ЗАБАЙКАЛЬСКАЯ ОБЛАСТЬ в 1891 г.

Общий очерк.

Забайкальская область лежит между 57°6' и 49°12' северной широты и 71°50' и 88°50' восточной долготы от Пулкова, стало быть, примерно, на широте Франции и средней и южной Британии. Областной город её приходится, приблизительно, на широте Оренбурга, Саратова, Варшавы и Берлина. По протяжению же она почти равняется Австро-Венгрии и значительно больше Франции, Германии и Испании, взятых в отдельности.

Густота населения определяется в 1,05 чел. жителей на квадратную версту. Вообще же всё население Забайкальской области составляет немного больше половины населения города С.-Петербурга (0,59).

См. также статью: "Забайкальское казачье войско"

ПОВЕРХНОСТЬ. Область представляет собою гористую страну — Забайкальское или Даурское нагорье.

Яблоновый хребет, проходящий почти по середине её, ближе к востоку, в направлении с северо-востока на юго-запад, составляет центральную горную ось. К востоку от него, в том же направлении, идёт другая цепь гор — Нерчинский хребет, а к западу располагаются массивы прибайкальских гор, образующих несколько кряжей; вся система этих кряжей тянется, в общем, приблизительно в том же направлении.

Карта Забайкальской области

Яблоновый хребет, — исключая узловой кряж Сокондо, или Чокондо, в юго-восточной части Забайкалья, достигающий 8 000 футов высоты, — не есть, однако, самая высокая из горных цепей. Горы цепей прибайкальских более подняты над уровнем моря, почему страна представляет поверхность, наклонную, в целом, с северо-востока на юго-запад и образующую три волны гор, которые становятся выше и выше по направлению с востока на запад.

Кроме того, близко к восточной границе подходит из пределов Китая хребет Большой Хинган, сквозь который Амур пробивает себе путь в Амурской области (между стан. Свербеевой и Игнашиной; гора Медвежья, на правом берегу).

Так как пространства между этими цепями также всхолмлены и покрыты отрогами основных кряжей, то страна имеет характер горной области на большей части своей поверхности.

Нерчинский хребет достигает местами до 3 500 ф. высоты, — вообще же ниже, — и не даёт значительных отрогов.

В Яблоновом хребте, — за исключением Сокондо, — более значительные высоты держатся около 2 000—3 000 ф. На пути из Читы к Верхнеудинску высота хребта на Шакшинском перевале составляет 3 400 ф. (между Шакшиной и Вершино-Кондинской), у Домной — 3 300 ф., у Укырского — 3 200 ф., — на западном его склоне. Яблоновый хребет даёт значительное число отрогов: Эрень-Дабань, Даурские горы (вост. склон), Хухайты, Цагань-хунтей, Малхинский (зап. склон) и др.

Ряд промежуточных гряд и высот, — из которых значительнейшие находятся вблизи южной границы Забайкальской области, — а именно хребты Заганский и Цагань-Да, параллельные Малхинским горам и р. Уде, наполняет промежуток между Яблоновым хребтом и прибайкальскими горами.

Последние, достигая во многих пунктах 4 000—6 000 ф. и более (6 700 ф.), совершенно охватывают восточное побережье Байкала, образуя две выдающиеся группы: Хамар-Дабан, к югу от озера (с отрогом на южном склоне, — Хамбинским хребтом), и Баунтские горы, представляющие довольно сложную систему кряжей, а именно хребты: Улань-Бургасы, Нахони, Икатский, сев. и южн. Муйский и высокую прибрежную гряду с вершиною Кучикарь, проходящую между берегом Байкала и р. Баргузином.

Юго-восточная часть Забайкальской области отличается, напротив, развитием степей, переходящих к югу, за границею Монголии, в степи пустыни Гоби. С этою юго-восточною степью Тарейскою соединяются равнинные пространства, более или менее далеко продвигающиеся в страну по направлению к северу. На границе с Китаем, за р. Урулонгуем, тянется Алкунчакская степь, — на востоке от Тарейской; вдоль р. Аргуни, до укр. Ново-Цурухайтуевского, идёт степь Аргунская, а по р. Турге — Тургинская. По обоим берегам Онона расстилается Ононская равнина, а часть её, по левому берегу р. Аги, верст на 300 вверх по течению, образует степь Агинскую. Кударинская степь идёт к югу от Верхнеудинска почти до самой Кяхты (кочевья селенгинских бурят).

Кроме того, по р. Уде, к востоку от Верхнеудинска, направляется плоскогорье, называющееся степями Хоринскою и Братскою. Наконец, обширная равнина есть в долине р. Шилки (10 в. в длину и 20—70 в. в ширину), между стан. Городищенскою и речкою Курлычею.

ГЕОЛОГИЧЕСКОЕ СТРОЕНИЕ. В отношении строения земной поверхности западная половина Забайкальской области, исключая побережья озера Байкала, мало исследована. Хорошо изучены лишь отдельные местности. В обнажениях по течению Селенги до Верхнеудинска наблюдаются граниты, гнейсы и слюдяные сланцы; в высокой степи, начинающейся от Верхнеудинска и идущей по р. Уде до Яблонового хребта, преобладают граниты, а местами встречаются и известняки. На левом берегу Селенги залегают пласты каменноугольной формации. Каменный уголь известен на берегу Гусиного озера, на р. Хилоке, около дер. Кули, и по рч. Гремучей, притоке Чикоя.

Важнейшие рудные месторождения суть: Балягинское (магнитный железняк, идущий в плавку на Петровском заводе); на рч. Бряни (железный блеск); по рч. Косурту и Мыкырту (железные охры); в 25 в. от Курбинской станции, по рч. Ангись-Хана (магнитный железняк и медные руды); недалеко от Кульской станции (медные руды) и по Кудуну, притоку р. Уды (свинцовые руды).

Во многих местах Верхнеудинского и Баргузинского округов найдено и с 1843 г. разрабатывается золото.

Восточная часть области (к вост. от Яблонового хребта) исследована более. Горы хребта сложены из кристаллических и слоистых пород. Оси поднятия в главных хребтах и в отрогах определяются выходами гранитов и сенита; по склонам — гнейс и метаморфические сланцы (слюдяный). Порфиры пробиваются в различных местах по Шилке, Онону-Борзе, в окрестностях Нерчинского завода, и с ними связаны месторождения свинцовых руд. Грюнштейны не редки, образуя жилы в гранитах. Выходы миндального камня (базальтового?) известны от Чинданской крепости до Олочи, на Аргуни около Дучарского завода, по Гандыбою, Урову и Нижней Борзе. Трахиты имеют значительное развитие около Булауруйской станицы. Смолистый камень (Pechstein) найден около Нерчинского завода (в горе Кокуйской). Известен также базальт.

За кристаллическими породами следуют глинистые сланцы, а затем — известняки и песчаники осадочных формаций; — в отдельных местностях наблюдались пласты формаций: силурийской, девонской (?), каменноугольной, юрской, а также третичных. Новейшие образования представляют, местами, мощные толщи. Но имеющиеся ныне данные не дают пока возможности ни точно определить степень развития тех или других осадочных образований, ни надежно выяснить древность пород изверженных, как упомянутые трахиты, базальт и др.

Рудные богатства края чрезвычайно велики, и здешние месторождения золота, а также серебро-свинцовых руд, приобрели всемирную известность.

С 1811 года открыто несколько мест нахождения руд оловянных: сперва в Агинских горах, затем — на Малой Кулинде, Шаранайские и Завитинские.

Начало разработки медных руд относится к 1737 г., — на Агинских приисках. Потом были найдены месторождения Куренелайское (1739), Аленуйское (1744), Будюмканское и Лувиканское (1759), Камаринское (1776), Жергунское (1797) и Уртуйское (1817).

В 1759 г. открыты Ильдиканские ртутные прииски.

Железные руды находятся, местами, в изобилии, но вообще не разрабатываются: — Петровский завод составляет единственный железный завод области.

Из цветных камней высшего достоинства, месторождения которых в Забайкальской области весьма многочисленны, находятся: горный хрусталь бесцветный и дымчатый (раухтопаз), аметист, яшмы, сердолик, халцедон, агаты, опалы, ониксы, аквамарины, вениса, настоящий топаз или тяжеловес, шерлы — черный, зеленый и малиновый, и пр., не упоминая об огромном числе других минералов, встречающих меньшее применение в практике.

Поразительно в Забайкалье обилие минеральных вод: ключи горячие, кислые и железистые выходят в весьма многих местах. Из горячих наиболее известны: Туркинские, Баргузинские, Баунтовский и ключи в верховьях р. Чикоя, — к западу от Яблонового хребта, а к востоку от него — Бальринские (верстах в 100 к югу от Нерчинска) и Кырынские (близ Китайской границы). Между кислыми и железистыми источниками наиболее замечательны: Зюльзинский, Борщовочный и Каменский (в 75, 25 и 29 в. от Нерчинска), Читинский, Молоковские и Кукинский (в 9, 12 и 45 в. от Читы), Дарсупские (по дороге из Читы в Акшу), Князе-Урульгинский, Завитинский, Улдургенские, Мингутский, Урейский, Уругуевские, Оршандуевские и Акшинские (в 5—80 в. кругом Акши, по Ингоде, Онону и его притокам).

ВОДЫ. Главные струи живой воды, прорезывающие Забайкальскую область, или протекающие по её границам, суть: Аргунь, образующая границу с Китаем, на протяжении около 900 в., и Шилка, — обе в юго-восточном углу области; Верхняя Ангара, Баргузин, Селенга и Витим.

Аргунь (у тунгусов Ергунь, у монголов Урэнги, Урунгу) составляется слиянием двух рек: Далай-нор и Хайлар. Истоки её лежат в Китае. В пределы Забайкалья она вступает от урочища Усть-Стрелка (слияние Шилки с Аргунью). Течение Аргуни довольно извилистое; берега её вообще низменны, но нередко переходят в скалистые обрывы. Ширина реки от 40 до 100 саж., глубина от 2 до 7 фут., но в межень встречаются броды глубиною до 1½ ф. Дно песчаное, с галькой. Аргунь замерзает в конце октября, вскрывается в апреле. По Аргуни сплавляют лес.

Шилка образуется слиянием Ингоды и Онона (у с. Усть-Стрелки). В верховьях она течёт в узкой долине, при выходе из гор разливается широко, образуя острова. Длина Шилки в пределах Забайкалья около 550 в., ширина — от 100 до 200 саж., местами до 500 саж., глубина — от 4 до 12 ф. В межень сильно мелеет, образуя броды. Вскрывается в конце апреля, замерзает в конце октября. Судоходство по Шилке возможно от с. Стрѣтенска до Усть-Стрелки. Берега Шилки большей частью возвышенны, скалисты; покрыты лесом (лиственница, сосна, берёза, осина). В долине Шилки много земель, удобных для земледелия.

Онон берёт начало в Китайских пределах, с вершин хребта Кэнтей и Цагань-Дабана, и при отряде Тыринском входит впервые (ибо он и до того появляется в русских пределах, но течёт лишь по границе с Китаем) в Забайкальскую область, протекая сперва у подошвы Даурского хребта, до Тулутая, откуда поворачивает на восток и течёт в этом направлении до слияния с рекой Борзой, впадающей в него справа и берущей начало на Нерчинском хребте; отсюда Онон направляется, в общем, параллельно горам и лишь от Джиды поворачивает на северо-запад, к месту слияния с Ингодой. Онон-Борза и Унда, суть правые, а Акша — левый приток Онона (дл. Онона-Шилки в пределах Забайкалья около 900 в.).

В обнажениях на берегах Онона выступают граниты, порфиры и слюдяные сланцы. Массив Адунь-Чалон, идущий по правому берегу, сложен из гранитов и известен по своим месторождениям цветных камней. Книзу по реке, около устья р. Уиды, являются глинистые известняки, пласты слюдистого сланца и конгломераты. Правый берег Онона покрыт лесами, а левый безлесный; но с того места, где хребет Адунь-Чалон заставляет реку течь почти прямо на север, лес по Онону прекращается. Берега круты и возвышенны. Онон, войдя в Забайкалье, имеет до 50 саж. ширины. В нижнем течении река расширяется (до 100 саж.), но к устью суживается снова (до 80 саж.); глубины не свыше 10 фут. В русле много мелей и островов; течение быстрое, и вода мутная.

Ингода даёт начало потокам, зарождающимся на западном склоне Даурского хребта и на восточном Яблонового. В долине между ними Ингода и течёт до Читы, круто поворачивая здесь на юго-восток, а затем, на юго-запад, образуя за ст. Усть-Ононской, как сказано, вместе с Ононом, Шилку. Горы, которыми обставлено течение Ингоды, состоят из тех же гранитов, порфиров и слюдяных сланцев, как и берега Онона, а также из гнейса и зелено-каменных пород. — Ингода в верховьях — чисто горная река, с шумом рвущаяся по дикому ущелью, в наполненном камнями русле, образуя водопады и пенящиеся перекаты. Ширина русла здесь до 15 сажен, при 4 ф. глубины. В этих местах область течения Ингоды принадлежит к самым живописным местностям восточной Сибири: над рекой как бы повисли, местами, голые, серые стены; местами скалы, поросшие либо хвойным лесом, либо зеленоватыми, желтыми или красноватыми мхами и лишайниками, либо кудрявою веселою зеленью молодых берез; местами, между скал стелются, на отлогих скатах, темно-зеленые ковры сочной зелени, пестримой цветами.

За Читой долина расширяется до 3 верст, а русло — до 30—50 сажен. Река извивается, приближаясь то к одному, то к другому берегу этой долины, обставленной высокими горами, скаты которых покрыты то хвойным лесом, то осиной и березой. Быстрота течения Ингоды весной доходит до 8 верст в час. В русле и здесь много мелей и перекатов.

Верхняя Ангара, Баргузин и Турка начинаются и протекают в области Баунтских гор. Верхняя Ангара (около 600 в. дл.) начинаясь недалеко от горы Ульгаптынь, течёт с северо-востока на юго-запад (в направлении Муйских гор) и вливается в северный конец Байкальского озера. Баргузин (до 400 в. дл.) начинается в высокой горной котловине между Баунтскими горами и прибрежным кряжем, направляясь к юго-западу, и вливается в Байкал к югу от полуострова Святого Носа. Турка омывает северное подножие хребта Улань-Бургасы, протекая в глубокой и узкой долине между двумя параллельными хребтами и образуя своеобразный обособленный бассейн. Точно также, надо заметить, резко обособлен бассейн и Баргузина, хотя он гораздо обширнее Туркинского.

Селенга берёт начало в Китае с хребта Хангай, а левым своим притоком Егеголь также из озера Косоголь, и входит в пределы России около караула Наушинского (недалеко от Кяхты), направляясь сначала вдоль восточного подножия Хамар-Дабанского кряжа до Верхнеудинска, а оттуда, огибая северный конец Хамар-Дабана, постепенно поворачивает на запад и впадает в Байкал многими рукавами, образуя обширную дельту между заливом Провилом и проливом Прорвою. Важнейшие притоки Селенги справа суть Уда (380 в. дл.), составляемая струями, сливающимися с хребтов Цагь-Хунтей, Хухайты, Зусы, Нахони и Улань-Бургасы, — Чикой (около 500 в. дл.) и Хилок, стекающий с Яблонового хребта. Из хребта же Хамар-Дабан и его предгорий выходят левые, менее значительные притоки: Джида (350 в.) и Темник (около 200 в.).

Остальным крупным горным долинам Забайкалья дают массы рек и речек, идущих посредственно или непосредственно на образование р. Витима (длина в Забайкальской обл. около 1 000 в.). Источники, составляющие его бассейн, занимают, таким образом, почти всю северо-восточную часть края на запад от Яблонового хребта. Главная струя Витима начинается в Баунтских горах. Ципа, Нерпа, Муя и Мама впадают в Витим слева; справа же в него вливается Каренга.

В пределах Забайкальской области берёт начало, кроме того, Олёкма, — на западном склоне Яблонового хребта.

Таким образом, речные долины страны образуют, по своему направлению, три ската: Амурский (Шилка с Аргунью), Байкальский или Енисейский (В. Ангара, Баргузин и Селенга) и Ленский (Витим).

Во многих случаях истоки рек, принадлежащих одна к одному, а другая к другому из этих бассейнов, находятся весьма близко (в нескольких верстах) друг от друга (напр. Ангара и Муя, Олёкма и Нерча и др.).

Из озерных бассейнов на первом месте сам собою становится громадный бассейн Байкала, питаемый более чем 200 притоков, стекающих с Хамар-Дабана, Баунтских и Байкальских гор, охватывающих его почти на всем протяжении берегов. Верхняя Ангара, Баргузин и Селенга — главнейшие потоки, несущие в него воду; единственный исток его — Нижняя Ангара, правый приток Енисея.

После Байкала следует заметить а) горные озера: Баунтское (18 верст дл. и 10 в. шир.; в Баргузинском окр.), Гусиное (25 в. дл. и 15 в. шир.; у подошвы Хамар-Дабана), Сосновое, Большое и Малое Еравнинские, Барунь и Зунь-Харга (вблизи дер. Домной в Верхнеудинском окр.) и б) степные — Барунь (40 в. дл. и 25 в. шир.) и Зунь-Тарей (16 дл. 10 в. шир.), — горькие в Нерчинск. окр. Есть и небольшие соленые озера: Горбунское (Турбань-Нор), между рр. Ононом и Агой), и Борзенское, в Тарейской степи. В степях находится много мелких горьких озер, содержащих, главным образом, глауберову соль и горькую, с примесью поваренной соли и соды.

Из рек судоходны Шилка и Селенга. Река Селенга вскрывается обыкновенно между 9—25 апреля, а замерзает между 12 октября и 2 ноября, гораздо чаще в октябре. Стало быть, число дней, в которые река свободна от льда, колеблется между 182 и 208 днями; в среднем же оно составляет 195,5 дней в году. Навигация, средним числом, продолжается 155,5 дня. Ледоход очень силён.

Дно песчаное, с мелкою галькою. Фарватер извилист и изменчив. Суда с осадкой в 6 четвертей (3½ фута) могут свободно ходить по Селенге. На баре фарватер узок, идет извилистой полосой и задерживает суда, в силу чего озерные пароходы и баржи здесь должны перегружаться. При бурной погоде такая перегрузка, невозможная в открытом озере, производится где-нибудь под наветренным берегом. Пароходство по р. Селенге содержится пароходами Кяхтинского и Сибирского товариществ.

КЛИМАТ Забайкальской области континентальный и суровый, причем, однако, семь месяцев в году имеют в среднюю температуру выше нуля (с апреля по октябрь включительно), и лишь с ноября по март средняя температура оказывается ниже нуля. По данным из семи пунктов Забайкальской области, где производились или производятся метеорологические наблюдения, именно: Читы, Нерчинска и Нерчинского завода, Петровского завода, Верхнеудинска, Селенгинска и Кяхты (в последние годы наблюдения в Кяхте прекратились, но начались в Троицкосавске), средняя температура года для средней и южной части Забайкалья определяется в +0,35° С.

После значительных мартовских холодов температура начинает быстро повышаться, и июнь, июль и август характеризуются сильными жарами. Затем температура понижается, и с ноября наступают морозы, достигающие наибольшей степени жестокости в декабре, январе и, отчасти, в феврале. В частностях, климат не представляется, однако, равномерным: иные места, лежащие севернее, отличаются большею мягкостью, а другие, лежащие ближе к югу, большею суровостью климата; напр. Чита имеет среднюю годовую температуру +1,6°, между тем как южнее лежащий Петровский завод — 1,1°, Нерчинск, на одной широте с Читою, — 2,7° С. и пр., что, по всей вероятности, зависит от влияния горных хребтов, защищающих те или другие места от действия ветров. Вообще же в средней и южной половине Забайкальской области, для которой одной имеется достаточное число метеорологических наблюдений, часть, лежащая к востоку от Яблонового хребта, холоднее части, находящейся к западу от него. В этой западной части наблюдается ясное повышение средней температуры в направлении с севера на юг, — от Верхнеудинска к Кяхте. Средние годовые температуры, известные для различных пунктов Забайкальской области, суть: Верхнеудинск — 0,1° С., Селенгинск +2,1° С., Кяхта +3,2° С., Петровский завод — 1,1° С., Чита +1,6° С., Нерчинск — 2,7° С. и Нерчинский завод — 0,6° С. Климат г. Нерчинска оказывается, стало быть, наиболее суровым сравнительно с другими пунктами. Средняя температура января, что составляет единственный пример в области, понижена здесь до —32° С., причем и июльская не свыше +21,9° С. Реки Нерчинского округа, кроме Шилки, Аргуни и Онона, зимою, несмотря на свою быстроту, промерзают до дна.

Равным образом, зимы бывают весьма жестоки в горах, чему доказательством может служить то, что некоторые животные, напр., козули, массами спускаются из горных лесов в долины и в прежние годы собирались даже в окрестностях г. Читы.

В отношении атмосферных осадков, край на всем своем протяжении определенно характеризуется малым обилием их зимою и значительностью летом. В то время, когда, например, по наблюдениям Нерчинской обсерватории (средн. из 10 лет, 1880—89 гг.), количество осадков в январе составляет 1,1 мм, — в июле оно достигает 124,9 мм.; июль и август должны вообще считаться наиболее мокрым временем года. С декабря по март атмосферной воды выпадает 7,5 мм., с марта по июнь — 58,4 мм., с июня по сентябрь — 313,7 мм. и с сентября по декабрь — 65,3 мм. Легко видеть, как велика разница между летом и зимою. Осень же и весна оказываются близкими друг к другу, хотя осень более мокра. В частности, страна к западу от Яблонового хребта, по-видимому, существенно засушливее, так как общее количество атмосферных осадков в Нерчинском заводе (в среднем за 10 лет) определяется в 472,8 мм., между тем как в Верхнеудинске (набл. за 2 года) — в 110,5 мм. и в Троицкосавске (набл. также за 2 года) — в 249,5 мм. в год. Для Кяхты по 1880 г. сумма осадков доходила до 208,8 мм. Таким образом, годовое количество их в западной части Забайкалья оказывается гораздо меньше, чем в заяблонной. Равным образом, разность между количествами летних и зимних осадков в западной части оказывается менее значительной, чем в восточной. Для Троицкосавска зимнее количество осадков определяется в 5,7 мм., весеннее — в 34,3 мм., летнее — в 182,3 мм., и осеннее — в 27,0 мм. В Верхнеудинске количество осадков зимою составляет уже 11,0 мм., весною — 13,6 мм., летом — 70,1 мм., осенью — 15,6 мм. Очевидно, из этого, что небо летом бывает чаще пасмурным сравнительно с зимою. Число пасмурных дней определяется в 49—54 дня. Зимних же дней для Нерчинского завода доходит до 121, для Троицкосавска — 75 и для Верхнеудинска — 111. На грозы приходится около 15 дней в году.

Что касается ветров, то в горной стране, каково Забайкалье, где течения воздуха самым различным образом преламываются горными кряжами и под влиянием их получают изменённые направления, и нельзя ожидать однообразной картины для различных пунктов страны. Тем не менее, однако, NW оказывается преобладающим ветром почти повсюду; в Троицкосавске значительнее число ветров прямо с N, что, по всей видимости, зависит от его положения на Селенгинской равнине, открывающей свободный доступ северным ветрам. Далее, в Нерчинском заводе за NW, в порядке преобладания, следуют O, NO, SW, W и N; в общем, стало быть, чаще других дуют северо-западные и северо-восточные ветры.

Юго-западные и западные проходят к Нерчинскому заводу со стороны Монголии, что в гораздо более резкой форме выступает в Троицкосавске, лежащем ближе к китайской границе. Здесь после северных и северо-западных ветров первое место занимают S и SW, причем ветра с других румбов редки.

В Верхнеудинске после NW чаще других дуют О и SW, т. е., преобладающими оказываются ветры со стороны Северного и Великого океана и Монголии, — последние, по-видимому, в зависимости от нахождения Верхнеудинска в долине Селенги, по которой должно направляться течение воздуха и при ветрах со стороны степи.

РАСТИТЕЛЬНЫЙ ПОКРОВ Забайкальской области представляет, в основании, два крайние типа: северо-западный, лесной, и юго-восточный, степной. Яблоновый хребет составляет, отчасти, и границу между ними, — отчасти потому, что флора Предъяблонья переливает через хребет и в Заяблонье: более полно в северной части хребта и менее полно в южной, так как пустыня Гоби врезывается здесь далеко на север, и степные пространства кладут предел распространению лесной флоры, то прерывая её местами, то останавливая совершенно. Степная флора развита, однако, хотя менее, и в южной части Предъяблонья. Вообще же нужно заметить, что лес тем больше, чем дальше к северу, а тип монгольской степной флоры выражен тем сильнее, чем ближе к югу. В Предъяблонье, впрочем, название степи часто присваивается (неправильно) равнинам в горных долинах, представляющим, в сущности, плоскогорья. В вертикальном направлении в стране даны три главные типа растительности: альпийская, подальпийская и равнинная.

Предел распространения цветковых растений составляют: один вид драб (Draba ochroleuca Bg.), альпийский мак (Papaver alpinum L.), саксифрага (Saxifraga cernua L.) и хризосплениум (Chrysosplenium alternifolium L.).

Предел же распространения деревьев образуется приземистым кедровым стланцем (Pinus Cembra L. var. pumila Reg.) и пихтой (Abies sibirica Led., Pinus Pichta Fisch.).

Но вместе с ними за предел лесов переходят еще малорослая береза (Betula nana L.), горные ивы (Salix reticularia L., S. cotylifolia L. и др.) и рододендроны (Rhododendron parviflorum Pall.).

Выше кедра-стланца идут альпийские луговины.

Лесами занят подальпийский пояс, и состав их весьма однообразен: сосна (Pinus sylvestris L.) и лиственница (Larix sibirica Led.) тянутся по горам от вершин, — если они не выше предела подальпийского пояса, — до подошвы, а пихта (Abies sibirica Led.) и сибирская ель (Picea obovata Led.) обрастают скаты долин, защищенных от ветров.

К хвойным примешивается береза (Betula alba L.), то отдельными деревьями, между хвойными, то образуя отдельные светлые рощи, — а также осина (Populus tremula L.). Изредка, в долинах рек и речек, одиночными экземплярами провертывается душистый тополь (Populus balsamifera Pall.), нарушая своим красивым видом однообразие картин хвойного леса.

В подлесье заметны один вид ольхи (Alnobetula), рябина (Sorbus aucuparia L.), местами, боярышник (Crataegus sanguinea L.), а в особенности, рододендроны (Rhododendron davuricum Pall. и Rhod. chrysanthum Pall. — последний в горах) и несколько видов таволги (Spiraea chamaedrifolia L.; Sp. flexuosa Fisch., повсюду, Sp. filipendula L., в горах и др.). Рододендроны и таволги во время цветения буквально заливают места, занимаемые ими, цветами: первые — красно-розовыми, вторые — белыми.

Жимолость (Lonicera coerulea L.), шиповники (Rosa cinnamomea L. и R. Gmelini Bg.) — также обыкновенные члены между кустарником подлесья.

Черемуха (Prunus Padus L.) растет в обилии по берегам рек и речек, а также встречается и в лесах.

Мхи и лишайники с волосяником (Linnaea borealis L.) и брусничниками (Vaccinium Vitis idaea L.) сплошь и рядом образуют ковер на скатах, перерываемый, в местах выходов ручьев, что бывает очень часто, порослями осок (Carex).

Главные ягодные растения северной России все налицо и здесь: на сухих местах — малина (Rubus idaeus L.), костяника (Rubus saxatilis L.), черника (Vaccinium myrtillus L.), земляника (Fragaria vesca L.), смородины (Ribes rubrum L., — красная, Ribes nigrum L., — черная, и Ribes fragrans L.), а в болотах — княженика (Rubus arcticus L., в России — мамура), морошка (Rubus Chamaemorus L.) и клюква (Oxycoccus palustris L.).

В составе травяной растительности лесов, вообще не бедной, немало типических местных форм, а также растений с красивыми цветами; напр. две лилии: — Lilium tenuifolium Fisch. и Hemerocallis flava L., циприпедиумы (Cypripedium guttatum Sw., Cypr. macranthum Sw. и Cypr. calceolus L.), широко распространенные цимбария (Cymbaria dahurica Led.), незабудки: лесная и болотная (Myosotis silvatica Hoffm. и M. palustris Wth.) и др.

На юге этому кратко намеченному лесному типу растительности противополагается степной. В Тарейской и прилежащих степях выступают совсем иные формы: — бесконечные желтые поросли злаков (Elymus Pseudo-Agropyrum Trin., Elym. arenarius L., Elym. sibiricus L. и др.), сероватые полыни (Artemisia) и масса ирисов (Iris tenuifolia L., Ir. dichotoma Pall., Ir. ruthenica L. и др.) бросаются в глаза на сухой степи. Кусты и поросли чилиги (Caragana microphylla Lam. и Car. pygmaea Dc.) составляют распространеннейший тип кустарников, растущих в здешних степях и дающих им особый, своеобразный характер. По более влажным местам встречаются также кустарники из спиреи (Spiraea hypericifolia L.) и шиповника. Рододендрон (Rhododendron dauricum Pall.) также проникает в степи, но только в северных их пределах. На солонцеватых местах попадаются солянки (Salsola, Statice и др.). На болотистых местах — камыш (Scirpus lacustris L.), осоки, ситники (Juncus) и тростник (Phragmites communis Trin.). В поймах рек и по берегам озер, кроме лугов, покрытых сочными злаками, местами богатая древесная и кустарная растительность, — ивы, тополь, черемуха, боярышник, таволга и др.

ФАУНА. Что касается фауны, то её состав в Забайкальской области соответствует характеру растительности. На севере и северо-западе, в лесной полосе, распространены формы, свойственные сибирской тайге; на юго-востоке, в степной области, — формы, пришедшие сюда из Монголии и отчасти из Манчжурии. Граница между теми и другими проходит в общем по Яблоновому хребту, но не резко, так как многие виды заходят за неё.

Из млекопитающих в таёжной полосе, начиная от прибайкальских гор и Яблонового хребта, водятся: росомаха (Gulo borealis Nilss.), соболь (Mustela zibellina L.), хорек сибирский (Mustela sibirica Pall.), горностай (Mustela erminea L.), ласка (Mustela vulgaris Briss.), выдра (Lutra vulgaris Erxl.), рысь (Felis lynx L.), летяга (Pteromys volans L.), белка (Sciurus vulgaris L.), бурундук (Tamias striatus L.), кабарга (Moschus moschiferus L.), — в горном поясе между 3 000—7 000 фут., — косуля (Cervus capreolus L.) и лось (Cervus alces L.). В областях к югу от Байкала, — в Хамар-Дабане и на Селенге, встречаются также барсук (Meles taxus Schreb.) и хорек черногрудка (Mustela putorius L.). Большая часть этих форм живет и в верховьях Ингоды, а также Онона. К этой же области относятся суслик Эверсмана (Spermophilus Eversmanni Brandt) и сеноставец (Lagomys alpinus Pall.). Более широкого распространения достигают: волк (Canis lupus L.), лисица (Canis vulpes L.) и заяц-беляк (Lepus variabilis Pall.); первый гуще около полосы, где леса и степь соприкасаются (напр., по Ингоде, Онону); лисица — всюду, где находит подходящие условия; часта в области Верхней Ангары и по берегам Байкала. Некоторые из этих форм находят в Забайкальской области южную границу своего распространения. Навстречу им со стороны Монгольской степной возвышенности вдвигаются, преимущественно по Тарейской и соединяющимся с нею степям, азиатские степные формы: корсак (Canis corsac L.), степная кошка (Felis manul Pall.), (проникает изредка до Верхнеудинска), байбак (Arctomys Bobac Schreb.), — иначе тарбаган или сурок, — оготона (Lagomys Ogotona Pall.), тушканчик (Dopus jaculus Pall.), заяц-толай (Lepus Tolai Pall.), дзерень (Antilope gutturosa Pall.) и еще другая степная антилопа, — Antilope crispa Temm., а также джигетай (Equus hemionus Pall.). В отдельности, те или другие из этих степных форм продвигаются более или менее далеко, более или менее чисто на север, но нормальною областью их нахождения следует считать юго-восточную часть Забайкальской области. К востоку от Кэнтея и Яблонового хребта весьма обыкновенен также еж (Erinaceus europaeus L.).

С востока, из области манджурской фауны, в Забайкалье иногда проникает амурский енот (Canis procyonoides Gray), по крайней мере до Усть-Стрелки и Аргуни. Благородный олень, по-местному изюбрь (Cervus Elaphus L.), имеет здесь суженную область распространения в юго-западной части, — полосою около северной границы монгольской фауны, а именно: от верховьев Онона, по Ингоде, верховьям Шилки, до Аргуни и далее. Там и сам встречается кабан (Sus scrofa ferus Gm.), но редко.

В фауне птиц то же явление: в то время как в северных частях края встречаются типичные таёжные птицы — глухарь, рябчик, кедровка, клест, свиристель и др., в степных районах обычны дрофа, стрепет, журавль-красавка, степной орёл, коршун, жаворонки и пр. По озёрам и рекам множество водяной птицы: утки, гуси, лебеди, чайки, кулики.

Из пресмыкающихся и земноводных в Забайкалье водятся: гадюка, щитомордник, ящерицы, лягушки. В Байкале — особый вид тюленя (Phoca baicalensis Dyb.), называемый нерпой.

Рыбы. В водах Забайкалья встречаются представители двух различных ихтиологических фаун: байкальской (сибирской) и амурской. Реки, впадающие в Байкал (Селенга, Верхняя Ангара, Баргузин), и само озеро населены формами, родственными сибирским, тогда как в реках бассейна Амура (Шилка, Аргунь, Онон, Ингода) преобладают амурские виды. Некоторые рыбы, как таймень (Salmo fluviatilis Pall.), ленок (Salmo coregonoides Pall.), налим (Lota vulgaris Cuv.), щука (Esox reichertii Dyb.), вьюн (Cobitis Toni Dyb.) и пищуха (Cobitis Taenia L.) свойственны бассейнам Байкала и Амура вместе. Из них, впрочем, области распространения налима и пищухи чрезвычайно велики (налим встречается даже в Великих озерах Америки), так что они лишь захватывают Забайкальскую область попутно.

Остальные же формы уже прямо принадлежат либо к северным (системы Байкала), либо (в Ононе, Ингоде, Шилке и Аргуни) к южным, — амурским. На первом плане между рыбами области стоят осетры, — свой в Байкальской системе: осетр Бэра (Sturio Baerii Brandt) и свой в Амурской, — осетр Шренка (Sturio Schrenkii Brandt), заходящий изредка в Аргунь и в Онон. Калуга (Huso orientalis Pall.) является чисто амурской формой, проникающею также в Аргунь и Ингоду, между тем как сибирская разность стерляди (Sterledus ruthenus var. sibiricus Dyb.) известна в Ангаре около Падунских порогов. Из породы семговых, формы горных ручьев и речек, — упомянутые выше лососи: таймень и ленок распространены, как сказано, повсеместно; между тем как из остальных — кета (Trutta lagocephalus Pall.) лишь заходит во время нереста в Аргунь и Онон, не встречаясь далее в крае; виды же сига — особые в Амурской системе и Байкальской, а именно: в Ангаре живет сиг-туган (Leucichthys tugun Pall.), а в Ононе, Ингоде и Аргуни сиг-хадары (Coregonus chadary Dyb.), кроме хариуса, — по-местному, хайрус (Thymallus Grubii Dyb.). Щука и карась представляют в рр. Амурского и Байкальского бассейнов разновидности, а затем, в бассейне Байкала являются важнейшими представителями: окунь (Perca fluviatilis L.), ерш (Acerina Czekanowski Dyb.), язь (Idus melanotus Heck.), сорога (Leuciscus lacustris Pall.), — формы европейские или близко примыкающие к ним. Амурский же бассейн вносит, со своей стороны, в состав рыбной фауны Забайкалья: даурского сома (Silurus asotus Pall.), довольно крупную рыбу скрыпуна халзана (Bagrus calvarius Bas.), сазана-мырго (Cyprinus carpio L. var. mirgo Dyb.), даурскую конь-рыбу (Gobioharbus labeo P. var. maculatus Dyb.), даурского пескаря (Gobio fluviatilis Ag. var. cynocephalus Dyb.), даурскую горькушку (Rhodeus amarus Bl. var. sericeus Pall.), краснопёра (Pseudaspius leptocephalus Pall.), чебачка пестрого (Micraspius Mianowskii Dyb.) и язя-чебака (Idus Waleckii Dyb.). Как та, так и другая фауна, кроме того, имеют в своем составе несколько видов бычков (Cottus) и гольянов (Phoxinus), им только свойственных.

ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК. Обращаясь к истории присоединения Забайкальской области к России и устройства её, необходимо прежде всего заметить, что коренными обывателями её были тунгузы, буряты и частью монголы. Первые русские люди появились в Забайкалье в 1638—1640 гг., когда казаки под начальством Максима Перфильева и Ивана Галкина проникли с верховьев Лены через Олёкму на Витим и далее к западу. В 1643—1644 гг. отряд Курбата Иванова вышел к Байкалу и положил начало русскому знакомству с озером. В 1648 году казак Иван Похабов прошел по южному побережью Байкала и достиг Селенги; в том же году казак Василий Колесников основал Баргузинский острог. В 1652—1653 гг. отряды Петра Бекетова и других казаков начали заселение Даурии (так тогда называлось Забайкалье), построив Усть-Стрелочный, Нерчинский и другие остроги. С этого времени Забайкалье прочно вошло в состав России.

В 1658 г. воевода Пашков заложил на месте Нерчинского острога город Нерчинск, и Даурия преобразовалась в Нерчинское воеводство. Преемником Пашкова Толбузиным в 1666 г. построен острог Селенгинский, а следовавшим за ним воеводою Аршинским в 1668 г. — Верхнеудинский. При Пашкове и Толбузине деятельность правительства направлялась к введению первых порядков в крае, где пока приходилось бороться также и с постоянными возмущениями инородцев, именно бурят, и к заселению его.

Поселенцы составлялись, прежде всего, из служилых и пришлых охочих людей, хотя в то же время и правительство начало от поры до времени, но не систематически, ссылать сюда важных государственных преступников.

Знаменитый расколоучитель, протопоп Аввакум, был первым известным ссыльным в «Дауры».

Затем, позднее, сюда был сослан запорожский гетман Демьян Многогрешный, — немало послуживший, в ссылке, на пользу Даурского края.

В 1681 г. русское население увеличилось уже настолько, что были построены монастыри, — Селенгинский Троицкий и Посольский на берегу Байкала (на месте, где за 30 лет до того был убит московский посол Ерофей Заболоцкий), а также отправлена в Забайкалье миссия под главенством игумена Феодосия, для проповеди среди язычников.

Население края росло, однако, сначала медленно: в 1692 г. русских было в стране, приблизительно, до 7 000 чел.; к концу царствования императора Петра I — до 10 000 чел.; в 1740 г. — до 21 000 чел., а в 1760 г. — до 22 000 душ мужского пола.

Забайкалью с самого же начала пришлось сделаться пунктом столкновения и центром возникновения поводов сношений с Китаем.

Характер отношений с китайцами определился, в существе, необходимостью установления в новоприобретенном крае точной раздельной черты и непорядками, которые должны были возникнуть на границе, проходящей по становищам кочевников, которые находили удобным, в своих видах, то в то, то в другое время, переходить её, объявляя себя ныне китайскими, а после — русскими подданными.

Отсюда возникали непрерывные недоразумения между обоими правительствами и поводы к бесконечной переписке.

Так, большие хлопоты русским властям доставил в первое время инородческий князь Гантимур, перекочевавший с приходом Бекетова в Манчжурию, а в 1667 г. — обратно, в русские пределы, и принявший русское подданство. Переговорам о нем был положен конец лишь Нерчинским договором. В последующее время джунгарский старшина Амурсана, перешедший в Забайкалье, также был долгое время важною причиною неладов с Китаем.

Дело еще более усложнилось с началом торговли, когда китайцы встретились с тогдашними торговыми приемами русских купцов, приобретших себе весьма невыгодную репутацию в Китае. С одной стороны, в силу этих причин, а с другой, по свойствам своего национального характера, китайцы обнаруживали вначале стремление всякими мерами мешать русской торговле, запутывая этим, в свою очередь, взаимные отношения. Первое резкое столкновение между китайцами и русскими произошло в 1685 г., по поводу движения казаков на Амур и занятия земель по его течению: богдыхан Канси приказал разорить русские поселения на Амуре и завладеть Албазином. Вместе с наступлением китайских войск, монголы начали опустошения по Селенге, а к ним стали примыкать местные буряты. Возникшие беспорядки повлекли за собою переговоры, окончившиеся снаряжением посольства Головина. Китайские уполномоченные выехали в Нерчинск, где и произошло первое установление границы, а также выработаны основные нормы для взаимных отношений. Нерчинский договор заключён 27 августа 1689 г. Посольству Головина предшествовали, впрочем, неудачные посольства, — сначала от воеводы Аршинского, неумело взявшегося за дело, по незнакомству с китайскими обычаями, и грека Николая Спафария, из Москвы, в 1676 г. По заключении Нерчинского договора, в 1695 г. отправлено было в Китай посольство Избрандта, с целью установления правильных торговых сношений и устройства русской церкви в Пекине, при коей позднее была устроена школа. После Избрандта именно и начали отправляться в Пекин казенные караваны «с соболиною казною и иною мягкою рухлядью для продажи, мены и покупки про Государев обиход китайских всяких товаров», — поручавшихся доверенным купцам.

Караваны ходили редко: — с 1698 г. по 1711 г. их было отправлено всего восемь. Трактом служил путь через Нерчинск и Аргунский острог на город Цицикар (иначе Наун). Торговые наезды русских встречались, однако, китайцами весьма недружелюбно, и нередко караванам прямо мешали, разными способами, продавать товары. С 1705 г. начал развиваться купеческий торг со стороны Селенгинска, который, при склонности тогдашнего сибирского купечества к обманам в торговле, не мог способствовать добрым отношениям с пограничными властями, и недоразумения, отзывавшиеся на всем строе отношений с Китаем, накоплялись из года в год и по торговым делам. В видах устранения этих недоразумений и для устройства пограничной торговли, Петром I было снаряжено посольство Измайлова в 1720 г., имевшее мало успеха, ибо между прочим переговоры о перебежчиках приобрели в это время острый характер.

В 1726 г. отправлено было новое посольство, — графа Саввы Владиславича, окончившееся Буринским договором 20 августа 1727 г. и имевшее важные последствия по отношению к устройству края. При этом была установлена во второй раз, более точная, граница, — стольником Кольчевым и Дариамбою Бесыгою, к западу от места совещаний, а секретарем Глазуновым с мандаринами Хубиту и Наситаем, — к востоку от него. На границе были поставлены маяки, и назначены караулы от бурятских и тунгузских родов. Размен трактатами состоялся на р. Кяхте 15 июня 1728 г. При этом сделано было условие об устройстве торговой слободы на Кяхте и о переводе русских купцов из китайских городов, Урги и Науна, в Кяхту (на Селенгинской дороге) и Цурухайту (на Нерчинском пути). Еще ранее, — в 1727 г., граф Владиславич заложил на р. Кяхте Ново-Троицкую крепость (ныне Троицкосавск), а на самой границе — торговую слободу.

После этого, хотя нелады с Китаем и возникали, и обострялись, как напр., по поводу упомянутого перехода в русское подданство Амурсаны, перекочевки десяти тысяч кибиток калмыков под предводительством Сереня на Волгу, — но строй Забайкалья по отношению к соседям был уже навсегда установлен. Торговля постепенно развивалась, причем выдающееся значение приобретал Селенгинский путь, а главною таможнею сделалась Кяхта.

Первая печать дана была Забайкалью в 1692 г., с надписью «Печать Государева Сибирской земли Даурских острогов» и с гербом «орел одноглавый лук держит вниз тетивой», — в видах облегчения верхотурской таможне учета количества товаров, вывозимых из Сибири.

При введении, по указу 18 декабря 1708 г., разделения России на 8 губерний, — нерчинское и енисейское воеводства (к енисейскому принадлежало Предъяблонье) вошли в состав Сибирской губернии, в коей губернским городом был Тобольск.

В 1719 г., при подразделении Сибирской губернии на 5 провинций: Вятскую, Соликамскую, Тобольскую, Енисейскую и Иркутскую, Нерчинское воеводство отошло к Иркутской провинции, вместе с селенгинским комендантством, а стало быть, в это время уже состоялось административное сгруппирование Забайкалья в его нынешнем объеме.

В качестве области с самостоятельным управлением Забайкалье существует с 16 августа 1851 г., и в состав её, при учреждении, вошли Верхнеудинский и Нерчинский округа бывшей Иркутской губернии и Троицкосавское градоначальство.

Император Пётр I относился к делам Забайкалья с большою заботливостью, и начала устройства жизни страны предначертаны именно им.

Наказами от 18 февраля 1696 г. и 5 января 1701 г. государь наметил общую организацию военного управления и дела продовольствия края, порядок отношения к инородцам, сбора ясака, торговли, сбора податей, правила отношения к делам для служащих лиц, нормы для производства и продажи вина и проч.

В 1702 г., указом от 9 марта, им же установлено начало разработки горных богатств страны, и в 1704 г. начал действие сереброплавильный завод в Нерчинске.

Наконец, указом от 10 марта 1722 г., государь повелел отправлять в Даурию, на серебряные рудники, каторжных, освобожденных манифестом от смерти и предназначенных к ссылке в дальние местности, — вместе с женами и детьми. С этих пор началась правильная ссылка в Забайкалье, — несомненно, способствовавшая возрастанию его населения.

Начало же устройства каторжных работ состоялось позднее, — в 1754 г., когда, указом от 30 сентября, были впервые установлены разряды каторжных работ: — приговоренных к смерти, с заменой её каторжными работами, повелено ставить на самые трудные работы, без отдыхов по праздникам, приговоренных к политической смерти — на работы, менее трудные, но также без отдыхов, а сосланных в вечную каторгу — на работы более легкие, с отдыхами в праздники и воскресные дни.

Казаки Забайкальской области родились вместе с нею, ибо и покорение её велось казаками, и об них упоминается с самого первого времени во многих указах. Современная же организация дана казачеству положением 17 марта 1851 г.

НАСЕЛЕНИЕ. Забайкальской области составляется, в основании, из представителей трех племен: русских, тунгузов и бурят; последние две народности — туземцы. Северная часть страны занята тунгузами, а южная — бурятами. Русские поселения образуют широкую полосу по южному берегу Байкала, — между Байкалом и Хамар-Дабаном; по юго-восточному — ряд селений идёт и за р. Баргузин (хотя здесь они редки); главная же масса населенных пунктов приходится на Верхнеудинский, Селенгинский и Нерчинский округа.

Численность русского населения доходит до 397 000 чел., а бурят и тунгузов вместе — до 168 000 чел. Оба инородческие племени монгольского происхождения. Главное богатство тунгузов — олень, а главное занятие — охота. Большинство их шаманисты; христиане немногие. Одежду тунгуза составляют: парка (род блузы), доха (безрукавый плащ), шапка, штаны и сапоги, — всё из оленьей шкуры, мехом вверх. Подати платятся пушниною, — ясак. Тунгузы распадаются на большое число второстепенных племен: орочены, дауры, самогиры, мангеры, килы и др.

Буряты — кочевники-скотоводы; по религии — буддисты или ламаиты. Религиозный глава их есть Бандидо-Хамбо или Хамбо-Лама, а представители духовенства — ламы. Лама проходит определенный ряд степеней посвящения, соединенных с увеличением числа обетов, а именно: банди, гэцуля и гэлуна, — степеней монашества, так как обеты убаши, предшествующие обетам банди, может принять всякий мирянин, даже в детстве.

При этом лама изучает уставы богослужения, — хурдлов, а также догматическую сторону буддийского учения.

Другие степени, занимаемые ламами, суть уже степени по служебному их положению, и в Китае этих степеней чрезвычайно много: хамбо-лама (настоятель большого и важного монастыря), цорджи-лама (наместник монастыря), ширэту-лама (председательствующий при богослужении, буквально кафедральный лама), лацзан (помощник ширэтуя), гебкуй (инспектор по кумирне и по отношению к нравственности духовенства его ведомства) и др. Монашествующие называются «тойн», а духовное лицо «ховардак».

В Китае дан большой простор стремлению населения принимать на себя обеты и поступать в монашество, так что более половины населения Тибета, в той или другой степени посвящения, принадлежит к духовенству, либо примыкает к нему через обеты убаши (состоящие в отречении от лишения жизни живых существ, присвоения недарованного (кражи), возбуждения греховными пожеланиями, говорения лжи и употребления вина из плодов и вообще всего опьяняющего и дающего повод к нецеломудрию).

В России лицами, принадлежащими к ламайскому духовенству, признаются лишь те, которые, действительно, несут на себе духовно-служебные обязанности и которые официально признаны правоспособными на это и официально же аккредитованы для своей деятельности. Мирянам ношение ламайской духовной одежды не дозволяется, а ламы приурочены к дацанам (монастырям) и число их определено штатами. Впрочем, не смотря на все усилия администрации, в степях и среди бурятского населения фактически число лам значительно превышает установленные нормы.

Русское население Забайкалья состоит из потомков казаков, крестьян-переселенцев, ссыльных, горнозаводских рабочих и разночинцев. По сословиям оно распределяется следующим образом (по данным конца XIX в.): дворян (потомственных и личных) — более 2 000 чел., казаков — свыше 171 000 чел., крестьян — около 159 000 чел., инородцев — 168 000 чел., городских сословий и других, кроме ссыльных, — около 50 000 чел.

Таким образом край является казачьим (31%), инородческим (29,7%) и крестьянским (28,2%). Городские и другие сословия составляют менее одной двенадцатой части (8%) в составе населения; руководящий же элемент (дворяне) не достигает в численности даже и полупроцента (0,4%). Кроме того, в стране значительно количество ссыльных и каторжных (до 16 000 чел., или 2,8%).

Население Забайкальской области столь не густо, что допускает пока нетрудный учет своих помещений. Как страна лесистая и обитаемая большим числом кочевников, она является краем деревянных и переносных построек.

Сообразно этому, число жилых помещений в области определяется (1884—5 г.) в 80 392 деревянных дома и 35 962 деревянных и 33 266 войлочных юрты.

Другие деревянные постройки составляются из 170 православных церквей (и монастырей), 302 часовен, 9 молелен и скитов, 32 церквей не православных исповеданий, 215 строений в дацанах и суме и 7 синагог и мечетей.

Каменных зданий в области насчитывается всего 215. Из них 81 составляют нежилые здания; 44 принадлежат православным церквам и монастырям, 6 — часовни, 2 — церкви неправославных исповеданий, 11 дацанов и 1 — синагога, так что собственно домов каменных только 70, из которых 68 находятся в городах.

В городах всего 14 каменных и 8 деревянных церквей, 5 каменных и 14 деревянных часовен и 1 каменная и 4 деревянных мечети и синагоги и, кроме указанных, 68 каменных домов, 3 170 деревянных.

Нежилых строений: деревянных — до 7 795, из коих 466 находятся в городах; каменных — 81, в том числе 75 в городах.

Всего более обстроены Верхнеудинский округ; за ним следуют — Селенгинский, Нерчинский, Баргузинский и Читинский.

ПРОМЫШЛЕННОСТЬ. Занятия населения составляют прежде всего: хлебопашество, скотоводство и извоз, а затем рыболовство, промысел пушного зверя, лесной промысел, кустарные работы и отхожие промыслы. Почва Забайкальской области вообще хрящеватая; на склонах гор песчанистая; сыпучих песков нет вовсе; пески же с гравием очень распространены.

В большинстве случаев эти роды подпочвы покрыты растительным перегноем, образуя весьма плодородную почву. Где равнины, там и удобные для хлебопашества места.

ХЛЕБОПАШЕСТВО находится в первобытном состоянии. Пашут обычною сохой и плугом. Хлебов собирается: ржи около 22 000 четвертей, яровой пшеницы около 90 000, овса около 110 000, ячменя свыше 65 000, гречихи до 40 000, остальных яровых хлебов около 560 000, и до 185 000 четвертей картофеля.

Нерчинский округ производит большую часть главных хлебов. Из остальных округов Читинский возделывает, главным образом, пшеницу, овес, ячмень и гречиху; точно так же, как Верхнеудинский, который, впрочем, производит еще более пшеницы, овса и картофеля. Менее производителен Акшинский округ: пшеница, овес, ячмень, гречиха. В округах же Троицкосавском и Баргузинском хлебопашество ничтожно. Производимого хлеба, однако, достаточно только для продовольствия самого населения, хотя часть его и продается на местные винокуренные заводы.

СКОТОВОДСТВО. Луга и степи, особенно в южной части края, дают возможность к содержанию и разведению большого количества скота (около 3 000 000 голов). Всего более овец, — свыше 1 500 000; рогатого скота считается почти 700 000, а лошадей 500 000; коз содержится около 150 000 и свиней свыше 60 000 голов. Кроме того, значительно число верблюдов — свыше 9 000. Оленей немного, — до 1 500. Всего богаче скотом округа Верхнеудинский (970 тыс.) и Читинский (свыше 610 тыс.), а беднее — Баргузинский (130 тыс.) и Троицкосавский (св. 100 тыс.); в остальных округах скота приходится свыше 300 000 голов в каждом. Цифры эти, однако, очень непостоянны: — при бескормицах и повальных болезнях потери бывают весьма значительны, хотя при благоприятных условиях они скоро возстанавливаются и начинается быстрый прирост. В распоряжении жителей Забайкалья, занимающихся скотоводством, находится 12 миллионов выгонной, сенокосной, луговой и покрытой кустарниками земли, что составляет, приблизительно, по 4,2 дес. на голову крупного и мелкого скота. Живой скот гонится в Иркутскую губернию, на Амур и в Китай; лошади выводятся в Амурскую и Приморскую области. Верблюжий и овечий войлок, овчина, идут также на Амур, а юфть — в Китай и Монголию. Приблизительную прибыль от скотоводства определяют до 1 000 000 рублей.

ИЗВОЗ составляет один из важных местных промыслов. Округа Верхнеудинский, Нерчинский и Селенгинский поставляют на тракт между Стрётенском и Байкалом, с одной стороны, и Благовещенском, с другой, — а также между Кяхтою и Иркутском свыше 63 000 одноконных подвод при 12 500 возчиков в год, которыми перевозится в одной юго-восточной части Забайкалья до 1 000 000 пудов кладей, помимо хлеба и фуража. Поэтому, здесь только заработок должен составлять не менее 1 000 000 руб. в год. Общую же цифру заработков на извоз для Забайкалья можно принять в 2 500 000 руб.

РЫБОЛОВСТВО развито преимущественно в Баргузинском и Селенгинском округах, где вылавливается до 5 000 000 штук омулей (байкальский сиг, — Coregonus omul Dyb.), на сумму до 270 000 руб. и другой рыбы (осетров, тайменей, сигов, хариуса и пр.) почти на 25 000 руб. Но рыбные ловли отдаются в аренду иркутским рыбопромышленникам, так что на долю местных жителей из этой суммы приходится не более 70 000 рублей. На Байкале заслуживает упоминовения также промысел тюленя.

Зверный промысел год от году теряет свое значение; ценный зверь сделался так редок, что охотою на него занимаются правильно только тунгузы. Соболь почти перевелся; довольно часта еще — лишь белка; значительные выгоды дает изюбрь. Теперешние прибыли от охоты на зверя определяются (1884 г.) всего в 50 000 руб.

Что касается лесных промыслов (смола, деготь, дрова, лес и пр.), то они также приходят все более и более в упадок, — так как леса Забайкалья находятся в периоде истребления. По данным 1853 г. леса области занимали площадь в 23 586 250 десятин, в 1884 же году лесов оставалось только 5 469 200, так что в течение 32-х лет убыло 18 117 050, между тем как на надобности поселения, по приблизительному расчету, расход за это время не должен был бы превысить 1 152 000 десятин. Главная причина этого — лесные пожары, происходящие, с одной стороны, от обычая умышленно ежегодно пускать палы весною для очистки покосов. С другой стороны, пожары возникают при осеннем выжигании сухой травы около зародов (стогов) сена, в тех видах, чтобы предохранить их от огня в случае возникшего пала (хотя, несомненно, свое значение имеют пожары и от случайных причин: — костров зверопромышленников и пр.). Лесные пожары идут правильно каждый год с апреля до половины июля и далее. Кроме того, леса совершенно бесконтрольно вырубаются и продаются промышленниками.

Кустарная промышленность в Забайкалье мало развита; лишь несколько деревень по реке Селенге сделали себе специальным промыслом приготовление деревянной посуды, а именно: кадок и боченков, употребляемых для соления омулей; в других же местах кустари разбросаны, и каждый работает сам по себе. Инородческое население производит довольно много мелких вещей, кованых из железа (ножи, щипцы, стремена, подковы и т. п.) и литых из меди (колокольчики, медные кольца, идолы и пр.), а также столярные изделия, войлоки, овчины, сыромятную кожу и пр. Русские занимаются обработкой шерсти, выделкой грубого сукна, кож, овчин, хозяйственных принадлежностей (телеги, колеса, упряжь, посуда), выделкой кирпича, сальных свечей, мыла, юфти, войлоков и пр., но в самых ограниченных размерах.

Из отхожих промыслов — один составляет сплав товаров от Читы к Благовещенску и далее вниз по Амуру, а также от Кяхты к Иркутску, чем занимается, однако, лишь небольшая часть населения. Другой же отхожий промысел — это работы на золотых приисках.

ФАБРИКИ И ЗАВОДЫ. Первое место в ряду видов заводской и фабричной промышленности в Забайкалье занимает промышленность горная. Она слагается из добычи золота, серебра, свинца и железа. Первый сереброплавильный завод — Нерчинский, был устроен в 1704 г. и выплавка серебра и свинца составляла единственную основу горного хозяйства в Нерчинском округе в течение почти полутора веков, пока не были найдены в 1838 г. надежные золотые россыпи. Рудное золото было находимо и раньше, в 1777 г., в горе Крестовой, на речке Курлыче, левом притоке Шилки, и в 1825 г., — в горе на берегу речки Гурбан-Шивира; но по бедности содержания, прииски эти были оставлены без разработки. В 1838 же году открыто было золото в долине р. Кары, левого притока Шилки, впадающей в нее в 15 верстах ниже Нерчинского завода. Эти Карийские промыслы, разрабатываемые и доныне, — в течение долгого времени оставались единственными значительными в крае. В 1853 г. разведана Шахталинская россыпь, а через десять лет открыты россыпи по рч. Черному Урюму, притоку р. Черной, самые богатые и доныне.

В том же году в Нерчинском округе разрешено вести работы и частным золотопромышленникам.

Ход серебряного и золотого дела в крае представляет в своем развитии следующие фазы: 1) с 1704 г. по 1721 г. выплавка серебра лишь устанавливается; 2) с 1721 г. по 1760 г. — добыча серебра медленно развивается, начавшись получением 5 п. и закончившись 173 п. в год бликового серебра, хотя в 1727 г. количество добывавшегося серебра падало до 4,3 фунта; 3) с 1760 г. по 1800 г. на помощь казне приходит частная рудопромышленность; выплавка серебра на Нерчинских заводах достигает до 629,5 п. (1774 г.); 4) с 1800 г. по 1821 г., количество выплавляемого серебра, с колебаниями, понижается: в 1820 году было получено 321,8 п.; в этот же период времени начата отправка на Алтайские заводы свинца, бедного содержанием серебра; 5) с 1821 г. по 1841 г. продолжается упадок серебряного производства: получается сперва 300 п., затем — 200 п. и, наконец, 190 слишком пудов серебра; но в то же время начинает развиваться промывка золота, и добыча его достигает до 6,8 п. в год; 6) с 1841 г. по 1850 г. выплавка серебра понижается еще более, — до 136 пудов (1848 г.); количество же добываемого золота возрастает до 28 пудов; 7) с 1850 г. наступает широкое развитие работ на золотоносных россыпях; серебряное же дело все более и более падает.

В настоящее время добыча серебра и свинца представляется одним Кутомарским заводом (основ. в 1764 г.), Кабинета Его Императорского Величества, снабжаемым рудами с рудников: Трех-Святительского, Савинского, Мальцевского, Спасского, Смирновского (все Зерентуйской дистанции), Покровского и Алгачинского (оба Алгачинской дистанции). Рудники эти (9 шахт и 6 штолен), доставляют свыше 1 500 000 п. руд. Из этих руд было выплачено в 1883 г. серебра 50 п. 20 ф. 44 з. и свинца — 6 884 п.; в 1884 г. — серебра 52 п. 33 ф. 27 з. и свинца — 7 639 п.; в 1885 г. — серебра 52 п. 13 ф. 7 з. и свинца — 7 597 п.; в 1886 г. — серебра 52 п. 39 ф. 50 з. и свинца — 7 690 п.; в 1887 г. — серебра 51 п. 24 ф. 85 з. и свинца — 8 356 п. и в 1888 г. — серебра 50 п. 29 ф. 91 з. и свинца — 7 205 п.

Что касается золотых промыслов, то они составляются приисками Кабинета Его Императорского Величества: — Урюмскими, Давендинскими, Карийскими, Кулечинскими, Урульгинскими, Горбиченскими, Усть-Чернинскими, Куленским, Уровским, Булаткинским, Итакинским, Казаковским, Нижне-Борзинскими, Урюмканским, Лунжанским, Холоджиканским, Аркиинским и Куджертайским (работавшимися или работающимися и в самые последние годы), в Нерчинском округе, и 98 приисками частных золотопромышленников и золотопромышленных компаний. Большинство частных приисков находится в Баргузинском округе, а именно 41; 27 лежат в Читинском, 15 в Верхнеудинском, 8 в Акшинском и 7 в Нерчинском округах. Добыча золота на приисках Кабинета Его Императорского Величества выражается следующими цифрами: в 1883 г. золота было добыто 95 п. 35 ф. 64 з. 14,5 д., в 1884 г. — 84 п. 16 ф. 82 з. 84 д.; в 1885 г. — 52 п. 10 ф. 87 з. 24 д.; в 1886 г. — 91 п. 28 ф. 27 з. 32 д.; в 1887 г. — 82 п. 15 ф. 60 з. 25 д.; в 1888 г. — 74 п. 6 ф. 26 з. 41 д. С частных же приисков, из которых самые богатые принадлежат Т-ву бр. Бутиных, Ононской К° бр. Сабашниковых, Забайкальскому т-ву Гинцбурга, Грищеву, К° графа Адлерберга и Бенардаки, Переломову и графине Тизенгаузен, золота поступило в казну: в 1883 г. — 208 п. 6 ф. 40 з. 59,5 д.; в 1884 г. — 202 п. 8 ф. 53 з. 10 д.; в 1885 г. — 112 п. 0 ф. 70 з. 20,5 д.; в 1886 г. — 117 п. 19 ф. 71 з. 61 д.; в 1887 г. — 112 п. 1 ф. 50 з. и в 1888 г. — 121 п. 22 ф. 64 з. 14 д. В общем, стало быть, Забайкальская область дала в последние годы золота: в 1883 г. — 304 п. 2 ф. 8 з. 74 д.; в 1884 г. — 286 п. 25 ф. 39 з. 94,75 д.; в 1885 г. — 164 п. 11 ф. 61 з. 44,5 д.; в 1886 г. — 209 п. 8 ф. 2 з. 93 д.; в 1887 г. — 195 п. 17 ф. 26 з. 6 д.; и в 1888 г. — 159 п. 28 ф. 90 з. 55 д. Всего 1 319 п. 13 ф. 32 з. 79,25 д.; что составит, средним числом, в год по 219 п. 35 ф. 53 з. 45,21 д.

В течение же последних 40 лет (с 1849 г. по 1888 г.), золота добыто всего 6 330 п., что составит в среднем 157,5 п. в год. Следовательно, добыча золота в последние годы оказывается высокою. Представителем чугунного и железного производства в области является Петровский завод Кабинета Его Императорского Величества, в 180 верстах на запад от Верхнеудинска, на рч. Баляге, притоке Хилока, основанный в 1790 г., главным образом, для удовлетворения потребностей в железе Нерчинских рудников и казенных золотых промыслов, хотя около половины вырабатываемых чугунных и железных изделий расходится также в крае. Завод пользуется рудами Балягинского рудника (шахт и штолен 4; рабочих 33), и имеет 16 турбин в 204 силы, в сложности, 2 паровые машины в 92 силы, 1 доменную печь с холодным дутьем, при 2 воздуходувных машинах, 8 кирпичных горнов, 2 сварочные и 1 калильную печь, 1 паровой и 16 вододействующих молотов и 1 прокатный стан. Людей задолжается на работах на нем около 250 человек. Петровским заводом в 1883 г. выплавлено чугуна 45 157 п. и выделено железа 7 064 п.; в 1884 г. — чугуна 52 102 п. и — железа 8 987 п.; в 1885 г. — чугуна 34 692 п., и железа — 10 151 п.; в 1886 г. — чугуна 68 861 п. и — железа 5 044 п.; в 1887 г. — чугуна 44 639 п. и железа — 7 249 п.; в 1888 г. — чугуна 31 919 п. и — железа 10 419 пуд. Таким образом, среднее количество выплавки чугуна определяется в 46 228 п., а производство железа — в 8 152 п. в год. Прежнее же производство Петровского завода может быть характеризовано тем, что с 1790 г. по 1853 г. (т. е. в 63 года), выплавлено было 1 560 000 п. доменного чугуна и получено около 1 005 000 п. железа; стало быть, средний годовой выход получится: — для чугуна в 24 762 п., а для железа в 15 952 п. в год.

Остальные виды заводско-фабричной промышленности сводятся к винокурению, изготовлению стекла, выделке кож, производству мыла и свечей и солеварению. Винокуренных и водочных заводов в области всего — 3, производящих спирта и напитков на сумму 500 000 р. Стеклянных заводов — 2, очень небольших, изготовляющих, главным образом, посуду для винокуренных заводов и принадлежащих владельцам этих винокуренных заводов. Кожевенных заводов — 30; в общей сложности они вырабатывают продуктов на сумму около 100 000 р. Мыловаренных заводов — 11, а свечных — 16; производство первых определяется 10 000 р., а вторых 100 000 р. слишком в год. Если прибавить к этому 2 солеварни, 4 пивоварни, 32 кирпичных завода (сараев), то общая сумма фабрично-заводской промышленности (без горной) не превысит 1 000 000 рублей.

Ввоз товаров в Забайкалье (1888 г.) определялся в 7 500 000 руб., вывоз — в 5 000 000 руб. Главные предметы ввоза: мануфактура, металлические изделия, чай, сахар, вино, керосин, табак. Вывоз: золото, пушнина, скот, кожи, шерсть, масло, хлеб. Кяхтинская торговля с Китаем имеет первенствующее значение: чай, шелк, хлопчатобумажные ткани идут через Кяхту в Россию, а русские товары — в Китай.

ТОРГОВЛЯ. Внутренняя торговля сосредоточена на ярмарках, главные из которых: Верхнеудинская (с 25 января по 10 февраля) с оборотом до 1 800 000 руб., Чертовкинская (с 1 августа по 20 сентября) с оборотом до 600 000 руб., Агинская (в 9-ю пятницу после Пасхи) до 25 000 руб., и другие. Постоянные базары в городах и крупных селах.

ФИНАНСЫ. Областной бюджет в 1888 г. составлял по доходам 443 982 руб., по расходам — 444 432 руб. Доходы слагались из земских сборов (112 105 руб.), городских сборов (26 890 руб.), налога с недвижимых имуществ (18 732 руб.) и разных других взысканий (53 646 руб.). Акцизных сборов поступило 1 208 348 руб., почтовых — 109 556 руб., телеграфных — 113 431 руб.

УЧЕБНОЕ ДЕЛО в области находится в начале своего развития; напр., единственная гимназия в Чите открыта лишь в 1884 г. Другое же среднее учебное заведение представляется реальным училищем в Троицкосавске. Из специальных учебных заведений имеются: горное Нерчинское училище, духовное Нерчинское училище, фельдшерская школа и школа повивальных бабок. Остальные учебные заведения составляют училища третьего разряда; их 12 на весь край (7 мужских, 4 женских и 1 частный пансион для мальчиков и девочек). Начальных училищ 133, из которых церковно-приходских школ 21 и миссионерских 13; учащихся в средних учебных заведениях в 1888 году было 184 чел.; в остальных же всего 4 805 мальчиков и 1 120 девочек.

ВРАЧЕБНОЕ ДЕЛО. Почти то же, что сказано о народном образовании, нужно заметить и о постановке врачебного дела. Больницы в Забайкальской области 7 (на 480 кроватей); в гг. Верхнеудинске, Троицкосавске, Нерчинске, при Туркинских минеральных водах, тюремные в Чите и в Верхнеудинске и тюремный Нижне-Карийский лазарет. Кроме них существуют 11 приемных покоев в селах. В станицах Кударинской, Шелопугинской и в г. Акше находятся больницы Забайкальского казачьего войска; войсковых приемных покоев 9, больничное отделение 1 и 1 дом для умалишенных, в Чите. На приисках Кабинета Его Императорского Величества 14 больниц (100 кроватей), а на частных приисках 43 (175 кроватей). Наконец, в Троицкосавске имеется лечебница для приходящих; врачебный же персонал состоял в 1888 году из 20 врачей (не считая войсковых), 31 фельдшера и 17 повивальных бабок.

Аптек в области 5, аптекарских лавок 1. Кроме того есть аптеки на приисках Кабинета Его Императорского Величества, на одном частном прииске, — Дарагунском и в стан. Сретенской.

ЗАБАЙКАЛЬСКОЕ КАЗАЧЬЕ ВОЙСКО размещается в округах Читинском, Нерчинском, Акшинском, Троицкосавском и Верхнеудинском. Вне пределов казачьих земель находится один Баргузинский округ.

См. статью: "Забайкальское казачье войско"