского радикального интеллектуализма и славянской христианской мечтательности. Мир, в котором еще жив инстинкт самосохранения, должен приложить все усилия, чтобы с молниеносной быстротой и решительностью, как в условиях военного времени, выступить против этой породы людей».

Отныне новый «парламент» Баварской Советской республике размещался не в прежнем здании баварского ландтага, а прямо здесь, в пивной «Гофбройгауз». В качестве первоочередной меры было принято решение о роспуске прежней баварской полиции, «поголовном вооружении пролетариата» и о начале формирования Красной гвардии. В качестве следующего шага была сформирована Баварская Красная Армия, всего за две недели достигшая численности 30 000 штыков (включая вооруженные заводские дружины).

Руководство ею было возложено на Рудольфа Эгльгофера, бывшего военного моряка и участника матросского бунта в Киле 28 октября 1918 г., предвестника Ноябрьской революции. Эгльгофер привлекал баварских люмпенов (которых выдавал за «пролетарских добровольцев»!) в ряды Красной Армии, главным образом, подкупом - высоким жалованьем, бесплатным питанием, алкогольными напитками (в первую очередь – даровым баварским пивом) и даже предоставлением им в пользование «обобществленных женщин» (на первых порах – девиц легкого поведения; в дальнейшем предполагалось «социализировать», по примеру большевиков в России, и других представительниц «слабого пола»!). Немалую часть баварских красногвардейских отрядов составили русские и сербские военнопленные, выпущенные революционерами из лагерей.

Оружие было получено путем грабежа казарм бывшей баварской королевской армии, а когда его стало не хватать – грозным указом, предписывавшим всем владельцам холодного и огнестрельного оружия сдать его революционным властям под угрозой смертной казни. Красногвардейцы приступили к массовым арестам всех, кого подозревали в «контрреволюционности», и захвату заложников из среды «эксплуататорских классов». Центральный Комитет призвал трудящихся к всеобщей забастовке, чтобы таким образом высвободить кадры для пополнения Баварской Красной Армии. Постоянно возраставшие расходы на 30-тысячную армию довольно быстро подорвали баварскую экономику.

Баварское советское правительство незамедлительно перешло к созданию собственного государственного аппарата. Были созданы комиссии по военным вопросам, по борьбе с контрреволюцией и саботажем, по хозяйственным вопросам, транспорту и пропаганде, в которых, как и в «Комитете действий» – коммунисты сотрудничали с «независимцами» и с левыми социал-демократами. Члены советов предприятий получили право неограниченного контроля над деятельностью и руководством предприятий.

Революционные события, начавшиеся в Мюнхене, быстро распространившись на юг Баварии, вызвали рост активности большевиков и анархистов во всей Южной Германии. Особенно сильно было влияние мюнхенских событий в Бадене, на самой границе Пфальца. 22 февраля в г. Мангайме (Мангейме), по инициативе коммунистов и «независимцев», были организованы массовые демонстрации, быстро перешедшие в акты насилия. Демонстранты штурмом взяли здания суда и тюрем и освободили заключенных (причем не только политических). Вечером того же дня был образован Революционный совет, провозгласивший «Советскую Республику Южной Германии».

Бежавшее в Бамберг социал-демократическое баварское земельное правительство Гофмана 13 апреля 1919 г. объявило всю территорию Баварской Советской республики на осадном положении. Адольф Гофман, опасавшийся быстрого численного роста Баварской Красной Армии, прекрасно понимал необходимость скорейшего нанесения удара по красному Мюнхену, но никак не решался призвать на помощь белые добровольческие корпуса (фрайкоры) германского министра райхсвера (обороны), правого социал-демократа Густава Носке, как состоящие преимущественно из «пруссаков». Натравить «пруссаков» на баварцев (пусть даже «красных», но все же «своих», «земляков»!) казалось неприемлемым средством даже для баварских «умеренных». Боясь повредить себе в общественном мнении, правительство баварских социал-демократов попыталось обойтись собственными силами, хотя они значительно уступали силам Красной Армии, которыми командовал Эрнст Толлер.

Уже 15 апреля близ г. Дахау, в 40 километрах от Мюнхена, произошли первые вооруженные столкновения между наступающими частями Баварской Красной Армии и добровольческими формированиями баварских белых. Красноармейцам удалось, благодаря своему подавляющему превосходству в численности и вооружении, разгромить белые войска, состоявшие из шести пехотных и двух пулеметных рот, одной батареи 77-мм пушек и одной батареи 105-мм полевых гаубиц, и взять Дахау штурмом. В этом бою баварские революционеры захватили 150 пленных, четыре артиллерийских орудия, три пулемета и большое количество боеприпасов. Победа в бою под Дахау была большим военным успехом правящего режима Баварской Советской республики.

Однако Баварская Красная Армия, в силу широко распространенного в ней «партизанского духа» и желания красноармейцев не воевать, а митинговать, не сумела закрепить успех (в тех условиях она могла бы без особого труда захватить всю территорию севернее Мюнхена вплоть до рек Дунай и Лех). Вместо этого Эрнст Толлер (НСДПГ) и Густав Клингельгефер (СДПГ), осуществлявшие совместное командование Красной Армией на Дахауском фронте, заключили с белыми перемирие, что привело к дезорганизации Красной Армии и нанесло Баварской Советской республике и Советской Республике Южной Германии немалый ущерб. Кроме того, Толлер (которого за последние две недели его же собственная «родная советская власть» успела дважды арестовать и дважды освободить!), категорически отказался выполнить отданный Эгльгофером приказ о поголовном расстреле всех пленных, самовольно покинул фронт и вернулся в Мюнхен (где был в третий раз арестован и в третий раз освобожден).

В бою при Дахау Баварская Красная Армия потеряла убитыми всего 8 человек. Однако революционный диктатор Эгльгофер, в полном соответствии с ленинскими указаниями, приказал «в порядке революционного возмездия» расстрелять ВСЕХ белых, взятых в плен. После неподчинения Толлера он, однако, «смилостивился» и ограничился приказом казнить за каждого убитого большевика «всего-навсего» по пять заложников из числа «представителей эксплуататорских классов».

Впрочем, невзирая на «классовый» подход «революционного правосудия»», первыми 30 апреля 1919 г. во дворе Луитпольдовской гимназии г. Мюнхена были расстреляны баварскими большевиками отнюдь не представители «эксплуататорских классов», а два простых солдата, взятые красными в плен накануне – гусары Линненбрюггер и Гиндорф. К числу заложников, расстрелянных мюнхенскими красноармейцами после гусар, принадлежали девять членов уже упоминавшегося выше полусекретного ариософского «Общества Туле», являвшегося баварским ответвлением более крупной тайной организации - «Германского Ордена» (барон Фридрих-Вильгельм фон Зайдлиц, скульптор Вальтер Наугауз, художник-график Вальтер Дайке, секретарь министерства путей сообщения Антон Дауменланг, барон Франц Карл фон Тейкерт, принц Густав Франц Мария фон Турн унд Таксис, живописец профессор Бергер, Карл Штехер и секретарь общества графиня Гелла фон Вестарп). В опубликованном «Обществом Туле» после освобождения Мюнхена от красных некрологе, украшенном двумя крюковидными крестами-свастиками, почему-то не был упомянут принц Густав Франц Мария фон Турн унд Таксис. Перед казнью заложники были подвергнуты мучительным пыткам в духе большевицкой «чрезвычайки».

Убийство заложников в Луитпольдовской гимназии вызвало, если верить «Рассуждениям аполитичного» Томаса Манна, «чудовищное возмущение граждан».

Даже «один из плакатов производственного и солдатского Совета выражал отвращение, вызванное «зверским преступлением»...Все красные повязки (которые до этого, как в дни «великой бескровной» Февральской революции 1917 г. в России нацепило великое множество баварцев - В.А.) внезапно исчезли»...

Об «Обществе Туле» (его полное название звучало несколько иначе: «Общество Туле – Орден борьбы за германский образ жизни»), членами которого являлись многие известные писатели, политики, военные, художники, архитекторы, литераторы и ученые Германии (например, всемирно известный биолог-дарвинист Эрнст Генрих Геккель, основатель науки экологии и «Немецкой Лиги Монистов») и не только Германии (например, всемирно известный американский ученый сербского происхождения, изобретатель сверхвысокочастотных генераторов и плазменного оружия «повелитель молний» Никола Тесла, а также гениальный авиаконструктор и художник барон Роберто Орос ди Бартини), отпочковавшемся от «Германского Ордена» («Германен-Ордена»), позднейшие «популяризаторы истории» насочиняли множество небылиц одна невероятнее другой.

Так, из «Общества Туле» многие рьяные «конспирологи» выводят все последующее гитлеровское движение - только на том основании, что эмблемой «Туле» служило так называемое «солнечное колесо» («зонненрад», т.е. свастика-«гакенкройц» с дугообразно загнутыми концами) на фоне меча острием вниз и солнца в обрамлении дубовых ветвей, а знаком принадлежности к этому Ордену была бронзовая брошь в форме щитка со свастикой, перекрещенной двумя копьями. Между тем, свастика в описываемый период времени была настолько популярным во всем мире символом, что использовалась даже в нарукавных нашивках красноармейских частей в Советской России с 1918 до 1924 гг.!

Членом «Общества Туле» был, например, командир наступавшего в апрельские дни 1919 г. на красный Мюнхен добровольческого корпуса «Оберланд», капитан Йозеф («Беппо») Рёмер, что не помешало ему позднее взять из кассы «Оберланда» 500 000 райхсмарок на издание коммунистической газеты, примкнуть к немецким национал-большевикам Эрнста Никиша и даже вступить в Коммунистическую партию Германии (!), чтобы, в конце концов, погибнуть в гитлеровском концлагере от рук национал-социалистов! Кстати, упоминавшийся выше авиаконструктор и художник барон Роберто Орос фон (ди) Бартини, австриец далматинско-итальянского происхождения, в 1923 г. переехал ...в СССР (согласно некоторым источникам, по заданию «Общества Туле»), где сконструировал 80 различных самолетов (причем многие из них - сидя в сталинской «шарашке») и умер в 1976 г. (в г. Таганроге). Автор настоящей миниатюры знаком с внуком барона, москвичом Олегом Гэровичем Бартини, собратом автора по Всероссийскому Геральдическому Обществу. Но это так, к слову...

Интереснее другое. По некоторым сведениям, после освобождения Мюнхена от красных члены «Общества Туле» собрались 3 мая 1919 г. на траурное заседание, дабы почтить память девятерых своих соратников, расстрелянных баварскими красноармейцами. Так вот, стол председателя - Рудольфа барона фон Зеботтендорфа унд фон дер Роза (заявившего в начале заседания, что члены «Туле» первыми «претерпели жертвенную смерть во имя крюковидного креста»), по воспоминаниям участников траурной церемонии, был накрыт трофейным красным знаменем, захваченным у спартаковцев. Со знамени были спороты украшавшие его при большевиках желтые пятиконечная звезда, серп и молот, а вместо них на красное полотнище нашит белый круг с черным крюковидным крестом («гакенкройцем», то есть свастикой).

Если это так, то выходит, что члены «Общества Туле» использовали будущее партийное знамя гитлеровской Германской Рабочей партии - ДАП (переименованной впоследствии в НСДАП) - еще задолго до вступления Адольфа Гитлера в эту партию, в период, когда он еще находился под арестом по обвинению в оказании вооруженного сопротивления освободителям Мюнхена из числа белых добровольцев! Но об этом - несколько позже...

Заключенное перемирие дало войскам белых необходимую передышку и возможность пополнить запасы вооружения. Так, например, члены «Общества Туле» занялись приобретением у баварских коммунистов винтовок (по цене от 60 до 80 марок за штуку, в зависимости от состояния). Члены сформированного в подполье военизированного крыла «Общества Туле» - «Боевого Союза (Кампфбунда) Туле» - , проникая в ряды Баварской Красной Армии, делали все, чтобы побуждать спартаковцев продавать все, что только можно - от пистолетов и ручных гранат-лимонок вплоть до пулеметов. Кроме того, члены «Туле» своевременно узнавали обо всех планировавшихся красными акциях и предупреждали людей, впавших в немилость у Советов, о грозящем им аресте. Нередко засланные в ряды красных боевики «Туле» успешно саботировали акции большевиков (например, выведя, путем замены магнитов, из строя весь красноармейский автопарк мюнхенского гарнизона). Но это так, к слову...

Поскольку было совершенно ясно, что сформированные генералом Францем Риттером фон Эппом баварские добровольческие корпуса оказались слишком малочисленными для того, чтобы нанести поражение Красной Армии, баварское земельное правительство Адольфа Гофмана обратилось за помощью к имперскому (общегерманскому) правительству лидера социал-демократов Фридриха Эберта. Против Баварской Советской республики были сконцентрированы следующие силы белых добровольцев:

1)2-я гвардейская пехотная дивизия,

2)Гессенско-тюрингско-вальдекский добровольческий корпус,

3)добровольческий корпус «Герлиц»,

4)11-я и 14-я кавалерийские стрелковые команды,

5)добровольческий корпус фон Лютцова,

6)2-я военно-морская (Вильгельмсгафенская) бригада Эргардта,

7)добровольческий корпус «Верденфельз»,

8)добровольческий корпус «Оберланд» (сформированный уже знакомым нам главой «Общества Туле» Рудольфом бароном фон Зеботтендорфом в Тройхтлингене, по поручению военного министра Эрнста Шнеппенгорста и Председателя Солдатского совета земли Бавария Йозефа Симона),

9)вюртембергские части особого назначения Зайтера и Гретера,

и некоторые другие, более мелкие добровольческие формирования, общей численностью примерно 60 000 штыков и сабель. В рядах этих добровольческих корпусов служили, между прочим, многие будущие видные национал-социалисты – Герман Гёринг, Рудольф Гесс, Грегор и Отто Штрассеры, Генрих Гиммлер, Эрнст Рём и другие.

А вот о будущем фюрере «Третьего райха» Адольфе Гитлере имеются сведения, что он, в чине ефрейтора, продолжал служить в мюнхенском гарнизоне и при Советской власти и даже был схвачен белогвардейцами при взятии Мюнхена... с красной революционной повязкой на рукаве! Во всяком случае, при освобождении Мюнхена от красных будущий «главный антикоммунист Германии» странным образом никак себя не проявил, хотя имел к тому времени за плечами опыт мировой войны, которую с самого первого дня провел в окопах на передовой и был награжден за храбрость двумя Железными крестами. Да и в своей носящей в значительной степени автобиографический характер книге Моя борьба Гитлер фактически обходит молчанием свое пребывание в красном Мюнхене и свою роль в развернувшихся там кровавых событиях...

Главнокомандующим довольно разношерстной «Белой гвардии», наступавшей на Мюнхен, был назначен прусский генерал-лейтенант Эрнст Бургхард фон Офен. Ему были подчинены и войска пребывавшего в г. Бамберге баварского правительства под командованием генерал-майора Арнольда Риттера фон Мёля. В своем приказе от 25 апреля 1919 г. генерал фон Офен писал:

«Войскам выполнять боевые задания, не останавливаясь перед применением силы; всякие переговоры с противником или с населением, безусловно, запрещаются. Всякая мягкость будет истолкована как небрежение своими служебными обязанностями, добродушие или ненадежность подразделения».

Добровольцы, двинувшиеся 20 апреля 1919 г. с запада (через г. Аугсбург) на Мюнхен, при вступлении в аугсбургские пригороды Лехгаузен, Обергаузен и Пферзее натолкнулись на сопротивление отрядов рабочей гвардии. Лишь по прибытии подкреплений и в ходе ожесточенных боев добровольческим корпусам удалось овладеть 22 апреля Обергаузеном, а 23 апреля – Лехгаузеном. Расквартированные в Мюнхене и Дахау части Красной Армии, вопреки опасениям генерала фон Офена, не выдвинулись к Аугсбургу, чтобы поддержать тамошних красногвардейцев и воспрепятствовать дальнейшему продвижению белых войск на столицу Баварии. Красноармейцы были заняты поддержанием порядка в самом городе, население которого волновалось в связи с участившимися самочинными экспроприациями, отменой свободы собраний, слова и печати и бессудными расстрелами заложников.

Неудержимое наступление белых добровольческих корпусов на Мюнхен вызвало среди членов советов рабочих и солдатских депутатов колебания, а затем и панику. На Всеобщем собрании членов советов предприятий 26 апреля 1919 г. Эрнст Толлер и другие функционеры Независимой Социал-Демократической партии Германии потребовали незамедлительно начать переговоры с баварским земельным правительством Гофмана, восстановить прежнюю «буржуазную» полицию и снова открыть запрещенные Советами «буржуазные» газеты. 27 апреля Общее собрание подавляющим большинством голосов приняло это требование «независимых социал-демократов». В ответ на это разгневанные коммунисты вывели своих представителей из состава «Комитета действий». Они все еще пребывали в полной уверенности, что собственными силами, во «всеоружии ленинских идей», смогут справиться с «реакционерами».

30 апреля 1919 г. паролем красного мюнхенского гарнизона было объявлено короткое, но ёмкое слово «Троцкий».

В день празднования 1 мая 1919 г. на Красной площади в Москве торжествующий В.И. Ульянов-Ленин во всеуслышание заявил: «Свободный рабочий класс празднует сегодня годовщину не только в Советской России, но и в Советской Венгрии и в Советской Баварии». А 15 июля того же года, выступая перед красноармейцами с речью о внутреннем и внешнем положении «Республики Советов», Ленин заявил:

- ...если Россия со своей Советской властью вначале была в одиночестве, то впоследствии к ней присоединилась Советская Венгрия, идет дело о передаче власти Советам в Германии, и недалек день, когда вся Европа соединится в единую Советскую республику, которая уничтожит господство капиталистов во всем мире.

(Ленин В.И. ПСС. т. 39. стр. 111).

Прошедший незадолго перед тем в красной Москве Учредительный Съезд Третьего (Коммунистического) Интернационала (Коминтерна), на который съехались коммунистические представители из 19 стран мира, призвал «мировой пролетариат» объединяться в поддержку Советской России – «Отечества пролетариев всего мира». Красная артиллерия готовилась «дать свой последний залп на могиле мировой буржуазии» (красное знамя с соответствующей надписью до сих пор висит в московском Музее Российских Вооруженных Сил и Военно-Морского Флота).

В Венгрии, ставшей «советской республикой», свирепствовал кровавый режим пламенного интернационалиста товарища Белы Куна, впоследствии вошедшего в список величайших преступников человеческой истории как беспощадный истребитель русских белогвардейцев, поверивших провозглашенной М.В. Фрунзе большевицкой «амнистии» и отказавшихся эвакуироваться с Русской Армией генерала барона П.Н. Врангеля из Крыма в роковом для исторической России 1920 г.

К моменту захвата красными власти в Венгрии передовые части большевицкой Красной Армии, громя белополяков, достигли уже польского Каменец-Подольска на самой границе с Немецкой Австрией. В Каменец-Подольске у товарища Д.А. Шмидта, комдива Червонных казаков, состоялась встреча с народным комиссаром обороны Венгерской Советской республики Тибором Самуэли, который самолетом направлялся в красную Москву за инструкциями. Это стало решающим фактором в назначении Шмидта командующим ударной кавалерийской группировкой красных.

Этой группировке предстояло через границы Польши и Румынии прийти на помощь венгерской революции. Шмидта нисколько не смущала перспектива прорыва через две границы. Венгерским коммунистам удалось захватить на какое-то время и часть Словакии, провозгласив там «Словацкую Советскую республику». С величайшим трудом «цепную реакцию» большевизации Центральной Европы удалось пресечь с помощью белых венгерских, чехословацких и румынских войск. А в «день международной солидарности трудящихся» - 1 мая 1919 г. (в тот самый день, когда Ленин принимал парад «армии мировой революции» на Красной площади в Москве) - передовые части фрайкоровцев с боем вступили в предместья баварской столицы.

В ходе ожесточенных уличных боев, продолжавшихся с 1 по 4 мая 1919 г., белые добровольцы смогли, наконец, одержать верх над Баварской Красной Армией. Красноармейцы потеряли только убитыми, по разным оценкам, от 800 до 1000 человек. Мюнхен был объявлен на военном положении. Ликвидация красных снайперов и выкуривание спартаковских «осиных гнезд» заняло, однако, еще немало времени. Во многих случаях - в буквальном смысле слова, поскольку сопротивление красных оказывалось столь ожесточенным, что против них приходилось применять даже огнеметы.

Томас Манн писал в «Рассуждениях аполитичного»:

«(6 часов вечера). Весь день пополудни сильная канонада и пулеметные очереди...Мюнхен почти полностью во власти правительственных войск, которые вошли в город при живейшей поддержке жителей. Это прусские и южногерманские части, солдаты в стальных касках; они хорошо выглядят и вполне дисциплинированны...хваленый героизм красных очевидно был равен нулю...Мюнхенский коммунистический эпизод остался в прошлом, желания повторить его не возникает ни у кого. Надо признать, что и я испытываю чувство освобождения и облегчения. Давление было отвратительным. Надеюсь, что бессовестные народные герои, виновные в преступной глупости убийства заложников, будут задержаны и предстанут перед показательным судом (1.5)».

Однако надежды писателя на завершение кровавой эпопеи к вечеру 1 мая не оправдались. Следующий ден принес новый всплеск насилия и всеобщей паники, смешанной с жаждой мести:

«(10 1/2 утра). Всю ночь была слышна стрельба, к утру она усилилась и продолжается. Рослые солдаты райхсвера с черно-бело-красными повязками патрулируют перед домом...Большинство рабочих-коммунистов разочаровались в надежде на «вступление в бой русских» (большинство русских военнопленных, присоединения которых тщетно ожидали баварские красноармейцы, предпочли не вмешиваться во внутригерманские «разборки» - В.А.). Убийство заложников, судя по всему, произошло с участием или с помощью русских военнопленных (часть из которых, вроде упомянутого выше пациента доктора Зауэрбруха, все-таки присоединилась к мюнхенским большевикам - В.А.)...Тела жертв обезображены...Остальные заложники были обязаны присутствовать при казни. Несколько вождей коммунистов задержаны. - (6 часов вечера) Трое баварских солдат с пулеметом появились около полудня, назвавшись представителями службы безопасности. Я угостил их сигарами...Красных прикончили. С теми, кто попадал в их руки, было то же самое... - В конце концов все сложилось так, что решительная победа войск стала жизненной необходимостью. Противоположный исход был бы немыслимой катастрофой...- Звонил Бертрам... Угрозы красных, если только им удастся прогнать правительственные войска, откровенны и многообещающи. Решительное наступление абсолютно необходимо (2.5.)».

Более 2000 спартаковцев было приговорено к различным срокам тюремного заключения. Военно-полевыми судами был вынесен смертный приговор вождю баварских коммунистов Рудольфу Эгльгоферу (Главнокомандующему Баварской Красной Армией), вожаку баварских анархистов Густаву Ландауэру (члену НСДПГ) и упоминавшемуся нами выше большевику Евгению Ниссену-Левине (засланному в Баварию из Советской России председателю Исполнительного Совета). Казнь последнего вызвала особенное одобрение, в том числе даже в кругах германской интеллигенции, гораздо более других сословий склонных к заигрыванию с левыми идеями. Как писал Герд Кёнен: «Известный пример дает снова Томас Манн. В его мюнхенском дневнике есть...ужасное выражение, направленное в адрес Левине: «Против этого типа мечтательных, фанатичных, христоподобных еврейских революционеров может помочь лишь расстрел на месте». Видно уж очень допекли баварские Советы классика немецкой и мировой литературы, раз он решился доверить бумаге столь «неполиткорректные» - даже по тогдашним временам - потаенные мысли, недостойные истинно интеллигентного человека...

Потери германских белогвардейцев в Баварии только убитыми составили 68 человек.

Когда 1 мая 1919 г. добровольческий корпус фон Эппа, в составе которого дрался с красными лейтенант Отто Штрассер (будущий вождь левых национал-социалистов и основатель антигитлеровской нацистской организации «Черный Фронт»!), с боями вошел в Мюнхен, он был обстрелян из казармы «Макс II» 2-го пехотного полка баварской Красной Армии, в котором служил ефрейтор Адольф Гитлер (ходивший, как и все его однополчане, с большевицкой красной повязкой на рукаве!). После разгрома красных в полку была учреждена следственная комиссия с целью установить, кто именно стрелял по белым добровольцам, и выявить все «красные гнезда».

Среди арестованных белыми подозреваемых солдат был и Гитлер, впрочем, вскоре освобожденный по ходатайству начальства при не выясненных до конца обстоятельствах, что представляется довольно странным, учитывая беспощадность, с которой «белые» военно-полевые суды действовали после освобождения Мюнхена от красных. Как бы то ни было, ефрейтору Гитлеру удалось оправдаться. Будущий фюрер НСДАП на удивление скоро вышел на свободу, прошел «унтер-офицерские курсы переподготовки» и сделался чем-то вроде «антибольшевицкого политрука-пропагандиста» в новом, теперь уже белом, мюнхенском гарнизоне. Возможно, в новом назначении Гитлера сыграло определенную роль как раз его «красное» прошлое – разочаровавшемуся в своих прежних коммунистических идеалах бывшему ефрейтору-большевику простые солдаты верили больше, чем кому-то другому, знавшему о большевизме только понаслышке.

Ни для кого сегодня не секрет, что Гитлера «пасла» («курировала») военная разведка баварского райхсвера (в лице ветеранов Великой войны майора Антона Майра и капитана Эрнста Рёма, освобождавшего Мюнхен от красных в составе добровольческого корпуса фон Эппа, дослужившегося в дальнейшем до начальника штаба гитлеровских штурмовых отрядов СА и, по приказу Гитлера, убитого эсэсовцами в «Ночь Длинных Ножей» 30 июня 1934 г.). Именно по поручению Рёма, обязанного по долгу службы следить за всеми радикальными политическими организациями, Адольф Гитлер был вскоре внедрен в зародыш будущей НСДАП – упомянутую выше Германскую Рабочую партию (Дойче Арбайтер-Партай, ДАП).

13 мая 1919 г. социал-демократическое баварское земельное правительство, после своего непродолжительного изгнания, возвратилось из Бамберга в Мюнхен.

ПРИЛОЖЕНИЕ 10

СПИСОК ЧЛЕНОВ ОБЩЕСТВА «ТУЛЕ»1

Аманн, Макс.

Андерш, Альфред (член)2

Аннакер, Иоганн (член).

Арндт, Юлиус, д-р3

Ассман, Людвиг (член)

Аумиллер, Макс (член).

Бальдауф, Георг (член)

Баллер, Альфред (член)

Бартельс, Фриц (член)

Бауэр, Герман (член)

Бауэр, Йозефина (член)

Бауэр, Людвиг (член)

Баумер, Анна (член)

Байргаммер, Макс (член)

Бартини, Роберт(о) Орос, барон ди (член)

Беккер, Берта (член)

Бек, Артур Риттер фон4 (член)

Бе(с)нар5 (член)

Бирбаумер, Кэте (член)

Бирнер, Гедвига (член)

Блок. Нора (член)

Бодман, Ганс-Герман, барон (член)6

Борн, Курт (член)

Брэм, Георг (член)

Бруно, Альфред (член)

Бюхольд, Валентин (член)7

Бунге, Ганс (член)8

Вальтер, Людвиг (член)

Вальтершпиль братья9 (члены)

Вайделин, Пауль (член)

Вайнберг, Карл (член)

Вайнрих, Генрих (член)

Вайнрих, Кэте (член)

Вебер, Людвиг (член)

Вельц, Эдуард фон (член)

Вельц, Лаура фон (член)

Вестарп, Гейла (Гелла) фон, графиня (член)10

Вестерман. Герман (член)

Вестерндорф, Анна (член)

Вестфаль, Ганс (член)

Видеман, лейтенант (член).

Видман (член)

Визер, Фриц (член)11

Виттгенберг, Эльза фон, баронесса (член)

Виттгенберг, Вильгельм фон, барон (член)

Гайзер, Карл (член)

Гайер, Иоганн (член)

Гайден, Адольф фон (член)

Гальбриттер, Эрнст (член)12

Гаммер, Иоганн (член)

Гаммермайр, Эрнст (член)

Гампель, Пауль (член)

Гатман, Эрна (член)

Гатман, Отто (член)

Гаубатц, Кэте (член)

Гаусгофер, Карл, генерал («гость»13)

Гейм, Густав (член)

Геймбург, Вернер фон (член)

Геккель, Эрнст (член)14

Гербст, Фриц (член)

Гердеген, Иоганн (член)

Геринг, Эльза (член)

Геринг, Тереза (член)

Гертель, Отто (член)

Гесс, Рудольф (член)15

Гессель, Тильда (член)

Гёльцль, Герман (член)

Гитлер, Адольф («гость»)

Глауэр, Адам Альфред Рудольф16

Глауэр, Дора (член)17

Гойсс, Теодор (член)18

Голлерит, Франц (член)

Голльвег, Фриц (член)

Гольцварт, Вили (член)

Гольнштайн, фон граф (член)

Гольнштайн, фон графиня (член)

Гоппелер, Ганс (член)

Горн, Адольф (член)

Грассингер, Ганс Георг (член)19

Гребер, Георг (член)

Гриль, Артур (член).

Гронбах, Адольф (член)

Гутберлет, Вильгельм, д-р (член)

Гюманн, Альвина (гость)

Дан, Ганс (член)20.

Даннель, Франц (член)21

Дауменланг, Антон22

Деби, Тео (член)

Дейке, Вальтер (член)

Дешо, Георг (член)

Дельгмайер, Элизабет (член)

Дельке. Вальтер (член)23

Деммель, Августа (член)

Демокль, Ида (член)

Дингфельдер, Иоганнес (член)24

Дрезель, Максимилиан (член)

Дрекслер, Антон (член)25

Дюнцель, Ганс (член)

Зайдлиц (Зейдлиц) Фридрих Вильгельм фон (член)26

Зайлер, Георг (член)

Зайльнахт, Геновефа (член)

Зассигер, Георг (член)

Зеботтендорф (см. Глауэр)

Зедльмайер, Герман (член)27

Зессельман, Макс (член)28

Зеэгер, Георг (член).

Зёттль, Франц (член)

Зингер, Карл (член)

Зоммер, Луиза (член)

Иффланд, Анна Берта (член)29

Имгоф, Рудольф фон (член)

Йост, Гейнц Мария Карл30

Кайндль, Георг (член)

Кайзер, Иоганн (член)

Каль, Вильгельм (член)

Карл, Иоганн (член)

Карл, Мария (член)

Каутцер, Ойген (член)

Керлен, Курт (член)

Кесслер, Георг (член)

Клёкк, Антон (член)

Кляйн, Эрнст (член)

Кляйнман, Гуго (член)

Кнауф, Фридрих (член)

Кнайль, Элизабет (член)

Кнайль, Юлиус (член)

Крауз, Эдгар (член)

Курц, Гейнц, д-р (член)

Лак, Йозеф (член)

Ланг, Карл (член)

Ланг, Михаэль (член)

Лангенэггер, Лия (член)

Ланц фон Либенфельз, Йорг, фон барон («друг»)

Лафорс, Вильгельм (член)31

Легль, Георг (член)

Леопрехтинг, Карл фон, барон (член)

Леопрехтинг. Матильда фон, баронесса (член)

Лёффельгольц фон, барон (член)

Линдау, Отто (член)

Липпе, Курт фон дер (член)

Лист Г(в)идо фон («друг»)

Лоб, Франц (член)

Лютцельбург, Эрнст фон, барон (член)

Майер, Гуго Генрих (член)

Марс, Ганс (член)

Марц, Карл (член)

Маттес, Карл (член)

Маттиссен, Вильгельм (член)

Мерц, Георг (член)

Метц, Георг (член)

Микуш, Адельгейд фон, баронесса (член)

Михаэлис, Фридрих (член)

Миллер, Тереза (член)

Мозельдик, Пауль (член)

Мойзель, Артур (член)

Мольц, Анни (член)

Мошик, Пауль (член)

Мюллер, Ганс Георг (член)32

Мюллер, Каролина (член)

Мюллер, Франц (член)

Нагель, Пауль (член)

Наугауз, Вальтер (член)33

Ноймайер, Роза (член)

Отт, Иоганн (член)34

Паркус, Лео (член)35

Пфайффер, Карл (член)

Пфистер, Георг (член)

Польшер, Вальтер (член)

Панграц, Вольфганг (член)36

Пурпус, Фридрих (член)

Райхенбах, Леонгард (член)

Райценштайн, фон, барон (член)

Раух, Макс (член)

Репп, Карл (член)37

Рексгаузер, Валентин (член)

Рёмер, Йозеф («Беппо»)38

Ридль, Георг (член)

Ридмайр, Иоганн (член)

Риман. Ганс (член)39

Риман-Бухерер, Гертруда (член).

Ритцлер, Конрад (член)40

Розенберг, Альфред («гость»)41

Ромедер, Вильгельм (член)42

Рупперт, Альбин (член)

Тесла, Никола («друг»)43

Тойхерт (Тейкерт, Тойкерт), Франц Карл фон, барон (член)44

Турн-унд-Таксис, Густав Франц Мария принц фон (член)45

Ульзамер, Губерт (член)

Утч, Фридрих (член)

Файлиц, Франц фон, барон (член)46

Федер, Готфрид (член)47

Фельдбауэр, Герман (член)

Филер. Карл (почетный член)48

Фрайхальт, Эльза фон (член)

Франк, Михель, д-р (член)

Фройденбергер, Люси (член)

Фриз, Валентин (член)

Фрюауф, Людвиг (член)

Функ, Леонгард (член)

Фюлле, Антон (член)

Фюрер, Тези (член)

Шанце, Макс (член)

Швабе, Карл (член)49

Швайгер, Паула (член)

Шеппелер, Эрнст (член)

Шойерман, Мари (член)

Шмиде, Тереза (член)

Шлитт, Вильгельм (член)

Шмидт, Герман (член)

Шнеебергер, Людвиг (член)

Шписсгофер, Альберт (член)

Шрёдер, Франц Йозеф (член)

Штехер, Карл («гость»)50

Шультес, Ганс (член)

Штайнле, Францт (член)

Штойбер, Михаэль (член)

Штрауб, Мария (член)

Эккарт, Дитрих (член)51

Эккарт, Пауль (член)

Энгельбрехт, Отто (член)

Эренгут, Леопольд (член)

Якоби, Карл (член)52

ПРИЛОЖЕНИЕ 11

«ОБЕРЛАНД» И «ТУЛЕ»

1.О возникновении и истории добровольческого корпуса «Оберланд».

А) Зачин

Добровольческий корпус (фрайкор, нем.: Freikorps) «Оберланд» («Верхняя Земля», т.е. «Верхняя Бавария»), вне всякого сомнения, являлся известнейшим вооруженным формированием в Баварии (да и во всей Южной Германии) в период после окончания Великой (Первой мировой) войны. Правда, будущий национал-социалистический «имперский наместник («райхсштатгальтер», нем.: Reichsstatthalter) Баварии, полковник Франц Риттер фон Эпп53 пытался «переиграть» фрайкор «Оберланд» силами сформированного им в г. Ордруфе «Баварского стрелкового корпуса» («Байеришес Шютценкор», нем.: Bayerisches Schuetzenkorps), выставляя себя в глазах общественности «освободителем Мюнхена от красного террора», хотя в действительности добровольческий корпус фон Эппа 1-2 мая 1919 г. очистил от войск Баварской Советской Республики (Байерише Рэтерепублик, нем.: Bayerische Raeterepublik) только один из районов г. Мюнхена – Гизинг - и был всего лишь одним из многих принимавших участие в освобождении Мюнхена добровольческих корпусов, большинство из которых было даже не баварскими, а «прусскими» («пруссаками» - «прайссн», нем.: Preissn - баварцы традиционно именовали всех немцев, не имевших счастья родиться в Баварии). Правда, фрайкор «Оберланд» прославился на всю Германию не в 1919 г., а несколько позднее, после того как его бойцы в ходе подавления 3-го польского восстания в Верхней Силезии (направленного на присоединение этой германской провинции к Польше) 21 мая 1921 г. взяли штурмом «священную гору» жителей Верхней Силезии – Аннаберг - с расположенным на ней средневековым монастырем, разгромив укрепившихся на горе польских повстанцев.

Б) Всеобщая паника.

После провозглашения Баварии Советской Республикой 7 апреля 1919 г. в г. Мюнхене стали происходить удивительные вещи. Охваченное страхом перед красными, баварское государственное правительство, бежавшее от Советов из Мюнхена в г. Бамберг, начало выдавать предприимчивым баварцам, считавшим себя способными сформировать добровольческий корпус и обещавшим правительству двинуться со своим отрядом на захваченный красными Мюнхен, чтобы свергнуть утвердившуюся там Советскую власть, патенты с разрешением набирать добровольцев. Такой документ был выдан, между прочим, и не имевшему опыта командования войсками барону Рудольфу фон Зеботтендорфу (точнее – фон Зеботтендорфу унд фон дер Роза, он же – Рудольф Глауэр, он же – Эрвин Торре). Зеботтендорф представил выданное ему разрешение Командованию III Армейского Корпуса в г. Нюрнберге, где находились правительственные склады вооружения и снаряжения. Заручившись разрешением Командования Армейского Корпуса на формирование добровольческого отряда, барон Зеботтендорф направился дальше, в г. Айхштетт (Эйхштетт), - место создания будущего фрайкора. Вероятнее всего, Рудольф фон Зеботтендорф получил разрешение на формирование собственного отряда, невзирая на отсутствие у него опыта командования войсками, поскольку являлся основателем мюнхенского Общества «Туле» («Туле-Гезелльшафт», нем.: Thule-Gesellschaft) – неоднократно упоминавшейся нами выше секретной мистически-теософской группы (баварского отделения аналогичной организации, известной под названием «Германен-Ордена», или «Германского Ордена», нем.: Germanen-Orden), учредившей, после изгнания красных из Мюнхена и свержения власти Советов в Баварии, памятный свастичный «рунический крест» с мечами для награждения чинов добровольческого корпуса «Оберланд» (об этом «руническом кресте» у нас еще пойдет речь далее). Рудольф фон Зеботтендорф занимался в своем фрайкоре только организационными вопросами. О его дальнейшей деятельности существует множество легенд, но имеется очень мало достоверных и документально подтвержденных сведений. Остаток своей жизни Зеботтендорф провел в Турции, проживая преимущественно в Стамбуле (где, якобы, утопился или был кем-то утоплен в Босфоре в день капитуляции гитлеровской Германии 8 или 9 мая 1945 г.)54. Словом, «темна вода во облацех»...

Между тем, в Айхштетте собралась группа фронтовиков, ветеранов Мировой войны (главным образом, офицеров), под командованием обер-лейтенанта (или, по-нашему, старшего лейтенанта) Йозефа Рёмера (по прозвищу «Беппо»), члена Общества «Туле», в скором времени уже насчитывавшая в своих рядах 120 штыков и ежедневно получавшая все новые пополнения за счет многочисленных добровольцев. Так, например, в ее ряды влился многочисленный отряд волонтеров из г. Трейхтлингена. Нередко в добровольцы записывалось все мужское население того или иного городка или селения, способное носить оружие. В один из наиболее удачных в плане вербовки дней добровольцами во фрайкор «Беппо» Рёмера (вскоре повышенного в чине до гауптмана, то есть капитана) разом вступили 24 баварских крестьянина из небольшого селения Альтенмур, расположенного близ г. Гунценгаузена, во главе с бургомистром (все, как один, обладавшие опытом Мировой войны).

Cудя по дошедшим до нас воспоминаниям и фотографиям, большинство баварских белых добровольцев не носило военной формы или же сочетало элементы армейского обмундирования с предметами гражданской одежды. Многие добровольцы «Оберланда» (как и других волонтерских формирований - например, фрайкора «Верденфельз», нем.: Freikorps Werdenfels), будучи родом из сельской местности, носили живописные национальные костюмы альпийских горцев, кожаные или замшевые штаны до колен, гетры, «тирольские» шляпы с перьями или хвостиком горной козы, подбитые гвоздями ботинки на толстой подошве и т.д.

В качестве военного командира горского фрайкора был приглашен майор Альберт Риттер фон Бек, офицер-фронтовик, член Общества «Туле», удостоенный высшей баварской награды за воинскую доблесть – Военного Ордена Макса-Иосифа (нем.: Militaer-Max-Joseph-Orden). Между майором фон Беком и бароном фон Зеботтендорфом вскоре начались конфликты.

В качестве добровольцев в отряд вступали, в первую очередь, бывшие профессиональные солдаты, студенты, рабочие, ремесленники и – в несколько меньшем количестве – крестьянские сыновья. Так называемый «средний класс» - буржуазия, или, по-немецки, бюргерство – почти не был представлен в его рядах. Данное обстоятельство позднее, после расформирования добровольческого корпуса «Оберланд» и его преобразования в Союз «Оберланд» («Бунд Оберланд», нем.: Bund Oberland), привело к острым внутренним конфликтам, поскольку многие члены Cоюза призывали к борьбе с «зажравшейся буржуазией и махинаторами». Вообще же фрайкор «Оберланд» был настроен «общенационально» и, в отличие от других добровольческих формирований, несмотря на живописные баварские народные костюмы своих волонтеров, оставался абсолютно чужд баварскому «местничеству» и узкому провинциальному партикуляризму55. Даже знамена «оберлендеров» были не бело-голубыми баварскими, а черно-бело-красными (как трехполосный государственный флаг рухнувшей в результате Ноябрьской революции 1918 г. кайзеровской Германии - «Второго райха»), с ромбовидной эмблемой корпуса, украшенной цветком эдельвейса (которая будет подробно описана далее) на верхней (черной) полосе знамени, у древка. Ромбовидное навершие знамени также представляло собой изображение эмблемы корпуса с цветком эдельвейса. Сохранились фотографии «оберлендеров» под черно-бело-красным знаменем с прикрепленной к древку красной лентой, украшенной черным «гакенкройцем» («крюковидным крестом», нем.: Hakenkreuz, т.е. свастикой) в белом круге. Впрочем, это так, к слову...

Когда численность «Оберланда» достигла примерно 300 штыков, он получил приказ войти в состав боевой группы Зиберта («Группе Зиберт», нем.: Gruppe Siebert) и, через г. Фрайзинг, двинуться на Мюнхен, чтобы принять участие в освобождении столицы Баварии от частей Баварской Красной Армии. Со 2 по 5 мая 1919 г. корпус принял участие в боях за Мюнхен (в частности, взяв штурмом здание мюнхенского фонда «Максимилианеум», превращенное баварскими красноармейцами в настоящую крепость).

После взятия города «Оберланд» был расквартирован в Мюнхене, где получил пополнение (в его ряды вступила добровольческая рота Эстрейхера из г. Ингольштадта), достигнув своей максимальной численности - 1050 штыков. Фрайкор был подчинен 21-й стрелковой бригаде и разделен на 2 батальона – I батальон под командованием капитана Горадама и II батальон под командованием капитана Безля. Бои за Мюнхен завершились. Больше добровольцам там было нечего делать, кроме несения обычной караульной службы. Поэтому многие волонтеры стали увольняться. Численность отряда уменьшилась до размеров батальона, состоявшего из 4 рот. Командиром батальона был назначен капитан Горадам56. Майор Риттер фон Бек и ненадолго сменивший его в должности военного командира «Оберланда» майор Петри также уволились из фрайкора. Остаток корпуса – переформированный батальон Горадама – был включен, в качестве III батальона, в состав 2-го стрелкового полка баварской армии (райхсвера), однако ненадолго. Дело в том, что, по условиям Версальского договора, навязанного Антантой в 1919 г. побежденной Германии, райхсвер (армия республиканского Германского райха - так называемой «Ваймарской республики») подлежал радикальному сокращению. В числе многих других частей райхсвера, был расформирован и III батальон 2-го стрелкового полка. С августа 1919 г. «Оберланд» был преобразован в батальон временных добровольцев («Цайт-Фрайвиллиген-Батальон», нем.: Zeitfreiwilligen-Bataillon). В этом качестве он и пребывал до марта 1920 г.

В) На Руре все спокойно...

В марте 1920 г. силами белых добровольческих корпусов, возмущенных принятым республиканским правительством Германского райха, под давлением Антанты, решением о роспуске фрайкоров, была совершена попытка захвата государственной власти вооруженным путем, вошедшая в историю под названием «путча Каппа-фон Люттвица» (по фамилиям главных организаторов путча), или просто «Капповского путча». Путчистам удалось овладеть Берлином и еще целым рядом германских городов. Однако республиканское имперское (первый параграф принятой в январе 1919 г. в г. Ваймаре конституции гласил: «Германская империя является республикой»!) правительство во главе с Фридрихом Эбертом, лидером Социал-Демократической партии Германии (СДПГ), сумело ускользнуть и призвать рабочих и служащих к всеобщей забастовке. В результате путч провалился и его руководитель доктор Вольфганг Капп бежал за границу.

Воспользовавшись путчем, германские левые – коммунисты-«спартаковцы» и независимые социал-демократы («независимцы»), давно уже готовившие свой собственный путч против «продавшегося буржуазии социал-реформистского режима Фридриха Эберта», в свою очередь, выступили против него с оружием в руках. В Рурской области – «промышленном сердце Германии» - левыми радикалами была поставлена под ружье 50-тысячная «Красная Армия Рура» («Роте Рур-Армее», нем.: Rote Ruhr-Armee) и разгорелась настоящая гражданская война.

Фридриху Эберту срочно понадобилась помощь белых фрайкоров. Временные добровольцы, сведенные в 17-ю роту «Оберланд» под командованием капитана Горадама, получили приказ вернуться в строй и сформировали, как и было предусмотрено на этот случай, VI батальон временных добровольцев. Все остальные батальоны временных добровольцев, приданные 21-й стрелковой бригаде, получили боевое крещение в Рурской области. До сих пор остается не вполне ясным, почему переформирование «оберлендеров» заняло столь долгое время, что батальон смог прибыть в Рурскую область лишь 8 апреля 1920 г. Как бы то ни было, к моменту прибытия «оберлендеров» бои правительственных войск с «Красной Армией Рура» уже завершились разгромом последней. «Оберлендерам» пришлось удовольствоваться лишь участием в разоружении капитулировавших рурских красноармейцев в г. Дортмунде. На тот момент численность батальона, находившегося под командованием капитана Горадама, составляла 420 штыков. Адъютантом батальона был старший лейтенант «Беппо» Рёмер57.

«Оберлендеры» были переброшены обратно в Мюнхен. 30 апреля 1920 г., во дворе Турецкой казармы (Тюркенказерне, нем.: Tuerkenkaserne), капитан Горадам принял последний парад «Оберланда». В тот же день был издан приказ о его расформировании. Временные добровольцы были отправлены по домам. При этом каждому из них было разрешено прихватить с собой винтовку и 50 патронов к ней.

Г) Фрайкор нам дом родной...

Но связи между добровольцами фрайкора «Оберланд» сохранялись и после роспуска корпуса временных добровольцев. Все они состояли в «Ополчения жителей Баварии» («Айнвонервер Байерн», или «Эйнвонервер Байерн», нем.: Einwohnerwehr Bayern) лесного советника (форстрата, нем.: Forstrat) Эшериха и старшего землемера (обер-геометра, нем.: Obergeometer) Канцлера. известной также под названием «Организации Эшериха» («Организацион Эшерих», нем.: Organisation Escherich) или, сокращенно, «Оргэш»(нем.: Orgesch).

Со временем часть «оберлендеров» как-то устроилась в гражданской жизни, но сохранилось определенное ядро, кадр, состоявший из людей, которых по-прежнему, даже в мирных условиях, неудержимо влекла к себе «солдатская жизнь». Это были, главным образом, люди, неуютно чувствовавшие себя «на гражданке», для которых не нашлось места и в сильно сокращенном по Версальскому договору райхсвере (или «фриденсгеере», то есть «армии мирного времени», нем.: Friedensheer). Для них добровольческий корпус «Оберланд», а для многих, впоследствии, и Союз «Оберланд» стал чем-то вроде «малой родины».

Эти люди вели себя «на гражданке» вызывающе и проявляли склонность к насилию. Вместе с капитаном Эрнстом Ремом, руководителем СА (штурмовых отрядов гитлеровской партии НСДАП) и его свитой они сидели в мюнхенских кафе и требовали, чтобы пианист играл патриотическую «Песню о Германии» («Германия, Германия, превыше всего...», нем.: Deutschland, Deutschland ueber alles...), а все присутствующие хором пели эту песню. Кто отказывался петь, того нередко избивали.

Постепенно численность фрайкора увеличивалась, достигнув к весне/лету 1921 г. 9600 (по другим сведениям – 9800) штыков, что позволило «Оберланду» образовать в составе «Ополчения жителей Баварии» Эшериха и Канцлера собственную «земскую хоругвь» (нем.: «Ландфане», нем.: Landfahne)58. К описываемому времени «Оберланд» (обладавший даже тяжелым оружием) являлся наиболее боеспособным вооруженным формированием в Баварии (из числа не входивших в баварский райхсвер). Не удивительно, что боевики «Оберланда», полностью осознававшие военную мощь своей организации, так петушились. По правде говоря, они ни в грош не ставили баварское земельное правительство. Глава последнего, вероятно, был только рад, когда услышал призыв о помощи из столицы Силезии – г. Бреслау – в связи с 3-м польским восстанием, охотно разрешив забиякам-«оберлендерам» отправиться в Верхнюю Силезию, чтобы в Баварии хотя бы на некоторое время воцарилось спокойствие. В Верхней Силезии, после начала 3-го польского восстания в мае 1921 г. и вторжения отрядов польских инсургентов в ту часть Верхней Силезии, население которой, в ходе объявленного по воле Антанты, плебисцита, высказалось за сохранение провинции в составе Германии, местными германскими властями была предпринята попытка спешно сформировать для защиты от поляков «Верхнесилезскую самооборону» («Обершлезишер Зельбстшуц», нем.: Oberschlesischer Selbstschutz). Как же было в этом деле обойтись без «Оберланда»?

В описываемое время Мюнхен представлял собой настоящий заповедник тайных союзов, «ударных отрядов» и прочих секретных и полусекретных организаций, порой ожесточенно боровшихся не только с «красными», но и друг с другом. Вот и «Беппо» Рёмер создал внутри Союза «Оберланд» из 62 «оберлендеров», поклявшихся в верности лично ему, строго засекреченную организацию, перешедшую в последующие годы на позиции «национал-коммунизма» («национал-большевизма»)59. Особый вес данному обстоятельству придавал авторитет «Беппо» Рёмера (казненного национал-социалистами в 1944 г.), как наиболее выдающегося военного и политического деятеля добровольческого корпуса «Оберланд», а впоследствии – Союза «Оберланд». Данная тема представляется весьма интересной, однако дальнейшее углубление в перипетии внутреннего развития добровольческого корпуса «Оберланд» и пришедшего ему на смену одноименного союза вышло бы за рамки основного содержания настоящей исторической миниатюры. Возможно, в будущем мы вернемся к данной теме в рамках отдельной статьи.

Д) Верхняя Силезия

С началом 3-го польского восстания в Верхней Силезии пробил час германских добровольческих корпусов. Вняв призыву о помощи, прозвучавшему из Бреслау, земельное руководство «Ополчения жителей Баварии» срочно довело его до сведения «Оберланда», воспринявшего призыв с патриотическим воодушевлением. Повышенный к описываемому времени в чине до майора, Горадам, командир мгновенно поднятой по тревоге и мобилизованной «Земской хоругви», незамедлительно отправился в Бреслау, где был с распростертыми объятиями принят в «Центре Верхнесилезской Самообороны» («Централе дес Обершлезишен Зельбстшуцес», нем.: Zentrale des Oberschlesischen Selbstschutzes), когда выяснилось, что он, в отличие от многих других командиров фрейкоров, привез с собой, на помощь Самообороне, не только штаб или слабый, малочисленный отряд, а сильное, испытанное в боях подразделение, которое (несмотря на то, что не все его чины были надлежащим образом вооружены и экипированы – многие «оберлендеры» щеголяли в штатском или же в баварских народных костюмах), представляло собой наиболее боеспособное германское формирование во всей провинции.

11 мая 1921 г. кадр фрайкора прибыл в верхнесилезский город Нойштадт. 17 мая «Оберланд», в составе 3-х батальонов, был приведен в состояние полной боевой готовности и, в качестве «души немецкого сопротивления» (по выражению современной силезской прессы), после непродолжительного пребывания на квартирах в г. Оберглогау, направился в зону боевых действий60.

Командиром I батальона «Оберланда» - так называемой Боевой хоругви («Штурмфане», нем.: Sturmfahne) «Тейя» (названной в честь последнего короля древнегерманского племени остготов Тейи, долго, хотя и безуспешно, оспаривавшего, в середине VI в., власть над Италией у полководцев восточно-римского императора Юстиниана I Великого), был капитан Эстрайхер, командиром II батальона – капитан Риттер фон Финстерляйн (согласно другим источникам – Финстерлин), командиром III батальона – капитан Зибринггаузен (по другим источникам – Зибринггауз, по третьим – Зибрингер). Однако подлинным главой и организатором всей операции являлся капитан «Беппо» Рёмер. 21 мая 1921 г. фрайкор «Оберланд» принял участие в знаменитом штурме Аннаберга, а также в последовавших за взятием Аннаберга прорыве польской линии обороны и рейде по тылам белополяков. В память об этих событиях майор Горадам учредил для награждения их участников особый почетный знак – «Аннабергский Крест» («Аннаберг-Кройц», нем.: Annaberg-Kreuz), а майор Эстрайхер - особую памятную медаль («Денкмюнце», нем.: Denkmuenze).

Е) Горячие баварские парни

Волонтеры фрайкора «Оберланд» произвели неизгладимое впечатление на Верховного Главнокомандующего «Верхнесилезской Самообороны» генерала Гефера, оставившего не лишенные интереса записки, содержащие, между прочим, оценку этого добровольческого корпуса и его чинов. Правда, при чтении этих записок не следует забывать, что отношения, сложившиеся между «оберлендерами» и генералом Гефером, а также командующим Южным участком (Абшнитт Зюд, нем.: Abschnitt Sued) Верхнесилезского фронта генералом фон Гюльзеном, были далеко не безоблачными, а напротив, достаточно напряженными.

Генерал Гефер писал в своих мемуарах об «Оберланде» и «оберлендерах», в частности, следующее:

«Самым выдающимся отрядом... был корпус «Оберланд», отличавшийся высокой боеспособностью, хорошо организованный и неплохо вооруженный добровольческий корпус, являвшийся становым хребтом германских наступательных сил. Это формирование было организовано в Баварии для борьбы с коммунизмом... Уже расформированное, оно был мгновенно воссоздано и, не взирая на огромные препятствия, одним из первых, поспешило в Верхнюю Силезию, не дожидаясь, пока его позовут на помощь (здесь генерал явно что-то запамятовал или не менее явно лукавил! – В.А.). Прибытие баварцев, к которым присоединился и отряд тирольцев («Тирольский штурмовой взвод», нем.: «Штурмцуг Тироль», Sturmzug Tirol, впоследствии – «Тирольская штурмовая рота», нем.: Sturmkompanie Tirol - В.А.), освободило многих жителей Верхней Силезии от мучительного страха (перед поляками – В.А.), но некоторые испытывали перед баварцами ничуть не меньший страх. Их чрезвычайно грубое, беспардонное и, особенно поначалу, возможно не всегда абсолютно безупречное поведение создало им немало врагов (среди местного населения – В.А.). Недоверие к соотечественникам, обладавшим чуждым (силезцам – В.А.) менталитетом, не скрывавшим своих радикальных воззрений, и страх перед ними были столь велики, что неоднократно приводили к выдвижению требования немедленно отправить их восвояси, невзирая на опасность, исходившую от поляков. Правда, после того, как они наилучшим образом зарекомендовали себя при Аннаберге, как сильнейший и добившийся наибольших успехов ударный отряд, им стали повсеместно оказывать уважение; однако во многих случаях к ним все же сохранилось определенное недоверие. В большинстве своем эти баварцы были отличными парнями, проникнутыми истинным добровольческим духом, но они были преисполнены столь бешеного, неукротимого стремления к подвигам и неистовства, что легко могли выйти из повиновения и пойти своим собственным путем. Ослепленные своим успехом под Аннабергом, они, вероятно, стали несколько переоценивать свою внутреннюю силу, и их небольшая, лихая ватага (составлявшая, после пополнения в Силезии, не более 1000 человек) стала недооценивать силы противника и воображать себя способной одерживать над ним победы и громить его наголову на всех участках фронта. При всей радости, испытываемой в связи с активностью этих молодежных ватаг, и при всем желании иметь как можно больше таких войск, их было нелегко держать в узде. Лишь подыгрывая им, в определенной степени, было возможно подчинять их своему влиянию. Дисциплина у них хромала – но бойцы они были что надо!

Корпусу «Оберланд» выпало счастье иметь превосходных командиров во всех своих подразделениях. Особенно яркой личностью в корпусе был его офицер службы Генерального Штаба, капитан Рёмер, буквально покоривший многих добровольцев – и не только «оберлендеров» - своим внешним видом, своими пламенными речами, прежде всего, своим личным героизмом...Характерно, что друзья Беппо Рёмера считали именно его организатором и подлинным руководителем штурма Аннаберга и дальнейших наступательных действий Южной Группы (боевой группы Южного участка Верхнесилезского фронта - В.А.). Сознание собственной силы, находившее явное выражение в поведении баварских «оберлендеров», и окружавший их нимб победителей – хотя они одержали победу (при Аннаберге – В.А.) не только собственными силами, ибо под Аннабергом, плечом к плечу с ними, не менее храбро и успешно сражались и другие формирования – производили на окружающих неизгладимое впечатление. К тому же в то время было широко распространено представление, будто только баварцы призваны и способны спасти Германию... Если призыв к действию звучал из уст какого-нибудь «оберлендера», он быстрее и легче других встречал одобрение и приобретал сторонников... Почет, доставшийся в удел «Оберланду» за победу в битве при Аннаберге, пробуждал в руководителях отрядов, не участвовавших в ней, стремление к совершению не менее славных дел. Когда же стало известно, что штурм Аннаберга произошел против воли нерешительного Центра («Верхнесилезской Самообороны» - В.А.), многие командиры вознамерились повторить подвиг «оберлендеров» и, если повезет, захватить, со своей маленькой ватагой, всю Польшу»61. А что? Чем черт не шутит?

2.О Союзе «Оберланд» и о его «Знаке заслуг».

А) Несколько общих замечаний

Прежде всего, следует сделать следующее принципиальное замечание. В период существования добровольческого корпуса «Оберланд» (с апреля 1919 по октябрь 1921 г.) им не учреждался и не вручался никакой почетный или памятный знак. Сказанное относится и ко всем случаям участия фрайкора в боевых действиях – в боях с Баварской Красной Армией за Мюнхен в 1919 г. (за участие в них фрайкоровцы получили почетную грамоту – так называемый «Памятный листок», или, по-немецки, «Эриннерунгсблатт», нем.: «Erinnerungsblatt»), учрежденный и подписанный генералом Мелем; кроме того, руководство Общества «Туле» наградило их упомянутым выше руническим крестом), в боях с Красной Армией Рура за Рурскую область в 1920 и в боях с белополяками за Верхнюю Силезию в 1921 г.

За особые заслуги в боях за Верхнюю Силезию чины добровольческого корпуса «Оберланд», подобно всем прочим бойцам добровольческих корпусов, были награждены учрежденным Центром «Верхнесилезской Самообороны» знаком – так называемым «Силезским орлом» («Шлезишер Адлер», нем.: Schlesischer Adler) I и (или) II степени. Информация о знаках, награждении и о награжденных публиковалась в газете ветеранов добровольческих корпусов «Скачущий на Восток» («Дер Райтер ген Остен», нем.: «Der Reiter gen Osten»)62.

Однако вернемся к Союзу «Оберланд» и к его «Знаку заслуг». После завершения боев с белополяками в Верхней Силезии и возвращения добровольческого корпуса в Мюнхен, в сентябре 1921 г. он, как и все прочие добровольческие корпуса, был, под нажимом Антанты, окончательно расформирован. Вместо него в октябре 1921 г. был учрежден и зарегистрирован в надлежащем порядке Союз «Оберланд» («Бунд Оберланд», нем.: Bund Oberland), в который перешла значительная часть прежних чинов одноименного добровольческого корпуса. Союз «Оберланд» в первоначальный период своего существования являлся, в основном, организацией гражданской самообороны. Одновременно с учреждением Союза был учрежден и его «Знак заслуг», сокращенно: «З.З.» («Бэверунгс-Цайхен», нем.: Bewaehrungs-Zeichen, сокращенно: «Б.Ц.», B.Z.). Знак выдавался Правлением Союза «Оберланд» заслуженным членам Союза по предложению земельных представительств («Ландесштеллен», нем.: Landesstellen) организации.

Награжденному выдавалась также наградная грамота («Уркунде», нем.: Urkunde) с изображением знака «Оберланда» в левом углу (а не в правом, как почему-то указывал в своих воспоминаниях руководитель «Оберланда» доктор Фридрих Вебер). Приводим ниже текст этой наградной грамоты:

(Оригинальный немецкий текст):

URKUNDE

Dem Herrn...

Ist fuer hervorragende Verdienste um Oberland

das Oberlandbewaehrungszeichen

heute verliehen worden.

Muenchen ...

Bundesvorsitzender

(Перевод текста наградной грамоты на русский язык):

«ГРАМОТА

Господину (имярек)

был за выдающиеся заслуги перед «Оберландом»

Знак Заслуг «Оберланда» №...

сегодня вручен

Мюнхен (дата, месяц, год).

Председатель Союза (в правом нижнем углу – В.А.)»63

«Знак Заслуг», как и другие знаки, учрежденные впоследствии руководителями Союза «Оберланд» - не имел статуса государственной награды, а носил чисто частный характер. После прихода к власти в Германии национал-социалистов в 1933 г. и принятия Закона об орденах все эти знаки не разрешалось носить на военной, полицейской или партийной форме. Правда, руководству СА (штурмовых отрядов гитлеровской партии НСДАП, «Штурмабтайлунген», нем.: Sturmabteilungen, SA) удалось добиться исключения (в форме специального разрешения) для «оберлендеров», ставших членами СА. В этом специальном разрешении говорилось:

«З.З. (Знак Заслуг) Союза «Оберланд» на протяжении многих лет присуждается этим Союзом за особые заслуги перед Союзом и участие в его боевых действиях в Германии. Я разрешаю ношение этого знака со служебной формой. В соответствии с волей учредителя награждение З.З. производится только после точнейшей проверки того, достоин ли кандидат награждения. Проверку я поручил имперскому руководителю (рейхсфюреру, нем.: Reichsfuehrer - В.А.) зарегистрированного объединения «Союз «Оберланд», Мюнхен, Габельбергерштрассе 41/1, по каковому адресу и надлежит направлять все прошения о награждении знаком. После проведения проверки Союзу «Оберланд» надлежит известить о награждении знаком соответствующий штандарт (полк СА, SA-Standarte, в котором состоит награжденный – В.А.). На основании данного согласования штандартам надлежит указать в членской книжке (награжденного «Знаком Заслуг» штурмовика СА – В.А.) разрешение на ношение З.З. (на униформе СА – В.А.)»64.

Б) По данным доктора Вебера

Доктор Фридрих Вебер65, участник мюнхенского «путча Гитлера-Людендорфа» (8-9 ноября 1923 г.), на протяжении многих лет возглавлявший Союз «Оберланд», в ноябре 1938 г. (будучи министериаль-директором, нем.: Ministerialdirektor, в имперском министерстве внутренних дел), в своем ответе историку доктору Клитману, собиравшему сведения о знаках добровольческих корпусов, писал, в частности, следующее:

«Знак Заслуг «Оберланд» был учрежден не добровольческим корпусом, а Союзом «Оберланд» в ноябре 1921 г., одновременно с учреждением Союза «Оберланд».

Добровольческий корпус «Оберланд» пришлось расформировать, как и все прочие немецкие добровольческие корпуса, по требованию Антанты, в сентябре 1921 г. Вместо него было учреждено и в надлежащем порядке зарегистрировано одноименное объединение, цели которого практически не отличались от целей распущенного добровольческого корпуса, однако способное к более всестороннему развитию (что конкретно имел в виду доктор Вебер, не совсем ясно – В.А.), чем добровольческий корпус – Союз «Оберланд». Одновременно с учреждением этого Союза был учрежден Знак «Оберланда» за особые заслуги в освободительной борьбе Германии. Его официальное название: «Знак Заслуг «Оберланда» («Оберланд-Бэверунгсцайхен», нем.: Oberland-Bewaehrungszeichen - В.А.). Документ об учреждении Знака заслуг, как и соответствующий Приказ по Союзу, имелись в наличии, но были 9.11.1923 г. (после подавления «путча Гитлера-Людендорфа» баварскими сепаратистами - В.А.), вместе с прочими материалами, конфискованы полицией, перевезены в Дирекцию полиции г. Мюнхена и не возвращены даже после отмены запрета «Оберланда» (25.2.25). В ходе поисков материалов «Оберланда» в 1933 г. (после прихода Гитлера к власти в Германии – В.А.) мне пришлось убедиться в том, что все документы, касавшиеся «Оберланда» и хранившиеся в Дирекции полиции г. Мюнхена, бесследно исчезли.

В Документе об учреждении Знака Заслуг содержались определенные директивы относительно присуждения Знака Заслуг, из которых явствовало, что им должны были награждаться, прежде всего, члены Союза, сражавшиеся за Германию после войны с оружием в руках, а также члены Союза, добившиеся выдающихся достижений в деле достижения целей Союза и выполнения его задач. Право присуждения Знака Заслуг принадлежало Вождю Союза (Бундесфюреру, нем.: Bundesfuehrer).

Награждения Знаком заслуг «Оберланда» происходили в период с ноября 1921 до Пасхи 1929 г. В виде исключения, несколько награждений былo произведенo в 1933-1934 гг. Знаком награждались, в первую очередь, бойцы «Оберланда», отличившиеся в боях за Верхнюю Силезию в 1921 г, участники акции «Гайнц Орбис» в Пфальце (в декабре 1923 года)66, а также участники борьбы за Рейнскую область (прежде всего – на Руре) в 1923-1924 гг., а, кроме того, «оберлендеры», получившие ранения 9.11.1923 г. (в дни мюнхенского «путча Гитлера-Людендорфа» - В.А.) и особенно отличившиеся участники акции 8-9.11.1923 (упомянутого выше путча – В.А.). В общей сложности было вручено около 800 Знаков заслуг «Оберланда». Кроме «оберлендеров», Знак был вручен Фюреру и имперскому канцлеру (Адольфу Гитлеру – В.А.) и Начальнику штаба (штаб-шефу) Союза, подполковнику в отставке Крибелю (9.11.1923)67.

Я не могу припомнить еще каких-либо распоряжений относительно «Знака Заслуг «Оберланда».

На дополнительные вопросы, содержавшиеся в очередном письме доктора Клитмана, доктор Вебер дал в своем письме от 25 ноября 1938 г. следующие ответы:

«Я не могу сообщить Вам, во всяком случае, в настоящее время, точную дату учреждения (Союза «Оберланд» и его «Знака Заслуг»- В.А.)... Однако его учреждение состоялось не в ноябре, а 25 или 28 октября 1921 г.

- Насколько мне не изменяет память, документ об учреждении «Знака Заслуг» был подписан тогдашним Руководителем Союза (Бундесляйтером, Bundesleiter) и капитаном Ремером.

- Выражение «за особые заслуги в деле освободительной борьбы Германии» взято из документа об учреждении («Знака Заслуг» - В.А.).

- Награжденным вручалась наградная грамота, содержавшая текст на белой, картонированной бумаге, с эдельвейсом на голубом поле в правом верхнем углу.

- Велся список награжденных, в соответствии с выбитых на оборотной стороне «Знака заслуг» порядковыми номерами, заносившимися также в наградную грамоту».

Следует заметить, что из списка награжденных «Знаком Заслуг «Оберланда» после 1933 г. были вычеркнуты фамилии ветеранов-фрайкоровцев Йозефа Рёмера и Гайнца Оскара Гауэнштайна, как политических противников Адольфа Гитлера и возглавляемой им НСДАП. Правда, со временем фамилия Гауэнштайна была по каким-то причинам возвращена в список награжденных.

Члены Союза «Оберланд», способные носить оружие и награжденные «Знаком Заслуг», были объединены в строго организованный и действовавший в обстановке строгой секретности «союз внутри союза» (о существовании которого другим членам «Союза «Оберланд», не входившим в этот «внутренний круг», ничего не было известно).

«Знак заслуг» (З.З.) представлял собой ромб с изображением цветка эдельвейса на голубом поле (современниками было многократно засвидетельствовано ношение «оберлендерами» петличных знаков в форме цветка эдельвейса, а также касок с нанесенным масляной краской изображением эдельвейса). Награжденное знаком лицо официально именовалось «носителем» («Трэгер», нем.: Traeger) «Знака Заслуг». Рядовые члены Союза «Оберланд» носили «Знак Заслуг» под левым лацканом, а руководители земельных, окружных и муниципальных представительств Союза - на правом лацкане. Чем объясняется это обстоятельство, нам до сих пор выяснить не удалось.

В случае нарушения Устава организации, совершения уголовно наказуемых преступлений, недостойного поведения и других поступков, вредивших имиджу «Оберланда», члены Союза, награжденные «Знаком Заслуг», могли быть, по решению Совета чести «Оберланда» («Оберланд-Эренрат», нем.: Oberland-Ehrenrat, то есть, фактически, «суда чести и совести» - В.А.) лишены этой награды руководителями ее земельных, окружных и муниципальных представительств (навсегда или на определенное время). Причем существовало 2 варианта процедуры лишения награды:

1)лишение награжденного награды руководителем, в отсутствие третьих лиц;

2)лишение награжденного награды руководителем в присутствии собрания лиц, награжденных «Знаком Заслуг».

Автором проекта «Знака Заслуг» был ветеран добровольческого корпуса «Оберланд» профессиональный художник Карл Дибич - будущий профессор и разработчик униформы и символики СС, автор штандарта полка личной охраны фюрера «Третьего райха» («Ляйбштандарта СС Адольфа Гитлера», нем.: SS-Leibstandarte Adolf Hitler) -, дослужившийся в «Черном Ордене» Генриха Гиммлера до чина оберфюрера68. Сам он вспоминал о разработке «Знака Заслуг» в следующих выражениях:

«В основе созданного мной проекта («Знака Заслуг» - В.А.) тогда лежали следующие идеи: эдельвейс, как знак добровольческого корпуса «Оберланд», на голубом поле должен был напоминать о происхождении добровольческого корпуса, а именно – о Баварии» (белый и голубой – геральдические цвета Баварии – В.А.).

В свете вышеизложенного, совершенно необоснованными представляются предположения некоторых авторов, согласно которым эдельвейс на «Знаке Заслуг» указывал на то, что чины добровольческого корпуса «Оберланд» в годы Мировой войны служили в Баварском Альпийском (горнострелковом) корпусе. Кстати, в большинстве случаев они в нем как раз не служили. Правда, и сам профессор Дибич высказывал не обоснованное предположение, что существовали (или, по крайней мере, были задуманы) две степени (класса) спроектированной им награды. По его мнению, знак 1-й степени предназначался для ношения на левой стороне груди (по аналогии с Железным крестом 1-й степени). К сказанному он счел необходимым добавить следующее:

«Мне ничего не известно о существовании положений о награждении («Знаком Заслуг» - В.А.) в письменном виде, потому что в период моей службы в добровольческом корпусе награждения производились крайне редко, как, впрочем, и на поле боя, перед лицом противника, очень редко вручались награды 1-й степени».

В данном случае Карл Дибич ошибался, ибо в период существования добровольческого корпуса «Оберланд» награждения «Знаком Заслуг» не производились вообще, да и не могли производиться, поскольку, как мы уже знаем, «Знак Заслуг» был учрежден только в момент создания Союза «Оберланд» (или несколько позднее), в конце 1921 г. А Союз «Оберланд», хотя и произошел от добровольческого корпуса «Оберланд», все-таки не был полностью идентичен последнему. Кстати, данное обстоятельство часто игнорировалось не только различными авторами, но даже, как это ни странно, бывшими членами «Оберланда» (может быть, в силу преклонного возраста последних).

3. «Знак Заслуг «Оберланда» с точки зрения фалеристики.

А) Внешний вид «Знака Заслуг».

Знак Заслуг Союза «Оберланд» состоит из вертикального ромба – геральдической фигуры, распространенной в Баварии со времен раннего Средневековья, часто встречающейся на баварских знаменах и гербах. Аверс ромба (размером 45 х 31,5 мм) покрыт голубой эмалью. В центре ромба расположен белый цветок эдельвейса с 8 лепестками (неодинаковой величины) и светло-желтой сердцевиной (4 тычинки неодинакового размера). Аверс ромба обрамлен узкой посеребренной каймой.

До наших дней дошли «Знаки Заслуг «Оберланда» 3-х типов.

1-й тип. Реверс гладкий, с припаянной (по вертикали) булавкой посредине. Слева от булавки на гладкой поверхности реверса заглавными латинскими литерами по вертикали выгравирована надпись «ДЕШЛЕР И СЫН» (нем.: DESCHLER U.SOHN), а строчкой ниже (также по вертикали): «МЮНХЕН» (нем.: MUENCHEN). Справа от булавки аналогичным образом располагается надпись: «ЗАЩИЩЕНО» (авторским правом – В.А.), нем.: GESCHUETZT, а строчкой ниже – порядковый номер наградного матрикула.

2-й тип. На реверсе ромба аналогичная надпись расположена под булавкой, DESCHLER u. SOHN, вместо «МЮНХЕН» выгравировано «МЮНХЕН 9», а номер наградного матрикула отсутствует.

3-й тип. Вдоль булавки слева выгравирована надпись: «ДЕШЛЕР/МЮНХЕН/9» (нем.: DESCHLER/MUENCHEN/9), а справа, в 2 строчки: «ЗАЩ(ИЩЕНО – В.А.).ЗАЩ»(ИЩЕНО – В.А.) (GESCH-GESCH.). Номер наградного матрикула отсутствует.

Скорее всего, экземпляры без порядкового номера на реверсе являются подделками (или же не были вручены в надлежащем порядке, а возможно, были изготовлены по заказу награжденных позднее – например, после утери ими «уставных» знаков, в период, когда Союз «Оберланд» уже был распущен), поскольку точно известно, что Правлением Союза «Оберланд» велся список (матрикул) награжденных, и к каждому выданному знаку полагалась наградная грамота за тем же номером, что и выданный знак.

До наших дней дошли и и миниатюрные, «фрачные» знаки (размером 24 х 12 мм), о которых в Положении о «Знаке Заслуг «Оберланда» не сказано ровным счетом ничего.

Б) Материал, размеры, изготовитель

«Знаки Заслуг «Оберланда» были изготовлены из бронзы (реже – из меди), серебрились, а реверс их покрывался эмалью (цветок эдельвейса – белой и желтой, поле – голубой). Знак имел в высоту 45 мм, в ширину – 31,5 мм. Изготовителем знаков была мюнхенская ювелирная фирма «Дешлер и сын» (нем.: Deschler & Sohn). Мастерская этой фирмы была разрушена англо-американскими бомбардировщиками в конце Второй мировой войны. В ходе бомбардировок были уничтожены и штампы для изготовления «З.З.». Уже после окончания войны другая мюнхенская фирма, «Лерх» (нем.: Gg. Lerch) вплоть до начала 70-х гг. ХХ века изготовила, по заказу ветеранов «Оберланда», утративших свои «Знаки Заслуг», некоторое количество знаков-«новоделов». Последние отличались от оригиналов меньшими размерами (46 х 30 мм) и материалом (они были также изготовлены из бронзы, но не посеребренной, а позолоченной). Эмалевое покрытие аверса по расцветке соответствовало оригиналу.

В) Серебряный «Знак Заслуг «Оберланда»

До наших дней дошел «Знак Заслуг «Оберланда», изготовленный целиком из серебра. О нем ходят слухи, будто он принадлежал самому Адольфу Гитлеру. И в самом деле, Гитлер, по сообщению доктора Фридриха Вебера, был, по решению руководства Союза «Оберланд», награжден «почетным знаком Союза». Правда, неизвестно, носил ли Гитлер когда-либо этот знак. Уже упоминавшийся нами член руководства СС, профессор Карл Дибич, входивший в круг приближенных Адольфа Гитлера, считал это предположение не далеким от истины, допускал, что этот знак действительно мог принадлежать Гитлеру. Возможно, серебряный «Знак Заслуг» мог быть изготовлен в мюнхенской ювелирной мастерской супругов Яр, близко знавших Гитлера. Ювелир Яр был одним из лучших серебряных дел мастеров г. Мюнхена и всей Баварии. По мнению Карла Дибича, Гитлер никогда (или почти никогда) не носил присужденный ему серебряный «Знак Заслуг», поскольку был решительным противником участия «Оберланда» в боевых действиях против поляков в Верхней Силезии. Дибич вспоминал о том, какой ледяной прием оказал ему Гитлер в 1921 г., когда художник (состоявший в НСДАП) явился к нему сообщить о том, что отправляется в Верхнюю Силезию в рядах фрайкора «Оберланд».

Вообще Адольф Гитлер крайне холодно относился к «Оберланду» и «оберлендерам» (за исключением Йозефа Дитриха, Карла Дибича и еще нескольких ветеранов баварского фрайкора). Так, например, во время мемориальных траурных маршей к «Галерее (Залу) полководцев» («Фельдгеррнгалле», нем.: Feldherrnhalle) 9 ноября, в годовщину мюнхенского «путча Гитлера-Людендорфа» (в свою очередь приуроченного, между прочим, к пятой годовщине Ноябрьской революции 1918 г.), ничто не напоминало об «Оберланде», хотя «оберлендеры» приняли активное участие в путче 1923 г. и составляли немалую часть маршевой колонны путчистов, расстрелянных на площади Одеонсплатц перед Галереей полководцев 9 ноября 1923 г. рейхсвером и полицией баварских сепаратистов Густава Риттера фон Кара. В тот день от пуль рейхсверовцев погиб и знаменосец Союза «Оберланд», Клаус фон Папе (несший знамя «оберлендеров» с прикрепленной к древку красной лентой, украшенной черной свастикой-«гакенкройцем» в белом круге). Между тем, начиная с 1933 г., в траурных маршах в Мюнхене принимал участие только эсэсовец Якоб Гриммингер, несший так называемое «Окровавленное знамя» («Блутфане», нем.: Blutfahne) НСДАП (которое 9 ноября 1923 г. было залито кровью несшего его баварца Андреаса Бауридля, погибшего от пуль солдат фон Кара). Об «Оберланде» же ничто не напоминало (возможно, в связи с переходом «Беппо» Рёмера и его приверженцев в стан национал-большевиков).

Г) Период награждения «Знаками Заслуг «Оберланда» и количество выданных знаков

Регулярные награждения «Знаком Заслуг» производились в период с ноября 1921 до Пасхи 1929 г. В последующие годы (1932-1934) бывшим Вождем (Фюрером, нем.: Fuehrer) Союза «Оберланд», доктором Фридрихом Вебером (впоследствии – главным врачом-ветеринаром «Третьего райха»), было произведено несколько отдельных награждений. Относительно числа награжденных мнения исследователей расходятся. Если верить самому доктору Фридриху Веберу (кому бы, казалось бы, лучше знать!), «Знаком Заслуг» было награждено около 800 человек. По мнению ветерана «Оберланда» Карла Грисмайера, самого награжденного «Знаком Заслуг», число награждений «не превышало 1500». Упоминавшийся выше исследователь доктор Клитман, ссылаясь на наличие знаков с соответствующими номерами, считал, что их было выдано «не более 1800». Между тем, до наших дней дошли знак (вне всякого сомнения, подлинный) под №1858 и подписанная лично доктором Фридрихом Вебером наградная грамота под №1993 от 19.6.1933 г.! В общем, опять, «темна вода во облацех...»

Д) «Знак Заслуг «Оберланда» с мечами

До наших дней дошло несколько экземпляров «Знака Заслуг «Оберланда», отличающихся от «уставного» варианта тем, что голубой ромб с белым эдельвейсом наложен на 2 перекрещенных серебряных обнаженных меча остриями вверх. Следует заметить, что официально никакого «З.З. с мечами» никогда не существовало. Как впрочем, и «З.З. с дубовыми листьями» (а ведь такие экземпляры дошли до наших дней). Правда, вопрос «З.З. с мечами» сложнее, поскольку этот знак покрыт такой же желто-бело-голубой эмалью, как и «уставной». Правда, реверс знака с мечами абсолютно гладкий, безо всяких надписей. А вот «З.З. с дубовыми листьями» отличается от «уставного» варианта. Его аверс покрыт не голубой, а красной эмалью. Изображенный в центре ромба белый цветок эдельвейса, соответствующий по форме «уставному», однако не с желтой, а с черной сердцевиной. Нижняя часть ромба была обрамлена двумя позолоченными дубовыми веточками. Знак имел размеры 47,9 х 32,32 мм. На реверсе знака была выгравирована надпись «ДЕШЛЕР и СЫН» (нем.: DESCHLER u. SOHN).

Что же касается «З.З. «Оберланда» с мечами», то не исключена возможность его учреждения какой-либо фракцией «Оберланда», отколовшейся от «головной» организации Союза, постоянно сотрясаемой внутренними конфликтами на протяжении всей своей истории. В результате этих внутренних распрей «бунтовщики» и «фракционеры» исключались из Союза, но при этом создавали собственные Союзы, являвшиеся, по их убеждению, «истинными хранителями и продолжателями традиций «Оберланда». Нам, в России, это более чем знакомо...

Е) Членский знак Союза «Оберланд»

Необходимо также заметить, что на протяжении всего существования Союза «Оберланд» его членам при вступлении выдавался членский знак («Митглидерабцайхен», нем.: Mitgliederabzeichen), имевший форму ромба и вообще весьма походивший на «Знак Заслуг «Оберланда» (за исключением расцветки).

С конца 1921 по конец 1923 г. членский знак Союза «Оберланд» покрывался золотисто-желтой (иногда – оранжевой) краской.

В 1925 г. (когда был снят запрет на деятельность Союза «Оберланд», наложенный баварским правительством после подавления им ноябрьского мюнхенского путча 1923 г.), был введен новый членский знак «Оберланда», представлявший собой ромб, покрытый темно-красной эмалью, в центре которого находился белый цветок эдельвейса с 3 (а не с 4, как на «Знаке Заслуг») черными тычинками.

Отколовшаяся от «головного» Союза «Оберланд» и перешедшая на национал-коммунистические позиции фракция, именовавшая себя «Товариществом «Оберланд» («Камерадшафт «Оберланд», нем: Kameradschaft Oberland) и сплотившаяся вокруг Эрнста Никиша, в 1930 (или 1931) г. учредила для своих членов особый знак, представлявший собой ромб, покрытый темно-коричневой (впоследствии – черной) эмалью с белым цветком эдельвейса (с 3 красными тычинками).

В послевоенной Германии (ФРГ) было создано Товарищество ветеранов добровольческого корпуса и Союза «Оберланд» («Камерадшафт Фрайкор унд Бунд Оберланд», нем.: Kameradschaft Freikorps und Bund Oberland), для членов которого (не позднее 1960 г.) был учрежден знак в виде ромба (более вытянутого по вертикали, чем довоенный), покрытого темно-красной эмалью, с белым цветком эдельвейса (с 3 черными тычинками).

Ж) Знак добровольческого корпуса «Оберланд» в память освобождения Мюнхена

Эта награда (именовавшаяся неофициально «руническим крестом»), как уже упоминалось выше, была учреждена Обществом «Туле» (связанным с фрайкором «Оберланд» через его основателя, барона Рудольфа фон Зеботтендорфа унд фон дер Роза), в качестве памятного знака, выдававшегося бойцам добровольческого корпуса «Оберланд», участвовавшим в мае 1919 г. в освобождении Мюнхена от войск Баварской Красной Армии. Знак добровольческого корпуса «Оберланд» в память освобождения Мюнхена («Эриннерунгсцайхен дес Фрайкорс Оберланд ан ди Бефрайунг Мюнхенс», нем.: Erinnerungszeichen des Freikorps Oberland an die Befreiung Muenchens) имел форму покрытого черным лаком (или черной эмалью) «крюковидного креста» («гакенкройца»-свастики, именуемого в трудах виднейшего геральдиста Российской империи Ю.В. Арсеньева «головчатым крестом») с укороченными верхними перекладинами (как на «гакенкройце» в главе герба «Ордена Нового Храма» барона Йорга Ланца фон Либенфельза), наложенного на белый уширенный крест (близкий своей формой к Железному кресту и изготовленный из серебра или из белого металла). В центре черного «крюковидного креста» расположены 3 (выпуклые) руны-символа Общества «Туле» («Одаль», нем.: Odal69, «Ингуз», нем.: Inguz70 и «Феху», нем.: Fehu71). На верхней перекладине черного крюковидного креста выпуклыми заглавными латинскими литерами написано «ФРАЙКОР» (нем.: FREIKORPS), на правой – «МЮНХЕН» (нем.: MUENCHEN), на нижней – «ОБЕРЛАНД» (нем.: OBERLAND), на левой – дата освобождения столицы Баварии от красных: «1 МАЯ 1919» (нем.: 1. MAI 1919)72. Нижний, уширенный крест, в свою очередь, наложен на 2 скрещенных обнаженных меча (остриями вниз), изготовленных из того же самого металла, что и белый уширенный крест. Знак, изготовленный мюнхенской ювелирной фирмой Линднер (о чем свидетельствует надпись, выгравированная на реверсе (нем.: Gg. Lindner) носился на вертикально припаянной к его реверсу булавке, имеет слегка выпуклую форму. Размеры знака: 42,2 х 42, 2 мм, ширина лучей креста: 16,8 мм, длина мечей: 45,5 мм.

Доктор Клитман упоминал о наличии в его коллекции фрайкоровских наград 2 «крестов Общества «Туле» 1919 г., один из которых принадлежал капитану Эстрайхеру – ветерану «Оберланда» снискавшему себе особую известность в качестве командира ударной роты («Штосскомпани», нем.: Stosskompanie) «оберлендеров», сыгравшей решающую роль в победе над поляками при Аннаберге в 1921 г., в ходе обороны Верхней Силезии.

Данным знаком награждались члены Общества «Туле», принимавшие участие в освобождении Мюнхена от красных в рядах добровольческого корпуса «Оберланд». Для «Туле» это событие (и последовавшие за ним карательные меры в отношении сторонников Баварской Советской Республики) носило характер «праведной мести», поскольку в период власти Советов в Мюнхене были расстреляны 8 (по другим сведениям – 9) членов Общества «Туле», взятые баварскими красноармейцами в качестве заложников. На траурной церемонии, посвященной памяти расстрелянных, барон Рудольф фон Зеботтендорф назвал их «первыми мучениками, пролившими свою кровь за крюковидный крест».

З) Что же нам еще остается сказать об «Оберланде» и «оберлендерах»?

Добровольческий корпус «Оберланд» и пришедший ему на смену одноименный Союз представляли собой, в отличие от многих других добровольческих корпусов, не случайное, кратковременное объединение национально мыслящих бойцов. Это были настоящие союзы единомышленников, в истории которого наглядно отразились разброд и шатания в среде немецкой молодежи, характерные для всего периода недолговечной «Веймарской республики»73. На многих из дошедших до нас фотографий «оберлендеров» они запечатлены в форме организаций НСДАП. Немало членов Союза «Оберланд», верных духу одноименного, добровольческого корпуса, приняли участие в мюнхенском «путче Гитлера-Людендорфа» (известном также как «пивной путч»74) 8-9 ноября 1923 г. В рядах «Оберланда» числились такие видные национал-социалисты, как будущий командир «Ляйбштандарта СС Адольфа Гитлера» Йозеф («Зепп») Дитрих, будущий начальник Главного Управления Имперской Безопасности (РСХА) Эрнст Кальтенбруннер и др. Но можно ли на основании всех этих несомненных фактов назвать «Оберланд» как таковой национал-социалистической группировкой par excellence?

Ответить на этот вопрос однозначно мешают иные, столь же несомненные, исторические факты – например, наличие в рядах Союза фракции «Беппо» Рёмера – ярого противника Гитлера и НСДАП, казненного национал-социалистами в 1944 г. после многолетнего (двукратного) заключения в концентрационном лагере.

Союз «Оберланд» не мог не распасться, и действительно распался, когда большинство его членов в начале 30-х гг. ХХ в. оказалось расколотым на фракции, придерживавшиеся самых разных политических взглядов и направлений. Решающим фактором распада Союза «Оберланд» стала также изменившаяся внутриполитическая обстановка в Германии, переставшей, после прихода Гитлера к власти, оставаться ареной то тайной, то явной гражданской войны, для ведения которой требовались добровольцы. С приходом к власти НСДАП, открыто заявившей о своем непризнании Версальского диктата, стала ненужной и как бы «лишней» главная уставная цель Союза «Оберланд», заключавшаяся в «освобождении Германии от пут Версаля».

Надо сказать, что райхсфюрер (имперский руководитель) СС Генрих Гиммлер - сам бывший фрайкоровец, служивший (хотя и недолго) в белом добровольческом корпусе «Имперский Военный Флаг» («Райхскригсфлагге», нем.: Reichskriegsflagge) и принявший участие в мюнхенском «путче Гитлера-Люденлорфа» 8-9 ноября 1923 г. именно в качестве боевика этого фрайкора -, сделал Союзу «Оберланд» предложение перейти в полном составе в ряды возглавляемого им «Черного Ордена» (как это сделал другой, не менее известный, добровольческий корпус – «Военно-морская бригада Эргардта», нем.: Marinebrigade Erhardt). Однако руководство Союза «Оберланд» на это по каким-то причинам не пошло.

В заключение нам представляется небезынтересным привести мнение немецкого «национал-большевика» Эрнста Никиша о Союзе «Оберланд», высказанное им в своих «Мыслях о германской политике»:

«Лишь небольшая часть поколения фронтовиков смогла вырваться из пут связей с отжившими свое порядками; она объединилась в немногочисленные группы. Наиболее решительным и мужественным из этих союзов, был, возможно «Оберланд». В его рядах пережитое на фронте не выродились в самодовольные воспоминания о войне, на которой все были, якобы, настоящими героями!; в нем культивировалось восприятия пережитого на фронте как призыв к совести фронтовиков, с таким же бесстрашием, как на войне, смотреть в лицо роковой действительности, мужественно одобряя и принимая самые необычные решения, лишь бы они были необходимы Германии».

ЙОРГ ЛАНЦ ФОН ЛИБЕНФЕЛЬЗ

ТЕОЗООЛОГИЯ ИЛИ ЕСТЕСТВЕННАЯ ИСТОРИЯ БОГОВ

(Перевод с немецкого языка, примечания и комментарии Вольфганга Акунова)

ЙОРГ ЛАНЦ ФОН ЛИБЕНФЕЛЬЗ

ТЕОЗООЛОГИЯ ИЛИ ЕСТЕСТВЕННАЯ ИСТОРИЯ БОГОВ

«ОСТАРА»

№ 5

Й. Ланц-Либенфельз

ТЕОЗООЛОГИЯ

или

естественная история богов.

«Ветхий Завет» и Ветхий Бог.

На правах рукописи. Вена, 1925.

Tei agapomenei!

«Бог есть разобезъяненная любовь (агапе)75…

Если мы творим среди равных нам разобезъяненную любовь, то Бог в нас пребывает».76

(Первое послание святого апостола Иоанна, IV, 8 и 12).

Предисловие ко 2-му изданию.

Вдохновленный своими изысканиями на тему Ордена храмовников, Ланц-Либенфельз в 1894 г. обнаружил след существования зверочеловеческих существ в историческую эпоху. Этот след, показавшийся ему подобным некоему неземному откровению, стал для него путеводной звездой к совершенно новому мировоззрению. Его дальнейшие исследования сорвали с тайны последний покров. Он узрел открывшийся перед ним свободный путь. Он обозрел этот путь во всей его колоссальной долготе и сложности, но в то же время с радостью увидел, что этот путь ведет его на головокружительные высоты, возносящиеся надо всеми низменностями.

На основе этого нового (либо же восстановленного старого) знания о глубочайших, сущностных различиях между человеческими расами, и из любви к расологии он отказался от должностей и почестей и собрал вокруг себя мужей, предназначенных, как в первобытные времена, стать вождями человечества и вести его к сияющим высотам.

Кроме того, в 1894-1904 гг. он отдавал все свои силы работе по сбору материала для своей «Теозоологии», или учения об обезьянышах Содома77 и об Электроне богов – введения в древнейшее и новейшее мировоззрение и оправдание истинного первенства и господства, обоснование и оправдание подлинного благородства и подлинной аристократии78, издательство «Модернер ферлаг», Лейпциг-Вена-Будапешт), в которой он впервые смог в полном объеме и в художественно упорядоченной форме изложить свою программу. На Рождество 1904 г. его труд был опубликован. В 1905 г. он основал «Остару». С тех пор прошла четверть века. К 1910 г. весь тираж «Теозоологии» оказался распроданным. Спрос на нее возрастал год от года. Поэтому мы приняли решение осуществить новое издание этого главного произведения «либенфельзианизма», на этот раз в форме нескольких бюллетеней «Остары». Ибо время для издания Ланца-Либенфельза созрело, если не сказать – перезрело. Даже враги, не понимавшие, высмеивавшие его и издевавшиеся над ним 23 года тому назад, были вынуждены признать правильность взгляда этого пророка, столь ясно предвидевшего столь многое. Дух «Теозоологии» и «Остары» стал более влиятельным, чем это представляется посторонним. Ведь этот дух – либо прямым, либо косвенным образом, присутствовал почти повсюду, где происходило нечто решающее, и участвовал в этом решающем. А кому не была известна «Остара»?! Хотя лишь немногие упоминали Ланца-Либенфельза, именно он являлся оплодотворителем и первопроходцем! Этой славы у него не может оспорить никто, поскольку именно «Теозоология» черным по белому доказывает его приоритет, и во всех трудах современных расологов живет часть духа «Остары». Когда была написана и впервые напечатана «Теозоология», почти не было ни автомобилей, ни радио, ни кинотеатров, ни летательных аппаратов, только что было открыто рентгеновское излучение, исследования в области сыворотки крови и внутренней секреции делали еще только первые шаги, германология все еще боролась за признание, астрология, спиритизм и оккультизм отвергались и отлучались от науки как суеверие, а о расе и расологии вообще не было позволительно даже говорить. В сфере всех этих достижений и открытий он выступил в качестве теоретика-первопроходца – как исследователь, писатель, а во многом – практически как изобретатель и владелец соответствующих патентов.

Несмотря на этот достигнутый за последнюю четверть века прогресс, теозоология не только не устарела, но стала понятнее, поскольку люди, вследствие своего развития во времени, стали способными к большему пониманию. Однако она по-прежнему содержит в себе множество открытий, плоды которых созреют лишь в будущем. Уже в своей «Теозоологии» Ланц-Либенфельз заложил основы новой, всеобъемлющей науки и религии – «ариософии»79, дав, тем самым, естественнонаучное обоснование Бога и богов. Таким образом, он впервые за последние 900 лет снова примирил науку и религию, заложив совершенно новые основы и указав путь в будущее антропологии, мифологии, палеозоологии, истории религии, социологии, биологии и оккультизму, френологии и психологии. Не кто иной, как Август Стриндберг, сумевший по достоинству оценить значение данной книги столетия, целыми страницами цитировал ее в своей «Синей книге»80.

«Настала эпоха исполнения времен, вот уже на протяжении 25 лет Теозоология выступает в качестве ее наиболее красноречивого посланца, подготовившего эту эпоху. То, что 25 лет тому назад представлялось Ланцу-Либенфельзу идеалом отдаленного будущего, уже стало в наши дни реальностью. Во всех странах находятся самоотверженные мужи, теоретически и практически развивающие его дело. Наступает его время и время его последователей»!

Рождество 1927 г.

Иоганн Вальтари Вёльфль».

Из письма Августа Стриндберга Эмилю Шерингу:

«Знакома ли Вам «Теозоология» (религия обезьянышей Содома) Ланца-Либенфельза? Это направленная против новых язычников, страшная для них книга»!

(Из письма от 25 августа 1908 г., перепечатанного в книге «Стриндберг. Письма Эмилю Шерингу», опубликованной в издательстве Георга Мюллера, Мюнхен, 1924, с. 230)81.

Архе – Начало.

Истина, которую я намерен изложить на страницах этой книги, прежде всего, самым возлюбленным из моих друзей и моим возлюбленным друзьям, есть исторически установленный и неоспоримый факт, который был намеренно забыт человечеством и провозглашению которого человечество до самого последнего времени противилось путем всевозможных пыток и преследований. Сие есть истина, провозглашенная Тем, о Ком сказано, что Он поставлен на гибель и на воскрешение многих82. Я глубоко убежден в том, что сделанные мною вновь открытия в области того, что было известно прежде, но впоследствии оказалось забытым, приведут к падению и гибели многих – поэтому я заранее подготовился к самым яростным нападкам, которые будут только радовать меня. Эта книга написана не для тех, кто по собственной инициативе ненавидит и преследует правду, не говоря уже от тех, кто делает это за плату, равно как и не для бессовестных переписчиков чужих мыслей и мнений. Но, кроме моих друзей, наверняка найдется еще немало людей, воскрешению которых может послужить эта книга, которая не скажет им ничего нового, но лишь сообщит и подтвердит им то, о чем они и без того давно уже догадывались сами. Тем, кому данная книга покажется недостаточно научной, я рекомендовал бы обратиться к моему капитальному труду «Антропозоон библикум»83, опубликованному в «Ежеквартальном бюллетене исследований в области библеистики» («Фиртельяршрифт фюр бибелькунде»), вышедшем в свет в берлинском издательстве «Кальвари» в 1904 г.84.

Как бы странно ни прозвучало то, что я намерен изложить, оно было почерпнуто мной из совершенно надежных исторических источников строго научным путем и самым поразительным образом подтверждается новейшими открытиями в области естественных наук и археологическими находками, сделанными специалистами в области истории искусств Древнего мира. Научные труды древних, написанные на тайном (или, если угодно, «научном» или «профессиональном») языке, отнюдь не содержат в себе ничего бессвязного, нелепого или баснословного. Судя по памятникам искусства Древнего мира, у нас нет никаких оснований считать древних людей глупее или невежественнее людей современных. Характерным представляется высказывание древнего географа Страбона (в его труде «География» - прим. пер.) С 474: «Всякое учение о богах должно исследовать древние представления и мифы, ибо люди древности облекали в загадочную форму свои природные представления по этим вопросам и постоянно придавали элемент мифического своим рассуждениям»85. Подобно Пифагору и Платону, Иисус проповедовал два вида учения и имел два вида учеников. «Вам дано знать руну86 (так переводит Ульфила, епископ готский!) господства (то есть Царства – прим. пер.) Божия; но тем, кто пребывает вовне, все дается в загадочных речениях (параболай)87». Мандеи давали эонам – сущностям первозданного мира – крайне странные имена, как-то: «Двери», «Жилища», «Виноградная Лоза», «Вода Жизни», «Вторая Смерть», «Великий Свет», «Первочеловек» (Первобытный человек)», «Великий Колесничий». Еще большее значение имеет то, что говорит Талмуд: «Иерусалимляне были шахасными людьми (людьми-шахасами - курсив пер.) людьми; некто спросил ближнего своего: Что ты сегодня вкушал за трапезой? «Хлеб» из «муки», взятой из сумы88, или «хлеб» из «муки», взятой не из сумы? С гордольским вином или без него,...на широком «ложе» или на узком «ложе», в хорошем или в дурном обществе?» Рабби Хизда поясняет: «Все (это) (следует понимать) в эротическом смысле»89. Эти три важные цитаты, число которых при желании легко можно было бы умножить, убедительно доказывают, что Библия «Ветхого Завета» и «Нового Завета» была написана и истолковывалась на тайном языке. Именно исконные древневосточные тексты, различные древние переводы и толкования древних Отцов (Отцов Церкви или же талмудических мудрецов - «талмид-хахамов» – прим. пер.) доказывают нам, что Библия написана на тайном языке. Смысл изложенных ниже результатов моих исследований заключается в том, что необходимо подыскать ключ к этому тайному языку и, тем самым, к глубочайшей мудрости древних – в том ее первозданном виде, в котором она была изначально изложена в Священном Писании Ветхого завета. Только «расшифровав» этот тайный язык, мы сможем проникнуть в подлинную суть Ветхого Завета.

Часть 1.
Часть 2.
Часть 3.
Часть 4.
Часть 5.
Часть 6.
Часть 7.

Добавить комментарий

Оставить комментарий

Поиск по материалам сайта ...
Общероссийской общественно-государственной организации «Российское военно-историческое общество»
Проголосуй за Рейтинг Военных Сайтов!
Сайт Международного благотворительного фонда имени генерала А.П. Кутепова
Книга Памяти Украины
Музей-заповедник Бородинское поле — мемориал двух Отечественных войн, старейший в мире музей из созданных на полях сражений...
Top.Mail.Ru