Род Мнишеков (Mniszchowie) герба Коньчиц (Kończyc)

Мнишеки (польск. Mniszchowie, также Mniszech) — угасший польский магнатский род, происходивший из Моравии и принадлежавший к высшей аристократии Речи Посполитой. Герб рода — Коньчиц (Kończyc), относящийся к категории «собственных гербов» (herb własny).

В конце XVI — первой половине XVII века Мнишеки достигли вершины своего могущества, дав Речи Посполитой ряд сенаторов и воевод, а также сыграв центральную роль в событиях Смутного времени в Московском государстве. Владения рода располагались преимущественно в Русском, Сандомирском и Краковском воеводствах. В 1783 году представители рода получили подтверждение графского титула в Галиции. Род угас в конце XVIII — начале XIX века.

Происхождение и герб

Мнишеки происходили из местечка Вельке-Коньчице (Wielkie Kończyce) в Моравии, откуда и пошло название их герба. Они брали прозвище Вандалин (Wandalin) и принадлежали к знатнейшим фамилиям Чехии; по семейному преданию, графский титул был пожалован им императором Карлом Великим в 1506 году, однако документальных подтверждений этому не сохранилось.

Родовой герб «Коньчиц» (Konczyc) описывается следующим образом (блазон): в красном (червлёном) поле семь чёрных страусовых перьев, расположенных веером. В нашлемнике (клейноте), в дворянской короне, — такие же семь страусовых перьев. После получения графского титула в Галиции (1783 г.) герб усложнился: щит был разделён на четыре части, и на них помещались гербы родов, с которыми Мнишеки породнились: в I части — Топор (Topór), во II — Гриф с мечом (Gryf z mieczem), в III — Лебедь (Łabędź), в IV — Гоздава (Gozdawa); в центре же, на малом белом щите, оставался родовой герб с семью перьями.

Примечание:

Наиболее распространённое и классическое описание герба выглядит следующим образом:

В червлёном (красном) поле семь серебряных страусовых перьев, расходящихся веерообразно вверх и связанных у основания червлёной лентой. В нашлемнике (клейноте) — три серебряных страусовых пера, повторяющих фигуру щита.

По-польски это звучит так:

W polu czerwonem siedm piór strusich srebrnych, ułożonych w wachlarz, związanych u dołu czerwoną wstęgą. W klejnocie trzy pióra strusie srebrne.

В более ранних вариантах герба количество перьев могло варьироваться от пяти до семи, однако с конца XVI века закрепилось именно семь перьев. Иногда перья изображаются выходящими из золотой чаши, но канонической версией считается связка перьев, перевязанных лентой.

Первое официальное упоминание герба в польских геральдических источниках относится к XVI веку: его описывает Бартош Папроцкий (Bartosz Paprocki) в своём труде «Herby rycerstwa polskiego» (1584). Позднее герб фиксируется во всех классических польских гербовниках, включая «Herbarz Polski» Адама Бонецкого (Adam Boniecki) и «Rodzina: Herbarz szlachty polskiej» Северина Уруского (Seweryn Uruski).

Страусовые перья в геральдике традиционно символизируют достоинство, власть и справедливость, а в данном случае также указывают на древность рода и его моравские корни. Красный (червлёный) фон щита типичен для польской шляхетской геральдики и символизирует мужество и кровь, пролитую в сражениях.

Употребление и изображение

Герб «Мнишек» никогда не употреблялся другими семьями, оставшись исключительной собственностью этого рода. Он украшает многочисленные портреты представителей семьи, прежде всего портрет Юрия Мнишека (1610 г., ныне в копии в Львовском историческом музее), а также архитектурные памятники и надгробия в Самборе, Львове и Кракове.

Первым представителем рода, переселившимся в Польшу, был Николай Мнишек (Mikołaj Mniszech), преследуемый императором Фердинандом. Распродав свои владения в Чехии, он перешёл ко двору короля Сигизмунда I, где снискал благосклонность монарха и получил должности великого коронного подкомория, сокальского и луцкого старосты и краковского бургграфа (1551). Николай владел имением Стоянув (Stojanów) и получил в пожизненное пользование королевщину Козирынек (Kozirynek). От брака с Барбарой Каменецкой (Barbara Kamieniecka), дочерью Мартина, подольского воеводы, и Ядвиги Сененьской, он имел двух дочерей и трёх сыновей: Яна, Николая и Ежи.

Ветви рода и их представители

Линия Яна

Ян (Анджей) из Вельке-Коньчиц, королевский придворный, красноставский и ясельский староста, умер в 1612 году.

От жены Ядвиги Фирлеювны (Jadwiga Firlejówna), дочери краковского воеводы, имел сыновей Николая, ясельского старосту, и Иеронима (Heronim), красноставского старосту, Петра (Piotr Mniszech), все умерли бездетными,.

Линия Николая

Николай, Львовский, Освенцимский и Осецкий староста, любимый придворный Сигизмунда Августа. 

От жены Софии Дзялыньской (Zofia Działyńska), добжинской каштелянки, имел дочь Эльжбету и пятерых сыновей: Павла (Paweł), луковского старосту, который находился в Москве с первым Лжедмитрием в 1606 году; Михала, дембовского старосту; Кшиштофа (Krzysztof), саноцкого старосту; Ежи, сокальского старосту; и Анджея (Andrzej).

Анджей из Вельке-Коньчиц, великий коронный кравчий (1638), сопровождал короля Владислава IV в путешествии в Баден.

От первой жены Сидонии-Урсулы, графини де Ортенбург (польск. Sydonia Urszula Mniszchowa; урождённая графиня фон Ортенбург, нем. Gräfin von Ortenburg; ум. до 1636), имел сыновей Михала и Яна. От второй жены Урсулы Фирлеювны, каменецкой каштелянки, родились сыновья Пётр и Ян-Франтишек (бездетные), а дочь Сидония вышла замуж за Джевецкого, во втором браке — за Богатку.

Линия Ежи

Наиболее известная линия рода восходит к Ежи (Юрию) Мнишеку (Jerzy Mniszech; ок. 1548–1613), младшему сыну Николая.

Он начал карьеру как королевский кравчий (1574), затем стал русским жупником (Русское воеводство, Польша) (солеваром), самборским, саноцким и сокальским старостой. В 1583 году получил должность каштеляна радомского, а в 1596 году — воеводы сандомирского. Ежи был ревностным сторонником Стефана Батория, воевал против Москвы, отличившись при осаде Пскова. В 1593 году выставил роту для войны с турками. Был инициатором вторжения в Московское государство, принесшее много горя РУССКИМ и, в последствии, приведшим к экономическому и политическому упадку Речи Посполитой как государства. 

Ежи женился на Ядвиге Тарло (Jadwiga Tarłówna), одной из богатейших невест своего времени, дочери хорунжего сандомирского. От этого брака родились пять сыновей и пять дочерей.

Лжедмитрий I, Марина Мнишек с сыном и Юрий Мнишек
(1588 Laszki Murowane - 1615 Kołomno)

Среди дочерей наиболее известна Марина (Марына) Мнишек (Maryna Mniszchówna, Marianna Mniczech, Maria Juriewna Mniszech; ок. 1588 – 1614/15), выданная в 1605 году замуж за Лжедмитрия I и коронованная царицей московской в 1606 году. После гибели первого мужа она соединилась со вторым Лжедмитрием, а затем с казацким гетманом Заруцким; в 1614 году была схвачена, а её малолетний сын утоплен в Волге вместе с ней.

Другие дочери: Кристина — монахиня-кармелитка; Анна — за Петром Шишковским; Урсула — за князем Константином Вишневецким, русским воеводой; Эвфрозина — за Ермолаусом Иорданом.

Портрет Юзефа Мнишека (1670-1747), Великий коронный маршал

Из сыновей Ежи наиболее примечателен Франтишек-Бернард Мнишек (Franciszek Bernard Mniszech; ум. 1661), наследник Лашек-Мурованых, саноцкий староста, сандецкий каштелян (1638).

Верный Яну-Казимиру, он отверг предложения семиградского князя Ракоци.

От жены Барбары Стадницкой имел сына Ежи (Jerzy), волынского воеводу (1683). Этот Ежи от Анны Ходкевич оставил четырёх сыновей, из которых наиболее значительным стал  (Józef Mniszech; ум. 1747) — литовский надворный маршалок (1706), великий коронный маршалок (1713), краковский каштелян (1737).

Дети Ежи от Анны Ходкевич:

• Франтишек Мнишек (умер молодым);

• Якуб-Игнаций Мнишек (красноставский староста, бездетен);

• Леопольд-Анджей Мнишек, не занимал значительных государственных должностей, бездетен;

• Юзеф Мнишек (1670–1747), впоследствии великий коронный маршалок и краковский каштелян, единственный из братьев оставивший потомство.

Он воевал против Сапегов под Олькениками (1701), был комиссаром для переговоров с Австрией (1733).

Дети Юрия Мнишека от брака с Ядвигой Тарло:

• Марина Мнишек (Maryna Mniszchówna; ок. 1588–1614/15) — царица московская, жена Лжедмитрия I и Лжедмитрия II. После гибели второго мужа была схвачена и умерла в заточении.

• Станислав Бонифаций Мнишек (Stanisław Bonifacy Mniszech; ум. 1644) — староста львовский, сандомирский, сокальский и др. Был женат на Софье Головчиньской (ум. 1605), затем на Барбаре Лянцкоронской. Продолжил политическую и хозяйственную деятельность отца.

• Зигмунт (Сигизмунд) Мнишек (Zygmunt Mniszech; ок. 1582 — после 1613)

• Урсула Мнишек (Urszula Mniszchówna) — жена князя Константина Вишневецкого.

• Франтишек Бернард Мнишек (Franciszek Bernard Mniszech) — умер в молодости.

• Анна Мнишек (Anna Mniszchówna) — монахиня.

Сын Юзефа, Ежи-Август Мнишек (Jerzy August Mniszech; ум. 1778), стал великим коронным ловчим (1732), коронным надворным маршалком (1737), а затем краковским каштеляном (1773). Он женился на Марии-Амелии графине Брюль (Maria Amelia hr. Brühl), дочери всемогущего министра короля Августа III, и через этот брак фактически управлял страной, обеспечив своей семье первенствующее значение в Речи Посполитой вплоть до её падения.

Он оставил единственную дочь Юзефу-Амалию, вышедшую замуж за Щенсного Потоцкого, маршалка Тарговицкой конфедерации.

Последние представители

Другой сын Юзефа, Ян-Кароль Мнишек (Jan Karol Mniszech), великий литовский подкоморий (1742), генерал-лейтенант, посол в Турцию (1755), кавалер Ордена Белого Орла. От брака с Катаржиной Замойской, происходившей из последних князей Вишневецких, он получил значительные имения, в том числе Вишневец. Его сыновья — Станислав-Ежи, Юзеф-Ян и Михал-Ежи — стали последними представителями рода.

Михал-Ежи Мнишек (Michał Jerzy Mniszech) был литовским надворным маршалком (1781), великим литовским маршалком (1783). Юзеф-Ян и Михал-Ежи получили в 1783 году подтверждение графского титула и стали родоначальниками двух последних линий дома. Со смертью Станислава-Ежи (1806) род Мнишеков угас.

Владения и экономическое могущество

Основой богатства Мнишеков были обширные имения в Русском воеводстве (Самборская и Львовская экономии), а также в Сандомирском и Краковском воеводствах. Самбор при Ежи Мнишеке стал центром его частного магнатского двора. В середине XVIII века, при Ежи-Августе, одни только староства приносили семье до миллиона злотых годового дохода.

Род Мнишеков оставил заметный след в истории Восточной Европы.

В польской историографии они рассматриваются как типичный пример магнатской олигархии. В русской традиции их фигура ассоциируется прежде всего с авантюрой Смутного времени и образом Марины Мнишек. Портреты представителей рода (Ежи, Марины, Ежи-Августа) сохраняются в музейных собраниях Польши и Украины и России.