АМУРСКАЯ ОБЛАСТЬ.

Общий очерк.

Амурская область заключается между 91° и 104° восточной долготы и 47° и 56° северной широты и соответствует по широте южной половине Европейской России, на юг от Москвы, за исключением Кавказа и Крымского полуострова и части средней и западной Европы, ограниченной с юга приблизительно параллелью, проходящей через Буда-Пешт, Зальцбург и Орлеан. Таким образом, Амурская область расположена в умеренном поясе и принадлежит к южнейшим местностям восточной Сибири: южнее ее расположена только большая часть Уссурийского края.

ПОВЕРХНОСТЬ Амурской области исчисляется 393 366,6 кв. верст, 8 128,09 кв. миль. Протяжение территории области с северо-запада на юго-восток наибольшее и составляет 1 000 слишком верст; с северо-востока на юго-запад от 300 до 550 верст. По величине территории Амурская область занимает последнее место в ряду сибирских областей и губерний, но по сравнению с административно-территориальными подразделениями Европейской России пространство ее все-таки громадно: оно равно пространству, занимаемому губерниями: Нижегородской, Пензенской, Тамбовской, Владимирской, Рязанской, Московской, Тульской, Калужской, Орловской и Смоленской. Из иностранных государств она ближе всего подходит к Испании, составляя 0,9 последней.

По строению поверхности Амурская область должна быть отнесена к стране гористой. Горные хребты, выполняющие своими отрогами Амурскую область, состоят из следующих, наиболее известных главных цепей: 1) Станового или Яблонового хребта, отделяющего Амурскую область от Якутской и составляющего ее естественную границу с севера. Становой хребет принадлежит по пространству, им занимаемому, к числу величайших горных цепей Сибири; он начинается у берегов Берингова пролива и, пересекая всю восточную Сибирь, оканчивается в вершинах рек, впадающих в Северный Ледовитый океан. В пределах Амурской области он имеет среднюю высоту 2 000 — 2 500 футов, отдельные же вершины его поднимаются до 3 500 и 4 000 футов. 2) Буреинский хребет, тянущийся от среднего течения Буреи к северо-востоку до Удской губы и служащий водоразделом бассейнов Буреи и Амгуни. 3) Хребет Малый Хинган, составляющий как бы непосредственное продолжение Буреинского хребта и отделяющийся от последнего в верховьях Буреи. Он тянется на юго-запад до Амура, который прорезает его в двух местах, и служит водоразделом между бассейнами Зеи и Уссури. 4) Хребет Большой Хинган, составляющий естественную границу Маньчжурии с запада и окаймляющий Амурскую область с юга. Он также тянется почти меридионально и в пределах области поднимается до 5 000 — 6 000 футов. 5) Хребет Турана, отделяющийся от Буреинского хребта и служащий водоразделом между притоками Зеи и Буреи. 6) Хребет Ванда, отходящий от Буреинского хребта у верховьев Тырмы и тянущийся к юго-востоку. 7) Хребет Нюкжа, отделяющийся от Станового хребта у верховьев Гилюя и служащий водоразделом Амура от рек Ура и Зеи. 8) Хребет Тукарингра, отходящий от Станового хребта также у верховьев Гилюя и затем, перейдя на левый берег Зеи, называющийся хребтом Джагду (или Джакчу). 9) Хребет Джугдырь, соединяющий Становой хребет с Буреинским и наполняющий своими отрогами всю страну у верховьев Зеи, а на востоке — весь Удский край. 10) Хребет Ям-Алинь (или Селимджинские горы) — часть Джугдыря у верховьев Селимджи. 11) Хребет Меванджу — ветвь, идущая от Джугдыря к Охотскому морю. 12) Хребет Ильхури-Алинь — невысокая горная ветвь, отделяющаяся от Большого Хингана в северо-западном углу Маньчжурии и сопровождающая дугообразно правый берег Амура от реки Албазихи до Малого Хингана.

Все эти хребты, за исключением Станового, не достигают значительной высоты: средняя высота их не превышает 1 000 футов. Не видно также гольцов, выдающихся своими вершинами над линией лесной растительности. Горы представляют вид холмов одинаковой высоты, изрезанных глубокими долинами и идущих в разных направлениях.

Оба главные хребта отделяют от себя много побочных ветвей. Из них невысокий лесистый кряж Нюкжа отделяется от Станового хребта у верховьев Гилюя и служит водоразделом Амура от реки Ура, а затем от реки Зеи. Севернее этого кряжа, также у верховьев Гилюя, отходит от Станового хребта более высокий отрог, который сначала называется Тукарингра, а затем, перейдя на левый берег Зеи, носит название хребта Джагду (или Джакчу). Этот хребет соединяется с хребтом Джугдырь, который в свою очередь служит соединительным звеном между Становым и Буреинским хребтами и наполняет своими отрогами всю страну у верховьев Зеи, а на востоке весь Удский край. У верховьев Селимджи Джугдырь известен под названием Ям-Алиня или Селимджинских гор и дает на восток к западу к Охотскому морю ветвь Меванджу. Затем у верховьев Буреи от Буреинского хребта отделяется на запад цепь, служащая под именем Турана водоразделом между средними притоками Зеи и Буреи, а у верховьев Тырмы тянется к юго-востоку цепь Ванда, отроги которой Мургиль (см. выше) образуют своими продолжениями левую сторону горного коридора, составляющего русло Амура между станицами Пашковой и Екатериноникольской.

В Маньчжурии к берегам Амура подходит хребет Большой Хинган, имеющий почти меридиональное направление и окаймляющий эту страну с Запада. Он состоит из нескольких параллельных хребтов и поднимается своими вершинами не более 5 — 6.000 фут. над поверхностью океана; но он очень широк, занимая местами площадь в 400 верст. Северный край этого хребта, пересекаемый Амуром, в особенности отличается суровостью природы и климата. В северо-западном углу Маньчжурии от этого хребта, перпендикулярно к его оси, отделяется невысокая горная ветвь Ильхури-Алинь, сопровождающая дугообразно правый берег Амура от реки Албазихи до Малого Хингана, с отрогами которого она соединяется.

Во всех водоразделах речных областей Амура и Зеи встречаются довольно часто плоские хребты, вследствие чего внутри края преобладают плоскогорья, представляющие в общей массе площадь со склоном к Тихому океану. На севере по этим плоскогорьям проходят горы, местами довольно высокие и крутые, не имеющие иногда между собою видимой связи, а являющиеся скорее разрозненными цепями или даже просто отдельными высотами (сопками). Такие плоскогорья выполняют верхнюю часть долины Зеи и Нора и среднее течение Селимджи, а также пространство по правому берегу Зеи, вниз от устья Ура. По мере удаления от гребня Станового хребта и его разветвлений, характер плоскогорий все более и более обнаруживается и наконец они переходят в большинстве случаев крутым уступом в Зейскую и Амурскую луговую низменность.

Зейская луговая низменность занимает весь левый берег Зеи от выхода реки из ущелий до ее устья и тянется на восток до хребта Турана, а по Амуру до Малого Хингана. Эта местность, наиболее исследованная и отчасти уже заселенная, представляет исключительно степную равнину с разбросанными по ней кое-где перелесками из дубняка, черной и белой березы и лещины.

Вторая луговина, более низменная и более пышная по своей растительности, простирается по левому берегу Амура от Малого Хингана до устья р. Дондона. Чем дальше вниз по Амуру, тем равнина представляется низменнее, сплошные болота занимают большие пространства вдоль береговой полосы, а возвышенные сухие места встречаются реже.

К этой луговой местности должно причислить и открывающуюся в нее долину р. Амгуни, которая представляет обширную травянистую равнину в 75 верст шириной, низменную, болотистую и безлесную.

ГЕОЛОГИЧЕСКОЕ СТРОЕНИЕ. Гранитные кристаллические породы составляют основу всех главных горных цепей области. Из осадочных формаций в крае встречаются девонская, юрская и третичная. Первую нашли на южном склоне Станового хребта в известковой полосе, которая тянется от верховьев Зеи через вершины Олдоя к Шилке. Затем мощные отложения юрского периода встречаются в Амурской области у устья Олдоя, левого притока Амура, и в особенности в местностях выше Албазина и ниже его до станицы Вагановой, а также в верхнем течении Буреи. Что же касается третичной формации, то она встречается по среднему течению Амура от Цагаяна до М. Хингана, по течению Буреи верст на 100 от устья и по Зее до впадения в нее Селимджи. Вообще эта формация составляет принадлежность плоскогорий и низменностей Амура. Выходы плутонических пород находятся в области между станицами Кумарской и Бибиковой и в углу слияния Амура с Уссури.

Из ископаемых богатств Приамурского края в настоящее время наибольшее заслуживают внимания золотоносные россыпи и залежи каменного угля. Сделанные до сих пор открытия местонахождений золота можно разделить на следующие пять групп: 1) Верхне-амурскую, в верховьях Амура по рр. Амазару, Урке, Уруши, Олдою, Неверу и Бургали; 2) Зейскую по рр. Джалинде, Гилюю, Купури и др.; 3) Селимджинскую по рр. Нору, Мыну, Илаану и Б. Маертану; 4) Буреинскую по рр. Ниману, Агды, Канану и Ольге; 5) Хинганскую по р. Хингану между ст. Екатериноникольскою и Михайло-Семеновскою. В последнее время открыта золотосодержащая площадь при казачьем поселке Игнатьево в 22 верстах от Благовещенска и в 5-ти от Амура. Кроме россыпей, в области найдены кряжи с рудами золота по хребтам в окрестностях Джалинды и Гилюя.

На китайской стороне Амура, против ст. Игнашино, в 15 вер. от реки, с 1884 года производилась усиленная добыча золота в местности, называемой Желтугою, прославившейся своим богатством.

Каменноугольные залежи находятся: в верховьях Амура, на р. Урсе, притоке Онона; на р. Шилке и Аргуни в прибрежной полосе Амура от устья Олдоя до ст. Черняевой; в горе «Цагаян»; ниже р. Кумары между ст. Корсаковой и Козакевичевой; в 20 верстах выше Благовещенска, в обнажениях правого берега, в русле Амура, и на островах; в обнажениях правого берега около ст. Иннокентьевской, во многих местах М. Хингана. Сверх того уголь найден в бассейнах рек Зеи и Буреи.

При поисках золота в верховьях Купури, притока Зеи, обнаружены месторождения серебро-свинцовых руд, а в Хинганском хребте признаки серебряных руд. Залежи медной и железной руды (бурый железняк) открыты в некоторых кряжах по Амуру, Зее и Бурее и в Хинганских горах. По процентному содержанию железа (50–80 проц.) руды признаются настолько доброкачественными, что являются уже предприниматели для правильной их разработки. По тем же кряжам открыты признаки нефти.

Кроме руд и минеральных богатств, в притоках Селимджи открыт жемчуг, который оказался довольно крупным, и его добыча обещает в будущем ценный промысел. Наконец в области существует минеральный источник на левом берегу Амура при ст. Игнашино с щелочно-железными водами.

ВОДЫ. Главная река области Амур (вероятно от испорченного казаками тунгусского или гиляцкого слова Мангу или Маму), служащая на протяжении 1 700 верст государственною границею между Россией и Китаем, образуется из слияния рек Шилки и Аргуни, которые соединяются у Усть-Стрелки. В свою очередь Шилка составляется из рек Ингоды и Онона, принимаемых за начало Амура.

Начавшись у 48° с. ш. (если считать по Аргуни), Амур делает первую дугу к северу, доходя до 53° 20' с. ш., затем образует вторую дугу к югу по параллели 48° широты и наконец впадает в море под 53° 8' с. ш.; следовательно, в своем течении река находится два раза под одним и тем же градусом северной широты.

В верхнем своем течении Амур прорезывает хребет Б. Хинган, и горы то круто опускаются в его воды, то отходят на некоторое расстояние от берегов, причем в общем ширина речной долины не превышает 1/2–2/3 верст при ширине русла не более 1/2 версты. За Албазином Амур выходит из горного массива Б. Хингана, но местность остается прежняя, так как река течет вдоль отрогов Ильхури-Алинь, Нюкжи и других хребтов. Затем, после впадения Зеи у Благовещенска, характер речной долины изменяется, и Амур на протяжении нескольких сот верст течет по местности низменной и безлесной. Вследствие отсутствия древесной растительности на берегах особенно бросаются в глаза острова своею зеленью, состоящею преимущественно из тальника и кустарников; леса же виднеются только по гребням отдаленных гор. С приближением к устью Буреи, по берегам начинают показываться горы с отлогими скатами, поросшими лиственным лесом, Амур суживается, ускоряет течение и опять вступает в горную страну, прорезывая на 120-ти верстном протяжении кряжи М. Хингана. Горы, подступая к самому берегу реки, опускаются в ее воды часто отвесными скалами и в редких местах оставляют впереди себя узкую береговую полосу, так что на всем 120-ти верстном расстоянии долина Амура представляется как бы лежащей среди каменного коридора. Богатая южная растительность, густо одевая горы, образует нередко зеленые стены или высится с утесов, то справа, то слева, над руслом реки.

По выходе из Хингана горы мало-помалу теряются из вида и местность переходит в необозримую равнину, покрытую редкими группами деревьев, множеством озер, болотами и богатою травянистою растительностью. Река, разбиваясь часто на множество протоков, образует архипелаг островов; берега ее обрывисты и подмыты водой. По впадении желто-белых, мутных вод Сунгари, в русле легко различить две полосы отдельно текущих вод рек: Черной и Молочной. Затем воды их мало-помалу смешиваются и придают в дальнейшем течении вод Амура желтый цвет. Приняв Уссури, река делается еще шире, продолжая разбиваться по-прежнему на множество протоков, и образует в своем течении среди громадного числа островов настоящий лабиринт водных каналов (протоков), из которого, при незнакомстве с рекой, мудрено выбраться. Острова становятся несравненно больше, но бедны растительностью, с обрывистыми, осыпающимися песчаными берегами.

Горы, сопровождающие от устья Уссури первоначально только правый берег реки, являются и на левом в 150 верстах ниже Уссури. Как берега реки, так и горы густо поросли здесь хвойным лесом, который придает местности мрачный и неприветливый вид, мало разнообразящийся бегущими из ближайших падей по щебню прибрежья светлыми водами ручьев и речек. Миновав Горынский хребет, Амур идет одним широким руслом, дробясь затем вновь на множество протоков; ширина низменности, ими занятой, в этом месте от 20 до 25 верст. За устьем Горыни река сопровождается на правом берегу по-прежнему горами, а на левом расстилается до впадения Амгуни огромная низменность, изрезанная протоками реки, часть которых в малую воду высыхает. Длина этой низменности 150 верст, а ширина от 50 до 75 верст. Река, в особенности за Софийском, дробится на бесчисленное множество протоков. Встретив в береговом хребте препятствие к слиянию с морем и образовав в углублениях между гор озеро Кизи, от которого до залива Де-Кастри только 20 верст, Амур направляет течение на север и катит свои воды на протяжении почти 300 верст (от Кизи) у подножья гор, в расстоянии от моря 20–80 верст — единственный пример в положении речных долин. По впадении Амгуни, одного из больших притоков левого берега нижнего течения Амура, горы подходят вновь к левому его берегу и сопровождают течение реки до впадения ее в море, образуя северный мыс лимана — Табах, а горы правого берега образуют у его устья — южный мыс Пронге. Сумрачно смотрят в этих местах высокие, гористые берега реки, затянутые мрачной зеленью хвойных дремучих лесов. За устьем Амгуни Амур поворачивает под прямым почти углом на восток к морю и, огибая скалу Тыр, опускающуюся отвесно в воды его русла на правом берегу, ускоряет значительно свое течение и, прорыв значительную глубину для своего ложа, вливается в Татарский пролив одним руслом, образуя лиман до 12 верст ширины.

Длина течения Амура от слияния Шилки с Аргунью до впадения в море 2 000 верст, а по изгибам реки до 3 000 верст; если же принять за начало Аргунь, то длина реки составит 4 500 верст. Ширина реки весьма разнообразна и колеблется от 125 сажень до 2-х и более верст, не считая протоков и островов. Среднее падение на версту от Усть-Стрелки до Благовещенска около 1 фута; от Благовещенска до Николаевска — в общем лишь 1/4 фута. Глубина реки также не равномерна: попадаются места в 50 и даже 210 футов глубиною (против Николаевска), но в мелководье, на перекатах бывает не более 2½–3 футов, чем сильно затрудняется судоходство.

Вообще правый берег Амура выше левого; то же свойство берегов замечается и у всех левых притоков его. Затем Амур и все вливающиеся в него реки имеют еще ту особенность, что разливы их бывают не весной, при вскрытии рек ото льда, а летом в июле и в августе, вследствие обильных и частых летних дождей. Во время половодья вода подымается иногда на 7 сажень выше среднего уровня и производит бурные опустошения. В это время Амур представляет местами целые озера мутной воды в несколько верст ширины, из которых кое-где торчат верхушки деревьев; вода подходит к береговым скатам гор, образуя здесь сильные прибои, и несет в мутных волнах вырванные с корнями столетние деревья, обломки строений, стоги сена и пр. В мелководье, позднею осенью, берега Амура представляют другое зрелище: береговые скаты отделяются от воды широкими песчаными пространствами, усыпанными галькою или покрытыми возвышенными холмами. Станицы часто лежат в отдалении от берегов реки, на крутых безводных ее протоках, и просто не верится, чтобы разливы рек могли топить эти далекие обрывы.

Покрытие льдом реки совершается медленно. Например, у Благовещенска небольшие тонкие льдины начинают показываться около половины октября, а река окончательно замерзает лишь в последних числах этого месяца. Вскрытие Амура происходит в последних числах апреля и сопровождается лишь незначительною прибылью воды.

Притоки Амура в верхнем его течении до впадения Зеи незначительны, вследствие того, что водораздельные хребты держатся довольно близко берегов реки. Более замечательны с левой стороны: Амазарь, Олдой и Урка, а с правой Албазиха и Кумара. Затем в среднем течении Амур принимает в себя в пределах области с левой стороны две значительные реки Зею и Бурею и несколько небольших, между которыми заслуживает внимания Самара по мощным залежам железных руд в ее долине. Из рек, впадающих в Амур с правой (китайской) стороны, в среднем его течении замечательна многоводная Сунгари, пробегающая, как некоторые полагают, более 2 000 верст, и Уссури, лежащая целиком на нашей территории, длиною в 750 верст.

Зея берет начало из южных склонов Станового хребта и сначала течет в местности гористой. Только с устья Селимджи, одного из значительных левых притоков реки, картина берегов изменяется: горы отступают в глубь страны, и Зея течет по открытой равнине до своего устья у Благовещенска. Длина ее около 1 000 верст, а ширина одного русла без протоков доходит до 600 сажень. Зея судоходна на протяжении более 650 верст. Наиболее замечательны притоки правого берега Зеи: Брянда, Гилюй, Ур и Умлекан, а левого, кроме упомянутой Селимджи: Купури, Деп, Тогда и Томь.

Бурея, называемая казаками Быстрою, бежит из Буреинских гор и большею частью прокладывает себе путь в горах, вследствие чего в верхнем и среднем ее течении встречаются небольшие водопады. В нижнем течении она быстро катится по равнине (падение 1/2 ф. на версту) среди лугов, покрытых роскошною растительностью. Длина течения реки около 600 верст, а судоходна она на протяжении до 270 верст. Из притоков Буреи более значительны Тырма с левой и Нимань — с правой.

На плоскогорьях в области встречаются озера, но незначительные.

КЛИМАТ Амурской области имеет континентальный характер, и чем далее подвигаешься от Востока к Западу, тем резче обозначается его континентальность. Так Благовещенск, несмотря на более южное свое положение относительно Николаевска, имеет почти такую же суровую зиму, а температура зимы Нерчинска холоднее, чем севернее лежащего Николаевска.

По имеющимся относительно г. Благовещенска наблюдениям оказывается, что средняя температура года здесь составляет только –0,8°R. Таким образом она почти на 8°R ниже, чем в Харькове, лежащем под одною и тою же широтою. Как во всех континентальных странах, зима в Благовещенске очень холодна, а лето бывает очень теплым, причем разность температур в эти два времени года превышает 33°R. Вообще зима занимает около половины года, лето немного более четверти, а весна и осень вместе менее четверти года. Дождливых дней бывает в году от 68 до 90, и из них до 40 приходится на одно лето, преимущественно на Июль и Август, когда через каждые два или три дня можно ожидать дождя продолжительностью в три дня. Эта дождливость объясняется относительно частыми летом влажными южными и восточными ветрами, тогда как в остальное время дуют больше сухие ветры — северные, западные и северо-западные.

Если принять за продолжительность зимы время покрытия рек льдом, то в Благовещенске зима тянется от первых чисел Ноября до 20-х чисел Апреля; следовательно, за зиму следует принять по меньшей мере пять с половиною месяцев, или 173 дня. В течение этого времени не бывает оттепелей и неразлучных с ними гололедиц, погода стоит большею частью ясная, тихая, и каждый день смело можно рассчитывать на 20° мороза. В особенности холодны бывают ночи, вследствие сильного лучеиспускания земли при безоблачном небе. Нередко среди зимы, в морозные дни, с вечера появляется туман, держащийся в течение всей ночи: небо ясно, луна, окруженная как бы кругом, освещает местность, подернутую легким туманом, а сверху из безоблачного неба сыплются мелкие, иглистые кристаллы замерзших паров. Если снег не успел достаточно покрыть землю в течение Октября и Ноября месяца, то жители гор. Благовещенска и его окрестностей рассчитывают на бесснежную зиму, так как падающий изредка в Декабре и Январе незначительный сухой и мелкий снег тотчас же сносится первым ветром с замерзшей земли, дающей сильные трещины. Средняя температура зимы (по старому стилю) доходит до –17,89°R, а морозы до –35°R. Вообще, зима в Благовещенске по продолжительности не уступает Иркутской, которая вычислена в 168 дней.

Весна в Благовещенске начинается, по средним выводам, около 20-х чисел Апреля (время вскрытия рек). Хотя изредка встречаются теплые дни и в конце Марта, но суточная средняя температура выше нуля устанавливается только в Апреле месяце, а теплая погода не ранее половины Мая. После ясной, тихой зимней погоды наступает ветреная весна, число ясных дней значительно уменьшается, и часто среди теплого дня поднимается ветер и погода вдруг меняется на холодную; выпадает глубокий снег, от которого белеет вся окрестность; дождь и снег нередко сменяют в один и тот же день друг друга и часто идут вместе с крупой. Ветры, имевшие зимой исключительное направление между N и W, все чаще и чаще являются с S и E, удерживая, впрочем, свое главное направление NW и приобретая суточную периодичность, так что состояние погоды в течение суток представляет следующую картину: ранним утром — тихо, ясно, холодно, днем — ветрено, и небо покрыто или кучевыми или слоистыми облаками, сменяющими друг друга. В Мае месяце иногда идет еще снег, а инеи прекращаются только после половины Мая. С 20-х чисел этого месяца погода быстро переходит в очень теплую, начинается поразительно скорое развитие растительности и в несколько дней местность становится неузнаваемой: все вокруг зелено и цветет. Почки на деревьях начинают распускаться в 20-х числах Апреля только на черемухе и боярышнике; в конце месяца показывается кое-где небольшая трава; в начале Мая развиваются почки душистого осокоря и сибирской яблони, а затем белая береза, но только к концу месяца все деревья одеваются в молодую листву. Средняя температура трех весенних месяцев равна –3,23°R. Продолжительность весны (в пределах средн. суточн. темпер. 0° и +12°R) в Благовещенске выражается 47 сутками, а в Иркутске 72-мя. Изредка бывающие весной, в Апреле и Мае, грозы непродолжительны.

Начавшаяся в последних числах Мая теплая погода стоит в течение всех трех летних месяцев, и жары, увеличиваясь с Мая мало-помалу, уже в конце Июня достигают своего максимума, +30°R в тени, и даже ночи не доставляют прохлады, потому что большею частью бывают душны. Подобное состояние погоды продолжается от двух до трех недель; дожди в это время редки и скоропроходящи. Но с половины Июля погода изменяется — наступает период дождей, которые наиболее часты в Августе, когда число дождливых дней доходит до 23-х. Случающиеся летом грозы особенно сильны в ночное время в Июне и в Июле месяцах. К особенностям Благовещенского лета относятся обильные росы в конце Июня и в начале Июля, действующие вредно на некоторые растения. Довольно частое явление летом представляет сухой туман (изгарь), продолжающийся по несколько дней сряду. Мгла от этого тумана бывает иногда до того сильна, что солнце с 5 часов пополудни теряет свой блеск: диск солнца как бы увеличивается и представляется красным и на него удобно можно смотреть; перед закатом видна на горизонте темно-лиловая полоса, в которую еще до окончательного своего захода погружается солнце в виде красного шара. С наступлением дождей жары сильно спадают, и уже в конце Августа погода становится заметно прохладнее: листья на деревьях начинают желтеть, являются по утрам туманы, а в начале Сентября и иней, и повсюду замечаются признаки приближающейся осени. Средняя температура лета по старому стилю +15,32°R. Продолжительность его в Благовещенске (при сред. суточ. темпер. свыше +12°R) может быть принята в 106 дней, а в Иркутске оно продолжается только 63 дня.

Если принять за пределы осени колебания температуры между 12°R и 0°, то продолжительность осени в Благовещенске составит только 39 суток; если же принять за конец ее покрытие реки льдом, то продолжительность осени увеличится до 60 суток, в Иркутске же она равняется 63 дням. Это короткое в Благовещенске время года имеет нередко свою приятность, так как выпадающие теплые, тихие дни (бабье лето) заставляют забывать о наступлении холодного времени. Только вечера да утренники дают знать о себе, так как к ночи термометр падает до нуля и даже ниже. Утренние туманы и инеи часты; деревья к концу Сентября лишаются совершенно листвы, а в начале Октября холод по утрам достигает до 10°R. Вновь появляются ветры с N и NW с тою же периодичностью, и повторяется описанная нами выше картина весны: утро морозное, тихое, день ветреный. Уже в середине Октября термометр даже днем редко поднимается до 0°, большею же частью стоит между –5° и –15°R, а по ночам морозы доходят до 20°R. Средняя температура трех осенних месяцев равна –3,81°R.

РАСТИТЕЛЬНЫЙ ПОКРОВ Амурской области, как и всего Приамурского края, отличается разнообразием, а местами и роскошью, несмотря на суровость климата, которая налагает на царство растений и животных свою печать, сдерживая распространение южных форм. Путешественник, плывущий по Амуру, на каждом шагу встречает интересные и новые виды растений, совершенно чуждые внутренней континентальной Азии и обличающие близость океана и некоторый переход к флоре Северной Америки. Невысокие вершины и скаты горных хребтов повсюду покрыты густыми лесами, и даже степные места не лишены на значительных пространствах лесной растительности, которая появляется везде, где течет река и попадается наносная почва. Чем гористее делается местность, тем лес становится гуще и нередко представляет непроходимые дебри вековых деревьев, и вся лесная растительность проявляет необыкновенное обилие и мощность, за исключением лишь отвесных скал или оголенных вершин.

В северных частях области, примыкающих к Становому хребту и его отрогам, преобладающими лесными породами являются хвойные: лиственница (Larix dahurica), ель (Picea obovata Led. и Picea ajanensis), сибирская пихта (Abies sibirica Led.), сосна (Pinus sylvestris), а по вершинам гор кедровый сланец (Pinus pumila). Одну из главных примесей к этим хвойным лесам составляет обыкновенная береза (Betula alba) в нескольких разновидностях. К этим лесным породам в долине Амура присоединяются сибирский кедр (Pinus cembra) и множество разнообразных лиственных деревьев и кустарников. Дуб, не растущий во всей Сибири от Урала, появляется около Албазина в виде особой породы (Quercus mongolica); затем встречаются: несколько видов клена, также чуждого Сибири; несколько видов липы, едва переходящей Уральский хребет; далее дикая виноградная лоза (Vitis amurensis), особое пробковое дерево (Philodendron amurense), грецкий орех (Juglans mandshurica), ясень (Fraxinus mandshurica), ильм (Ulmus montana), сирень (Syringa amurensis), плющ (Hedera senticosum), особое вьющееся растение Maximoviczia amurensis, панакс (Panax sessilifolium) и проч.

Деревья в Амурских лесах достигают громадных размеров. Так, например, лиственницы, кедры и сосны попадаются в 100 футов вышины, при 3–4 футах в диаметре; ели в 80 футов вышины, при 2–3 футах в диаметре; липы и клены в 30–50 футов; ясень и вяз в 70 футов; пробковое дерево в 30–50 футов и в 1–2 фута в диаметре; грецкий орех в 50–80 футов, при 3–4 футах в диаметре; дикий виноград в 15 футов, при толщине стебля в гусиное перо и проч.

Проходящие меридионально хребты Большой Хинган на западе и Сихотэ-Алинь на востоке составляют как бы естественную границу собственно Амурской флоры, а пересекающий это пространство по середине меридиональный хребет Малый Хинган делит эту флору на два отдела: к западу лежащую флору верховьев Амура или Даурскую и к востоку лежащую флору или Маньчжурскую. По внешнему характеру растительности пространство вдоль течения Амура от Усть-Стрелки до впадения Уссури можно разделить на следующие отделы:

1. Начиная с низовьев Шилки и Аргуни до Албазина, следовательно в местности, где проходит главный хребет Большого Хингана, преобладает хвойный лес даурских пород и северные лиственные деревья. На возвышенностях главным образом встречается лиственница, к которой по сухим местам присоединяется сосна; по равнинам растет черная и белая береза, перемешанная с черемухою, осиною и одиноко разбросанными лиственницами. Лес не густ и растет медленно; подлеска почти нет, и кустарники состоят из шиповника, таволги, багульника и разных северных пород тальника, сибирской яблони, боярышника и черемухи. Лугов здесь мало, притом они, за исключением низменных островов, скудно покрыты невысокою травою. По самому характеру своему, среди скал и громадных лесистых гор, и по множеству горьких ароматических растений луга имеют сходство со степями Даурии, и у здешних казаков известны под названием степей.

2. От Албазина до устья Зеи местность становится менее гористой, и хвойные деревья, по мере приближения к Зее, встречаются все реже и реже. Ниже Албазина появляется дуб, сначала малорослый, и другие породы лиственного леса и луга. Но только с устья Кумары замечается значительная разница в растительности: между гор ютится липа, или кое-где в долине попадаются одиноко стоящие вязы и ясени; в опушке леса, все еще не богатого растительностью, являются более южные формы, но рядом в долине с торфяной почвой, покрытой сочною зеленью северных луговых трав, растут северные породы деревьев, а на тянущейся по левому берегу Амура возвышенной равнине, понижающейся уступами к Зее, находится флора сухих возвышенных мест. Вообще физиономия всей этой области цветистостью своих луговых мест также напоминает Даурию.

3. После впадения Зеи флора края сильно изменяется. От устья Зеи и до устья Буреи местность по течению Амура представляет исключительно луговую степь, мало поросшую лесом, в котором главную роль играют дуб и черная береза. Более сухие степные места этой области отличаются преобладанием бобовых и зонтичных растений, впрочем, не особенно богатых видами, а также пестротою цветов, между которыми не последнюю роль играют лилии и орхидеи. Более низменные и влажные места покрыты высокими злаками, в рост человека, и другими растениями, отличающимися необыкновенно сильным развитием листьев и гигантским ростом. Вся эта растительность, перевитая во всех направлениях вьющимися растениями, образует на лугах местами непроходимую заросль. За устьем Буреи начинает попадаться лес, который состоит из дуба и черной березы. По мере приближения к Малому Хингану, флора все более и более пополняется южными формами деревьев; но что особенно бросается в глаза в М. Хингане, так это смесь древесной растительности Юга и Севера, причем в долине между гор растет пробковое и ореховое дерево, а по скатам гор и их невысоким вершинам кедр, ель и даже лиственница. Все возвышенности покрыты величавым смешанным лесом; лишь кое-где проглядывает свободное место сквозь роскошную зелень дубовых рощ, превосходно здесь произрастающих. Конические темно-зеленые верхушки исполинских кедров возвышаются местами над куполообразным сводом лиственного леса, а вблизи их осина с своим серовато-белым стволом и бледно-зелеными листьями производит удивительные эффекты.

В прибрежных местах природа в полной девственной силе произвела такую роскошную растительность, что лишь с большим трудом можно пробраться между кустами и кустарниками. Вдоль твердых иссохших стволов кустарных пород крушины (Rhamnus) плотно и высоко вьется Maximoviczia amurensis; тут же — несколько групп паклена (Acer Ginnala) вышиною до 10 ф. и множество в ширину вьющихся кустов панакса разнолистного (Panax Sessiliflorum), обращающих на себя внимание как листьями, имеющими форму пяти пальцев, так и черными плодами, приросшими к стеблям по нескольку вместе; назад закрученные большие иглы этого растения задевают платье. Едва сделав шагов двадцать в этой чаще, путник совершенно запутывается в диком винограде: красноватая вьющаяся зелень охватила все вокруг. Внутри высоких лесов Хингана растительность другая, чем на прибрежье. На берегу самая почва была непроходима — а здесь препятствие встречается на саженной высоте, так как кустарники с их густою зеленью не позволяют путнику сообразить, где он находится и куда идет, между тем как ногам полная свобода, ибо лишь тощая растительность трав скудно покрывает черноземную почву. Только в плодоносных долинах опять не знаешь куда идти, и приходится придерживаться следов зверей, чтобы пробраться далее. Хотя здесь флора трав слабее, чем на берегах Амура, зато деревья достигают такой силы, какой никогда не замечается по прибрежью. Поразительно, например, различие между даурскою березою и монгольским дубом: те же породы по берегу являются, большею частью сухостойными, почти недорослыми, верстах в 6–7 внутри страны являются стройными деревьями вышиною в 60–70 футов. Также изумительны по высоте и объему ясени и липы. Напротив, пробковое дерево, а также осина, по-видимому, свойственны лишь прибрежью и достигают на Хингане сравнительно незначительной высоты.

4. От Малого Хингана вниз по Амуру простирается луговая степь, отличающаяся тем, что в ней попадаются отдельные рослые деревья. Местами невысокие горы правого берега украшены прозрачными лиственными лесами, состоящими из дубов и черных берез, к которым примешиваются ильмы, липы, клены, пробковые деревья, а по северным косогорам осины. В полутьме между стволами дерев, отстоящих друг от друга на сажень и более, почву почти исключительно покрывает Lespedeza bicolor, во время цветения буквально усыпанная красными цветками, а среди этих кустарников растут травы вышиною в 5 футов, между которыми находятся почти все луговые растения. В Августе, когда преломление лучей света уменьшается, лес представляет прекрасную картину самого роскошного и разнообразного ковра цветов: кроме преобладающего алого цвета леспедецы, в особенности выступает лазурь цветов Vicia с белизною цветков Biotia и Sanguisorba. Далее в глубь растительность переходит в беспредельную мураву, лесистые горы к реке обрываются отвесными скалами, а вдоль низменного берега тянутся ивы. Эта ивовая опушка состоит или из толстых деревьев, которые часто подмыты водой и, наклонившись в разные стороны, образуют беспорядочно нагроможденный валежник, или из густо покрытых листьями кустов, бросающих на песчаную почву такую тень, какую напрасно стали бы искать в лесу.

Если увеличить число ив, представить себе, что они стоят отдельными группами прекрасно округленных кустов, или тесно смыкаются в непроходимо густые разсадники молодых деревьев в 20 футов вышиною, или опять образуют леса значительных деревьев, падающих в беспорядке друг на друга и покрывающих берег слоем белого валежника вышиною в несколько футов — то явится картина тех островов, которые отсюда до самого устья встречаются путешественнику.

ФАУНА. Подобно тому как флора представляет смесь растений Севера и Юга, Востока и Запада, так и в фауне Амурского края бросается в глаза столкновение животных Севера, как северный олень, с представителями Юга, как тигр, или западных форм (косуля) с восточными (енотовидная собака). Затем к числу замечательных географических особенностей края относится более сильное распространение северных пород к югу, чем в других местностях, лежащих под тою же широтою в Европе и Западной Азии. Наконец надо указать еще на то обстоятельство, что в Амурском крае заметен недостаток животных, свойственных открытым степным местам, а главную массу его фауны составляют животные, свойственные гористым и лесистым местностям. Между млекопитающими, которых найдено около 85 видов, заслуживают особого внимания следующие:

1. Лось или Сохатый (Cervus alces L.) находится более или менее в большей части Амурского края. Избегая открытых мест, это животное встречается в большом количестве в Становом хребте.

2. Изюбрь (Cervus Elaphus L.), хотя распространен почти по Амурскому краю, но встречается не особенно часто. Это животное доставляет большую пользу местным жителям как своим мясом, так и шкурою, которую китайцы принимают от инородцев в ясак; но в особенности дорого ценятся рога (панты), составляющие один из самых прибыльных предметов торговли (пара пантов достигает ценности до 120 р. с. и даже до 170 р.). Но дорого ценятся панты только убитых весной животных, когда растущие рога их наполнены еще кровью. Панты употребляются китайцами как лекарство при грудных страданиях, а главное, считаются самым действительным средством при половом бессилии (impotentia virilis).

3. Северный олень (Cervus Tarandus L.) встречается в верхнем течении Амура, а также в верховьях Зеи, Селимджи и Буреи и отсюда, круто спускаясь к Югу по хребту Малого Хингана, переходит ниже устья Уссури на Сихотэ-Алинь.

4. Косуля (Cervus Capreolus L.) распространена наиболее в среднем течении Амура, но и в верховьях его служит одним из главных источников существования орочен.

5. Антилопа (Antilope crispa Temm.) попадается изредка в Амурской области и то только в западных склонах М. Хингана.

6. Кабарга (Moschus moschiferus L.) попадается чаще всего в горном поясе Станового хребта и в верховьях Амура до Кумары. Охотятся за нею ради мускусного мешка, цена которому от 2 до 3 р. с.; мешки сбываются преимущественно в Китай и Японию.

7. Кабан (Sus scropha ferox L.) распространен довольно сильно по всему Амуру, преимущественно в местах, поросших дубом и орешником.

8. Белка (Sciurus vulgaris L.) водится по всему Амуру, где есть только леса, и чем местность богаче хвойным лесом, тем ее больше.

9. Бурундук (Tamias striatus L.) распространен по всему Амуру.

10. Тигр (Felis tigris) попадается в Амурской области только в юго-восточной ее части от впадения Буреи и не заходит далеко к Северу. Местом же его распространения служат собственно места, лежащие на правом берегу Амура более к Югу, по течению рек Сунгари и Уссури, где он доходит до самого прибрежья Японского моря. Избирая местопребыванием своим низкие места, поросшие кустарником или густою, высокою травою по берегам речек, тигр скитается в одиночку, охотясь за кабанами, составляющими его любимую пищу; впрочем, он не прочь полакомиться и собаками, причиняя этим вред инородцам, держащим собак для охоты или для своих переездов. Боязнь инородцев к тигру доходит до почитания его, они даже избегают разговора о нем; предметом же их охоты тигр не бывает, а если они иногда и убивают его, то вынужденные к этому только или случаем, или крайностью. Величина больших тигров доходит до 3½ аршин, и так как они живут в климате с значительной зимней стужей, то шерсть у них гуще и длиннее, чем у их собратьев, живущих в более южных широтах. Обыкновенная цена тигровой шкуры 9 или 10 р. с., но встречаются в продаже шкуры от 60 до 100 р. с. В первые пять лет убито казаками только около Екатериноникольской станицы пять тигров. В тех же местах, где водится тигр, попадается и барс (Felis irbis Pall.), имеющий пятнистую шкуру; величиною он менее тигра и встречается реже.

11. Рысь (Felis Lynx L.) встречается везде, но наиболее известные места по промыслу рыси — это верхнее течение Амура, особенно местности по рр. Амазару, Олдою, Панге, а также М. Хинган.

12. Волк (Canis lupus L., C. alpinus Pall.) распространен там, где и косуля, его главная пища.

13. Лисица (Canis vulpes L.) встречается по всему Амуру, но чаще в степных местах, так как избегает гор.

14. Canis procyonoides Gray очень походит видом и окраскою шерсти на енота и попадается на Амуре, изредка у Кумары, чаще же в Южно-Уссурийском крае, исключительно в степных местах.

15. Соболь (Mustela Zibellina L.); этот небольшой зверек был, можно сказать без преувеличения, главным путеводителем и двигателем в наступательном движении первых наших пионеров к Востоку. Этому же зверьку мы обязаны и первоначальным знакомством нашим с Амуром и завоеванием последнего казаками в XVII столетии. В Амурском крае соболь распространен всюду, где и белка, но более всего в северо-восточных частях края, поросших хвойным лесом, с прекращением которого оканчивается и место нахождения соболя.

16. Горностай (Mustela erminea L.) распространен, начиная от Станового хребта, везде в гористых местностях.

17. Выдра (Lutra vulgaris Briss.) водится по всему Амуру, но чаще в речках Станового хребта и М. Хингана.

18. Россомаха (Gulo borealis Nilss.) встречается там же, где и олень, за которым она следует по пятам.

19. Барсук (Meles Taxus Schreb.) попадается довольно часто, особенно в среднем и нижнем течении Амура.

20. Медведь (Ursus arctos L.) распространен везде; другой вид Ursus tibetanus, более смирный, водится в М. Хингане.

Фауна птиц Амурского края также весьма разнообразна, хотя далеко еще не исследована. Всего здесь найдено 328 видов пернатых, и между ними 33 вида хищных (Raptatores), 18 видов лазящих (Scansores), 128 видов певчих или воробьиных (Oscines), 17 видов куриных (Gallinaceae), 64 вида голенастых (Grallatores) и 68 видов плавающих (Natatores). Особое богатство и разнообразие в фауне птиц встречается в местах, где Амур, делая последние изгибы к югу, прорезывает горную цепь М. Хингана, а также где сливаются с Амуром два огромных водных бассейна Сунгари и Уссури.

Из рыб Амурского бассейна до сих пор известно свыше 50 видов, причем большая часть их исключительно принадлежит этому бассейну. Характеристической чертою рыбной фауны Амура является богатство карповых и лососевых пород и бедность окуневых; и здесь, подобно фауне высших животных и флоре растительного царства, встречается смещение северных форм с южными. Между осетровыми рыбами заслуживают внимания калуга (Huso amurensis Pall.), достигающая до 30–50 пуд. весом, осетр Шренка (Sturio Schrenkii Brandt.) — до 10 пуд., а также местная форма стерляди (Acipenser ruthenus L.) — до 1 пуда. Лососевые породы играют важную роль в экономии края, так как составляют главную пищу населения нижнего и отчасти среднего Амура. Из этих пород замечательны горбуша (Trutta proteus Pall.), названная так по горбу, который появляется у нее на спине во время метания икры, и кета (Trutta lagocephalus Pall.). Первая достигает до 1½ ф. длины и идет в реки в конце июня, продолжая подниматься по Амуру до конца августа; вторая имеет в длину от 2 до 3 ф. при 8–15 фунт. веса и появляется в реках от половины июля до конца августа.

Крайне суровый климат Амурского края не благоприятствует жизни и развитию пресмыкающихся, а потому хотя они в южных частях края встречаются в большом количестве, но число видов их незначительно. Кроме лягушки (Rana temporaria L.), ящерицы (Lacerta vivipara) и гадюки (Vipera berus L.), водятся здесь весьма ядовитые змеи Trigonocephalus intermedius Strauch. и Trigonocephalus Blomhoffii Boie, да еще четыре или пять видов лягушек и ящериц.

Из ракообразных найдено десять видов, и между ними мелкая порода речных раков (Astacus dahuricus), которые не известны в реках Сибири и впервые попадаются в рр. Ононе и Шилке. Затем моллюсков встречается 8 видов, а червей 10 видов, и между ними пиявка (Hirudo medicinalis), вполне годная к употреблению.

Из насекомых известно 470 видов жесткокрылых (Coleoptera) и множество двукрылых (Diptera) — оводов, комаров, мошек, составляющих в летнее время сущий бич для людей и животных. От этого гнуса, как выражаются в Сибири, нет никаких средств себя защитить. В некоторых местах слепень (Tabanus) и овод (Oestrus) появляются в таком множестве, что буквально осыпают лошадей, и несчастные животные, покрытые кровью, ложатся на землю, чтобы трением заглушить боль от уколов. Пчелы водятся в диком состоянии в лесах, и местные жители в значительном количестве собирают их мед, но пчеловодство на Амуре еще не развито.

Из чешуекрылых (Lepidoptera) найдено в крае 212 видов, и между ними великолепная темно-лиловая бабочка Vanessa Maackii; затем из паукообразных — 135 и, наконец, из многоногих ? видов.

ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК.

Открытие речной области Амура совершилось около половины XVII в. В 1643 г. снаряженный якутским воеводой письменный голова Василий Поярков с 130 казаками отправился вверх по рекам Алдану, Учуру и Гонаму до Станового хребта и, по переходе через водораздел, спустился по рекам Брянде и Зее на Амур, проплыл все его течение до устья, пробрался морем к устью р. Ульи и оттуда по рекам Мае, Алдану и Лене вернулся в Якутск в 1646 г. Эта первая русская экспедиция не оставила еще прочных следов своего пребывания на Амуре. Честь занятия Амура в XVII в. принадлежит Ерофею Хабарову, который в 1649 и 50 гг., следуя вверх по Олекме и Тунгиру, пробрался со своею партиею на Амур, спустившись на него по р. Урку. Хабаров начал свое завоевание разрушением даурских городков, встреченных им ниже Албазина, и в два года занял почти все течение Амура. Разбитые казаками туземцы просили помощи у маньчжуро-китайцев, и с тех пор завязалась между русскими завоевателями Амура и маньчжурами упорная и продолжительная борьба за обладание этой рекой. Уже в 1652 г. Хабаров был осаждаем, но безуспешно, маньчжурами в Ачанском улусе на нижнем Амуре. В 1655 г. казаки под предводительством Онуфрия Степанова, храброго преемника Хабарова, выдержали успешно осаду многочисленного маньчжурского войска во вновь выстроенном в предыдущем году Кумарском остроге. Вслед затем был проложен путь к Амуру через Забайкалье, а в 1658 г. основан на Шилке Нерчинск воеводою Пашковым, посланным в экспедицию на Амур. Несмотря на это, Степанов был вскоре вынужден очистить все течение Амура, уступая превосходству маньчжурских сил, и наконец погиб сам в одной схватке с китайцами; слабые остатки его партии присоединились к Пашкову в Нерчинске, и Амур казался потерянным для России. Однако же в 1665 г. новая горсть русских (на этот раз беглых преступников), под предводительством Никифора Черниговского, явилась на Амуре и укрепилась в оставленном Албазине. Амнистия беглецов и постройка нескольких новых острогов укрепили снова русское владычество на Амуре, и даже были сделаны попытки обеспечить занятие Амура дипломатическими сношениями с Китаем. К сожалению, переговоры, веденные русским агентом греком Спафарием, не увенчались успехом, и в 1685 г. маньчжуро-китайцы появились снова на Амуре в превосходных силах и предприняли знаменитую осаду Албазина, защищаемого воеводою Алексеем Толбузиным. Толбузин вынужден был сдать Албазин и отступить с своим гарнизоном, но в том же году возвратился туда снова с свежими силами. Вторая осада Албазина, защищаемого 736 казаками, сначала под начальством Толбузина, а после гибели его под начальством Афанасия Бейтона, продолжалась почти год (1686–1687) и кончилась тем, что маньчжуры сняли осаду в 1687 году. В 1689 г. Нерчинский трактат положил надолго предел всем попыткам русской колонизации на Амуре, признав р. Горбицу (приток Шилки) и Аргунь границами между Россией и Китаем. Открытие в 1849 году Амурского лимана русским транспортом «Байкал», состоявшим под начальством капитана Невельского, и самого устья Амура шлюпкою того же транспорта под начальством лейтенанта Козакевича дали первый толчок новейшей русской колонизации Амура. Занятие устьев Амура не встретило серьезных препятствий ни с какой стороны, тем более что китайское правительство не имело притязаний не только на низовья Амура, но и на все пространство между течением Уссури и Восточным океаном. Поэтому занятие русскими устьев Амура, начавшееся заложением в июне 1850 г. в заливе Счастья, к с. от Амурского лимана, Петровского зимовья, а в августе 1851 г. постройкою Николаевского поста на самом прибрежье Амура, при впадении его в лиман, не обратило даже и внимания китайцев. В 1853 г. русские, подвигаясь вверх по Амуру, основали здесь близ озера Кизи Мариинский пост, а в соответствующем этому пункту морском заливе Де-Кастри — Александровский. Существование русских поселений на низовьях Амура повлекло за собою открытие водного сообщения с ними из Забайкальского края. В 1854 г. этот самый решительный шаг в истории занятия Амура сделан был генерал-губернатором Восточной Сибири Муравьевым, который с флотилиею, снаряженною в Нерчинске, проложил путь русскому плаванию от Стрелки до устья Амура. В 1855 г. за экспедициею генерала Корсакова последовала уже земледельческая колонизация Амура; в 1856 году заселено было пространство между Николаевским и Мариинским постами переселенцами из государственных крестьян; в 1857 г. пространство между Стрелкою и Зеею забайкальскими казаками. Вместе с тем, в Приамурский край направлен был целый ряд ученых экспедиций и исследований, так что открытие Амура для науки произошло одновременно с открытием его для колонизации и торговли. Оставалось только упрочить обладание приамурскими землями путем дипломатических сношений. Переговоры с Китаем по предмету определения границы империи, начиная от Горбицы до Восточного океана, были уже начаты с 1851 года. Но только с 1854 г. китайцы, испуганные открытием русского плавания по Амуру, отозвались на требование русского правительства о назначении уполномоченных для разграничения. Переговоры, веденные по сему предмету в 1855 году с китайскими чиновниками на Амуре, не привели, впрочем, ни к какому результату. Зато совершенно блистательный оборот приняли дела в 1857 г., когда, благодаря настойчивости и энергии генерал-губернатора Муравьева, китайский уполномоченный 16 мая подписал Айгунский договор, которым китайцы признали владычество России на левой стороне Амура. Последние затруднения, возбужденные китайцами при ратификации Айгунского и Тяньцзиньского договоров в 1858 и 59 годах, были успешно устранены генералом Игнатьевым, которому 2-го ноября 1860 г. удалось заключить с китайским правительством окончательный Пекинский договор. В него вошли все условия Айгунского трактата и, кроме того, утверждено дальнейшее разграничение империи на р. Уссури и черте, проведенной русскою пограничною комиссиею от верховьев Уссури до Японского моря.

КОЛОНИЗАЦИЯ. Основу колонизации Амурского края образовали солдаты восточно-сибирских линейных батальонов, выстроившие первоначально часть казачьих станиц и городов; затем следовали казаки Забайкальской области, которых назначали к переселению по жребию с правом нанимать за себя других лиц, и наконец крестьяне из различных местностей Европейской России и Сибири.

Охотников к переселению из России явилось много, но первые попытки к переселению крестьян на казенный счет кончились неудачно, вследствие значительности потребовавшихся на это денежных средств, и уже в 1862 году такой порядок был отменен. По ныне действующим правилам переселенцы следуют на новые места на собственный счет без правительственной помощи. Обыкновенно они отправляются в путь в половине апреля с открытием навигации и идут до Благовещенска, если средства позволяют двигаться безостановочно, около 4–5 месяцев. Каждая семья, по среднему выводу из 6 душ, затрачивает на переселение до 400–500 руб. или приблизительно по 80 руб. на душу. Большею частью переселенцы бывают многосемейные, и несмотря на значительное число детей с ними они достигают места вообще без потери членов семьи. Все переселенцы перечисляются только по личной явке. Отдельные семьи зачисляются в общество старожилов, и если общество имеет запас земель, то без приемного приговора, а если запаса нет, то по приемному приговору. При явке переселенцев в составе 15 и более семей из одной местности и при желании их образовать особое поселение, тотчас же образуется общество, дается название по их желанию поселению и намечается для последнего пункт. Как обществам, так и отдельным семействам земля отводится в размере 100 десятин на семью в пользование на 20 лет, без взноса податей и с правом выкупать отведенные участки и приобретать новые по три рубля за десятину. Через 20 лет все переселенцы должны платить особую поземельную подать, а те, которые не приобрели земли покупкою в собственность, еще и оброчную подать. В течение первых трех лет по водворении все переселенцы, русские подданные, освобождаются от денежных и натуральных земских повинностей.

В первое время по присоединении возрастание пришлого оседлого населения шло довольно быстро, так что в 1869 году считалось в области кроме туземцев 23 357 душ (в том числе 13 713 казачьего сословия и 5 835 крестьянского). В десятилетие с 1869 по 1879 рост населения увеличивался значительно медленнее, и к концу периода русское население составило 35 727 душ (в том числе казачьего 15 075 д., крестьянского 7 281 д.). Наконец в последнее десятилетие переселенческое движение опять усилилось и число жителей переселенцев к 1890 году составило 72 131 душу (в том числе казачьего 17 935, крестьянского 25 488).

По действительному числу 4 070 крестьянских семей (к 1890 г.) в их пользовании нужно считать 407 000 дес. земли. Затем земель, находящихся во временном бесплатном пользовании отдельных лиц, считается 8 859 дес. и приобретенных покупкою в собственность до 25 003 дес. Сверх того в аренде находится казенных земель 10 230 дес. Последние состоят из сенокосных лугов вблизи расположения золотых приисков, из небольшого количества известковых залежей и из мест с ключами, годных для водяных мельниц.

В настоящее время предназначено для будущих переселенцев наделов приблизительно еще на 6 000 семей. Всех же земель по климатическим и почвенным условиям годных к заселению намечено до сих пор в области около 80 000 кв. верст. Сюда относятся местности в 30-ти верстном расстоянии от Амура, начиная от станицы Черняевой по направлению к устью Уркана (местность, поросшая орешником и мелким кустарником-чернолесьем), затем по левому берегу Зеи до устья Норы и далее через р. Селимджу по прямой линии на р. Бурею к Пашковскому складу Ниманской золотопромышленной компании, а отсюда по прямой линии через р. Хару до станицы Пашковой на Амуре.

НАСЕЛЕНИЕ области, вместе с китайскими подданными, проживающими там постоянно и оседло, в силу Айгунского договора, составляло в 1880 году 89 151 человек, что дает немного более 0,2 души на квадратную версту (около 11 человек на квадратную милю).

Все население расположилось преимущественно по р. Амуру и отчасти по нижним течениям рек: Зеи, Буреи, Томи, Дима, Завитой, Будинды и Белой, но и здесь на значительном протяжении Зеи и Амура оно очень редко. Внутреннее же пространство области, в стороне от речных долин, совершенно пустынно, если не принимать во внимание ничтожного количества бродящих там тунгусов, да рабочих и служащих на золотых приисках. Наиболее плотно область заселена около г. Благовещенска на пространстве приблизительно 27 940 кв. верст или 570 кв. миль, т. е. на 1/14 части всей территории. Но и здесь густота населения весьма слаба, именно около 42 чел. на кв. милю (без китайско-подданного населения, занимающего сплошную полосу земли по берегу Амура от устья Зеи до станицы Низменной), или такая же, как во всей Акмолинской области (на пространстве 9 903 кв. миль 463 347 человек). Остальное население, по флангам этой более или менее сплошной заселенной части области, вытянулось в нить по р. Амуру, причем на линейную версту протяжения берега приходится от 5 до 21 чел. (последняя густота только в одном Екатериноникольском станичном округе). В показанном выше числе 89 151 жит. приблизительно было:

Казачье население расселено вдоль Амура станицами, которые все имеют сходный вид. Над обрывистым, нередко крутым берегом Амура, или же по ровному берегу, вытянуты в линию бревенчатые, небольшие дома, в два-три окна, одинаковой наружности. Впереди домов у берега реки расположены огороды и бани, сзади едва огороженное место служит двором, на котором стоит небольшой амбар, да и то не у каждого хозяина; навесов для скота или сараев никто почти не имеет, а потому станицы не представляют вида зажиточности и домовитости обитателей. В центре станицы или на одном из ее концов, на более возвышенном месте среди поляны стоит небольшая церковь, а вблизи несколько домов более обширных, предназначенных для священника, сотенного командира, училища, правления и пр. Казаки своею наружностью, особенно женщины, сильно напоминают монгольский тип, и большая часть их ведет свой род от бурят или составляет помесь русских с бурятами и тунгусами. Но казак выше ростом, имеет цвет лица смуглый, разрез глаз более правильный, нос выше и острее.

Станицы распределены на десять станичных округов: Покровский, Албазинский, Черняевский, Кумарский, Екатерининский, Константиновский, Иннокентьевский, Раддевский, Екатериноникольский и Михайло-Семеновский. Первые шесть округов входят в состав Амурского конного полка, со штабом в г. Благовещенске, а вторые три — в состав Амурского пешего полубатальона со штабом в ст. Екатериноникольской.

Примечание: см. статью "Амурское казачье войско"

Крестьянское население сосредоточено в местности между низовьями Зеи и Буреи. Состоя из переселенцев разных губерний, крестьяне и в новой стране сохранили особенности своего прежнего быта. У малороссов те же хаты, выбеленные снаружи и крытые соломою, с плетнями у дворов и завалинами и с небольшими окнами, обращенными во двор, как и в коренном их отечестве. Запряженные парою волов возы, одежда попадающихся на улице мужчин и женщин, множество свиней — вся обстановка напоминает Малороссию. В селениях великороссов дома бревенчатые, рубленые на две половины, в которые ход ведет из больших холодных сеней; на вид они кажутся лучше малороссийских хат, но внутри содержатся не так чисто, даже грязно. Самый рослый и наиболее хорошо сложенный народ — молокане (сектанты); в особенности бросается в глаза развитие их женщин. Молокане живут большими семьями, вследствие чего для них заработок легче; к тому же они трезвы и питаются лучше других крестьян, так как не держат постов. Малороссы отличаются средним ростом, сухощавы; женщины их небольшого роста, но хорошо развиты. Принадлежа к числу самых ревностных членов православной церкви, они строго соблюдают посты, а потому половину года питаются исключительно растительной пищей. Хотя у жителей Амурской области чаще можно встретить мясо, чем у большей части крестьянского населения России, но, за исключением молокан и духоборов, пища крестьян более растительная и состоит из хлеба (ярицы), гречневой крупы, буды (проса), гороха, овощей с прибавлением молока. Переселившиеся из Великороссии орловцы и тамбовцы отличаются хорошим телосложением и ростом; переселенцы же Пермской и Вятской губерний, между которыми наиболее встречается староверов, менее развиты телесно и умственно.

Район крестьянских поселений разделяется на шесть следующих волостей: Амурско-Зейскую, Завитинскую, Гильчинскую, Ивановскую, Черемховскую и Томскую.

Переселившиеся в область Корейцы живут в селе Благословенном, расположенном на р. Самаре. Все они православного исповедания и занимаются земледелием.

Маньчжуры, живущие в береговой полосе Амура от р. Зеи до деревни Хормолдзинь — китайские подданные и оставлены на русской стороне реки по Айгунскому договору под управлением китайских властей. Деревни маньчжур, окруженные рощами вязов, тополей, ильмов, представляют привлекательный вид. Внутри они не имеют правильной планировки: каждый строится, где ему вздумалось, не обращая внимания на соседей, и селение является сплетением извилисто идущих, узких и кривых переулков. Улицы грязны, так как на них выбрасывается все со дворов, и в ненастное время почти непроходимы. У каждого дома непременно находится огород, а перед домом небольшой двор, обнесенный частоколом и чисто содержимый. Два красные шеста с развевающимися надписями на бумаге или холсте и зелень деревьев указывают на присутствие кумирни, где находятся изображения одного или нескольких богов (земледелия, ветра, дождя и пр.), нарисованные или выточенные из дерева или вылепленные из глины и раскрашенные; около них насыпаны на тарелках приношения из кукурузы, буды (просо), пшеницы с курящимися зажженными свечами. Маньчжуры не имеют ни храмов для всенародного богослужения, ни общих жертвоприношений, ни духовенства: каждый молится, как знает и когда ему надо. У них почти нет праздников; время делится на лунные месяцы; только новый год, белый месяц, бывающий в конце января или в феврале месяце, и день окончания полевых работ в конце августа составляют для маньчжур праздники. В последний ими приносится благодарность реке черного дракона (Амур), по руслу которой вечером плывут тысячи зажженных свечек, укрепленных в ореховых скорлупах или на деревяшках. Дома (фанзы) строятся обыкновенно из дерева, для чего вкапывается несколько столбов, и пространство между ними забирается плетнем из тальника, который обмазывается снаружи и внутри глиною, смешанной с соломою, и белится известью. Окна устраиваются в доме с одной стороны и притом так, что представляют как бы одно окно, занимающее почти всю верхнюю половину стены до крыши и состоящее из множества клеток, заклеенных тонкою пропускною бумагою. Внутри фанза состоит из двух или трех отделений, из которых в одном помещается печь, отапливающая все здание, и кухня, другое занимает семья, а третье служит чистою половиною. Маньчжуры питаются исключительно растительною пищею, вследствие чего они, впрочем, и довольно малосильны. Замечательно, что маньчжуры не занимаются скотоводством, не держат даже коров, а если у кого и есть он, то употребляется как рабочий скот; коров не доят, не употребляют в пищу ни молока, ни масла, которое заменяется у них растительным (род кукурузного). Одна из похвальных черт маньчжур служит их трезвость.

Инородцы Амурской области принадлежат к тунгусскому племени и разделяются на три народности: оленных тунгузов, манегров и орочен. Все они занимаются исключительно звериною охотою и кочуют круглый год в дикой Амурской тайге, где зверь еще не напуган, выходя к жилым местам не более раза в год для продажи добычи и покупки пороха и свинца. Вооружение их составляет винтовка, реже кремневый дробовик, причем все они стреляют с сошек. Каждая народность имеет для кочевания отдельные районы. Так, собственно оленные тунгусы, которых считается до 1000 душ, кочуют по Селимдже и Ниману, спускаясь к Амуру до Хинганского хребта. Сбыт произведений своих производят на устраиваемых ими ярмарках на р. Большой Бире, а иногда по р. Кильме и при Ниманских золотых приисках. Манегров, разъезжающих на лошадях, тоже считается до 1000 душ. Они кочуют по правому берегу р. Зеи, начиная от р. Перы, впадающей в р. Зею примерно в 200 верстах выше Благовещенска, и до Депа, отсюда по всему таежному району к Амуру, и выходят иногда на ст. Черняеву, Пермыкину, Аносову и Кумару. Для сбыта пушнины, преимущественно косуль, лосей, изюбрей, пантов, устраивают ярмарку по р. Голубой, близ р. Перы. Наконец орочены, разъезжающих на оленях, считается также до 1000 душ. Это дикое племя кочует в верховьях р. Зеи и по р. Уркану. Для сбыта своих произведений они иногда являются к Верхне-Амурским золотым приискам и отсюда выходят на Амур к ст. Албазину и Игнашинской. Нередко из Амурской области они перекочевывают в Маньчжурию.

Тунгусы принадлежат вместе с маньчжурами к одному и тому же монгольскому племени, но только у маньчжур встречаются более правильные черты лица.

ЗЕМЛЕДЕЛИЕ. Главное занятие русского населения области составляет земледелие: им занимаются не только крестьяне и казаки, но и значительная часть мещан г. Благовещенска. Сорта засеваемых хлебов с основания области остаются одни и те же, с тою лишь разницею, что в первые 20 лет в посев входила озимая рожь, а с 1879 года ее почти перестали сеять. В настоящее время в области сеются яровая рожь, пшеница, овес, греча, ячмень, картофель и в незначительном количестве просо (буда), кукуруза и масличные растения. Урожай по средним выводам получается для ярового хлеба сам 4,7, для озимого сам 4,8 и для картофеля — сам 5,2. Полные неурожаи в течение 28 лет повторялись два раза: в 1876 году, когда случилось большое наводнение рек Амура и Зеи, и в 1885 году, когда была сильная засуха. Лучшими и самыми надежными по урожаю следует признать пшеницу, ярицу и гречу, потом ячмень и овес.

Количество собранного хлеба в области (вместе у крестьян, казаков, частных владельцев и корейцев), в среднем выводе за 1886–1889 гг. выражается следующими числами.

Хотя хлебопашество в области с приливом переселенцев быстро развивается, но все же до сих пор получаемого хлеба бывает недостаточно для местного продовольствия, и недостаток пополняется покупкою хлеба от соседних маньчжур. Так с 1881 по 1888 год от маньчжур куплено хлеба золотопромышленными компаниями и интендантским ведомством до 2 500 000 пудов, или средним числом по 310 000 пудов в год. Большею частью из Маньчжурии идет в область пшеница, овес и греча. Цены на хлеб в области были в 1888 году следующие: мука яричная 1 р. 8 к. за пуд, мука пшеничная 1 р. 34 к., крупа гречневая 1 р. 50 к., просо 1 р. 53 к., овес 73 к., горох 1 р. 54 к., картофель 50 к.

Избыток надельной земли дает возможность крестьянам, не прибегая к разделу полей по семьям, распахивать и засевать в общественном поле участки в размере, доступном наличным рабочим силам семьи. Распаханный участок засевается 4 или 5 лет сряду и затем оставляется для отдыха в залежи. При таком порядке нет надобности в удобрении полей, которое до настоящего времени нигде в области не практикуется. Но зато установилась плодопеременная система посевов. Вместо оставленного в залежи поля крестьяне ежегодно распахивают часть целины. По мелкослойности чернозема (от 2 до 6 вершков) в полосе, занятой крестьянскими поселениями, средние урожаи получаются на вновь поднятой земле не более 6 лет; на следующий год после пшеницы земля засевается лишь овсом с незначительной прибавкой, не покрывающей труда земледельца. В залежи земля находится от 5 до 8 лет, причем первые три года залежь не дает никаких полезных злаков, а в остальные годы по ней производится покос. Затем земля вновь распахивается и при хорошей обработке дает четыре года сносный урожай. Сопоставляя количество запашек, производимых крестьянами, с численностью их семейств, оказывается, что в среднем выводе каждая крестьянская семья обрабатывает в год до 9 десятин. Но такие участки существуют у переселенцев не раньше четырех-пяти лет по водворении; в первые же годы переселенцы засевают 1, 2 и 3 десятины на семью, смотря по числу наличных работников, причем не обходятся без помощи своих однодеревенцев-старожилов, которым за это обыкновенно уплачивают личным трудом. Так как по установившемуся в крестьянском хозяйстве правилу каждая семья при обработке 9 десятин поднимает еще часть новой земли или залежи для будущего посева и оставляет выработанное уже поле на отдых, то в итоге всего, находящегося у нее в пользовании количества пахотной земли, вместе с усадьбой, лесом, покосами и выгонами, в среднем выводе можно считать 37 десятин на семью.

Обработка земли производится при помощи сох и плугов. С каждым годом входят в употребление более совершенные земледельческие орудия (плуги, веялки, молотилки, бороны), на что имеются указания в отчетах администрации и в издании общества сельского хозяйства «Амурское хозяйство». Кроме того, в последнее время открыт в Благовещенске склад земледельческих орудий фирмою «Энергия». Несмотря на большие успехи возделывания земли крестьянами, оно все еще не достигло той высоты, на какой стоит полевое хозяйство у живущих в области маньчжур. Последние обращают не столько внимания на количество залежной земли, сколько на ее тщательную обработку. У них распахивается земля с осени, весной ее перепахивают, а перед посевом пашут в третий раз; после боронования пахарь, идущий за сохой, несет через плечо плетеную корзину, наполненную семенами; он зачерпывает семена рукой и разбрасывает их по бороздам, слегка заделывая ногою идущего за ним работника. После всхода хлеба производится тщательная полка посредством скребков, которыми подрезываются сорные травы; когда хлеб подрастет, производится вторая полка тем же способом.

Полевое хозяйство крестьян и маньчжур представляет еще интересное различие и в сортах посевного хлеба; наиболее любимая у маньчжур буда, или Setaria italica (просо, а по мнению других — европейское сорго). Буда в большом употреблении в Маньчжурии, ею преимущественно питается бедный народ, она идет и в корм скоту, из нее гонят водку (ханшин), а солома ее идет на крыши домов и решетки для потолка. Затем по количеству засева идут: пшеница, овес, ячмень и горох. Из растений, разводимых исключительно маньчжурами, кроме буды, упомянем еще о судзу (Sesamum orientale), зерна которого очень маслянисты и служат для добывания, так называемого, травяного масла, на котором готовится вся пища маньчжур. Кроме того, сеется несколько видов бобов. Полевое хозяйство у маньчжур плодопеременное, как и вообще в Китае; пашен не много, но они, как выше сказано, тщательно обрабатываются. Земли в Маньчжурии принадлежат или войску, или народу; но кроме того есть и казенные фермы, которых насчитывается до 136 с 1 360 на них работниками.

Из других земледельческих промыслов надо указать на огородничество, которое начинает появляться у крестьян и казаков селений, лежащих по берегам Амура и Зеи.

СКОТОВОДСТВО. Скота в Амурской области в 1889 году считалось:

• Лошадей ............ 33 666 голов.

• Крупного рогатого скота .. 34 189 »

• Верблюдов ............ 200 »

• Мелкого скота (овец и свиней) 8 795 »

Средним числом на душу городского, казачьего и крестьянского населения приходится по 1,26 гол. Местных каких-либо отличительных пород в области не имеется. При незначительном ежегодном приплоде возрастающая потребность в скоте удовлетворяется исключительно пригоном рогатого скота из Маньчжурии, лошадей — из Забайкалья, а в последнее время и из Томской губернии. Но длинный путь, дороговизна кормов, сильный спрос, а главное недостаток предпринимателей и конкуренции устанавливают на скот крайне высокие цены, так что для менее зажиточных крестьян очень затруднительно приобретать вполне годных для земледелия животных.

Цены на скот в последнее время в области существовали следующие: лошадь Томская 80–200 р., Забайкальская 50–100 р., корова 40–50 р., бык 50–80 р., овца 5–7 р., свинья 10–15 р.

Развитию в широких размерах скотоводства в области, главным образом, препятствуют падежи, о размере которых можно судить потому, что, например, в одном только 1878 году у крестьян пала почти половина наличных лошадей. Независимо от заноса разных болезней — сибирской язвы, чумы, воспаления легких — из соседней Маньчжурии, появлению эпизоотий способствует распространенная повсеместно в крестьянских поселениях иловато-глинистая почва, не проницаемая для воды. Происходящее вследствие того скопление вод на поверхности служит источником разложения массы растительных остатков и ведет к образованию миазмов. Затем неблагоприятное влияние на развитие скотоводства оказывает малопитательная луговая трава, покрывающаяся при бывающих по несколько раз в течение лета разливах Амура и Зеи слоем ила; наконец, дороговизна содержания скота, так как вследствие продолжительности зимы его приходится кормить на дворе почти в течение 7 месяцев, употребляя для этого весьма ценимый в области овес. К этому надо еще прибавить, что масса насекомых делает совершенно невозможной пастьбу скота на луговых местах в продолжение почти всего лета.

ЗВЕРИНЫЕ ПРОМЫСЛЫ. Звериные промыслы составляют принадлежность казачьего и крестьянского населения и кочующих инородцев. Предметом звериной охоты служат: дикая коза, медведь, волк, лисица, хорек, выдра, барсук, енот, соболь, изюбрь, лось, кабан и тигр. Самый крупный доход казачье и крестьянское население получают от дикой козы. После того как реки станут, т. е. с октября месяца, коза в каждом году (в зависимости от глубины снегов) движется из глубины тайги по направлению к Амуру и Маньчжурии; во время этого хода главным образом за ней и охотятся. В зиму 1888 года, вследствие выпавших в тайге больших снегов, козы двигались в таком количестве, что их убито было до 10 тысяч голов. Мясо козы — тушка стоит от 1 р. до 1 р. 50 к., шкурка до 50 к.; последняя употребляется на дохи.

Сбыт пушного товара производится иногда на самых поселениях и пунктах охоты приезжающим туда мелким торговцам, более же крупная торговля ведется в Благовещенске, Екатерино-Никольске и по ярмаркам, устраиваемым зверопромышленниками и инородцами в тайге при устье речек, впадающих в Амур, Зею и Бурею. О ценах на лучшую пушнину можно составить понятие по следующим данным. В 1887 году в тайге на ярмарке близ Ниманских приисков, в 750 верстах от Благовещенска, было продано: 2 627 соболей за 45 047 р. 50 к. (средним числом 17 р. за шт.), белки 2 958 шкурок за 445 р. 70 к. (15 к. шт.), выделанных шкур изюбря 97 штук за 287 руб. (3 р. шт.), кабарговой струи 1 316 мешочков за 4 482 р. (3 р. 40 к. шт.), лисиц 29 шкурок за 87 руб. (3 р. шт.), хорьков 157 за 77 р. 90 к. (50 к. шт.), медвежьих шкур 15 за 126 руб. (8 р. 60 к. шт.), выдр 3 за 24 руб. (8 р. шт.). Тигровую шкуру средней величины можно купить от 60 до 100 рублей, но они вообще бывают очень редко в продаже и встречаются преимущественно на Хингане, где за тиграми промышляют казаки.

На ярмарках в отдаленных незаселенных пунктах главными покупателями пушного товара являются якутские купцы, которые со своей стороны привозят масло, сало, пшено, табак, железо, свинец, порох и галантерейный товар.

Население Амурской области от звериного промысла имеет дохода в среднем за последние десять лет: казачье до 22-х тысяч рублей, крестьянское — до 25-ти тысяч рублей.

РЫБНЫЕ ПРОМЫСЛЫ. Рыбными промыслами занимается главным образом казачье население области, затем в небольшом количестве жители города Благовещенска и крестьяне деревень, расположенных по берегу р. Зеи; последние промышляют только для собственного употребления. Промышленность эта стала развиваться в области в последние 5 лет, что следует отнести к переселенцам, прибывшим сюда из Астраханской губернии и Войска Донского. Они ввели в промысел усовершенствованные лодки, невода и рыболовные снасти, а главное научили казаков приготовлять малосольную и паюсную (мешочную) осетровую икру, которая составляет значительный предмет торговли и по достоинству своему и дешевизне вполне заменяет привозную из России.

Лов рыбы в Амуре бывает весной, главным же образом осенью, когда кета, подвигаясь вверх по Амуру, входит во многие побочные речки, преимущественно впадающие с южной стороны. По Амуру эта рыба доходит до Благовещенска и выше верст на 200. Из кеты приготовляют очень хорошие явленые и копченые батыки и явленые брошки. В Благовещенске пуд кеты продается от 2 до 3-х руб., батыки и явленые брошки от 4 до 6 руб. за пуд; икра паюсная от 75 к. до 1 р. за фунт. Свежую икру можно иметь не круглый год, а преимущественно в летние месяцы по спаде вод; в продаже она бывает от 50 к. до 1 руб. за фунт.

Рыбный промысел крестьянскому и мещанскому населению дает незначительный доход, едва ли он превышает 10 тысяч рублей. Но казачье население имеет от него в среднем за последние 10 лет до 25-ти тысяч рублей в год.

ДРУГИЕ ПРОМЫСЛЫ. Что касается других промыслов населения области, то можно указать на начинающееся среди крестьянского населения развитие кустарных производств, как-то: выделка холста, валенок, сукон, войлоков, дуг, ободьев и пр. Затем население имеет заработки от извозного промысла, от поставки сена на золотые прииски (до 75 000 р.), от содержания почтовых станций (цараки), что доставляет от одних контрактов с почтовым ведомством до 150 000 р. Из лесных промыслов население занимается гонкою дегтя и смолы, а также сплавом леса.

Лес употребляется жителями главным образом только на постройки и топливо, да отчасти на некоторые незначительные поделки; предметом же торговли, на которую можно было бы рассчитывать ввиду близости Китая и Японии, где, как известно, лес чрезвычайно дорог, он в настоящее время не служит по многим причинам, между которыми главную роль играют недостаток рук в малозаселенном, пустынном крае, недостаток предприимчивости и незнакомство с краем капиталистов. Нельзя умолчать и о том беспощадном и безрассудном истреблении, какому лес в настоящее время подвергается. Пускаемые осенью и весной инородцами, а часто и казаками, палы на степных местах для выжигания старой травы, чтобы дать возможность лучше и скорее расти новой траве, причиняют лесные пожары, истребляющие иногда лес на значительном пространстве. Затем вырубка леса для построек и топлива без всякой системы служит также немало к уничтожению леса, к чему присоединяется еще истребление его собирателями древесных грибов, которые вместо того, чтобы обирать низкие пни, валят нередко самые роскошные взрослые деревья, опустошая и без того редкие леса этого дерева — и уничтожение дуба китайскими искателями грибов, которые рубят лучшие дубы, чтобы на полусгнивших стволах их собирали появляющуюся грибовидную губку, отправляемую в Китай как одно из самых важных блюд их кухни.

ГОРНОЕ ДЕЛО. В промышленном отношении преобладающее значение в области как по сумме производства, так и по числу рабочих рук имеет золотопромышленность, развивающаяся с каждым годом. Золото получается в области до сих пор исключительно промывкою песков; к добыванию рудного золота только что приступлено, и сделанные пробы указывают на богатство руды. Разработка приисков производится на местности, занимаемой с каждым годом все больше: и по притокам верхнего Амура (самые старые), и по притокам р. Зеи (самые обширные), и по притокам р. Буреи и Ниману, и в М. Хингане (недавно открытые). Всего приисков эксплуатируется 33, а именно: Верхнеамурской компании — 9, Верхнесибирской и Джалиндинской — 4, Ниманской — 6, Среднеамурского товарищества — 1, Среднеамурской компании — 1, Хинганского товарищества и отдельными лицами — 11. Всех рабочих занято было в 1889 году 5 675 чел. (в том числе женщин без мужей и детей 31) и золота добыто более 458 пуд. Средняя годовая плата на Верхнеамурских и Зейских приисках составляет от 500 до 600 р., а на Ниманских — 440 р. сверх готового содержания. Нанимаются рабочие по контрактам. При каждом прииске имеется небольшая больница, в Верхнеамурской и Ниманской содержатся постоянные врачи. На приисках Верхнеамурской компании существуют две церкви и две школы. Количество добытого в области золота с 1868 по 1889 годы выражается следующими числами:

ЗАВОДСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ области растет и развивается вместе с приростом населения. В 1889 году в области находилось: 1 чугуноплавильный завод, 1 винокуренный, 1 водочный и 2 пивоваренных. На всех этих заводах работало 93 человека, а сумма производства достигла 144 480 р. Затем кроме того 8 пивоварен с 90 рабочими и суммою производства 88 257 р. В области работало 332 водяных, ветряных и конных мельниц, 70 кирпичных заводов и 164 кузницы.

ТОРГОВЛЯ. В Амурской области, как крае с слабым еще развитием промышленности, первостепенное значение имеет ввозная торговля. Отпускная торговля занимает второстепенное место, причем предметами ее служат только хлеб, скот, преимущественно рогатый, и пушной товар в сыром и обработанном виде. Отдаленность области от ближайших торговых рынков, неудовлетворительность местных путей сообщения, отсутствие колесного пути от Стрелки до Благовещенска, ежегодно повторяющееся на продолжительное время мелководье Амура заставляют жителей обращаться для покупки русских товаров на Нижегородскую ярмарку, которая и служит главным источником снабжения области русскими товарами, приобретаемыми там, что обходится и дешевле, и с выигрышем в своевременности доставки. Неудовлетворительность путей сообщения служит немалой поддержкой сбыту иностранных товаров, привозимых в область морским путем, чему способствует и беспошлинный привоз таковых.

В 1889 году всего в область было ввезено русских и иностранных товаров на сумму 3 611 000 р. (в том числе иностранных на 1 077 000 р.), а продано на 2 816 000 р. Главный торговый пункт в области — г. Благовещенск, из которого уже развозятся товары по другим местам. Затем более или менее важное значение в торговом отношении имеют некоторые станицы, а именно: Албазинская, Черняевская и Иннокентьевская (через которые идет тракт на золотые промыслы и направляются приисковые рабочие), Михайло-Семеновская и Екатерино-Никольская, а из крестьянских селений — с. Ивановское.

Благовещенские купцы ведут торговлю с соседней Маньчжурией приблизительно на 1 000 000 рублей. Главный предмет торговли составляет скот и хлеб. В 1889 году приобретено от маньчжур скота 10 205 голов; из этого количества до 6 000 голов убито в Благовещенске, 1 955 голов отправлено в Приморскую область и 2 343 головы на прииски. Скота приобретено приблизительно на 765 000 р. и хлеба на 200 000 руб. Из Благовещенска же отправляются в Маньчжурию мануфактурные, колониальные товары и железо, а также сырые кожи.

Сверх того в области торговля пушным товаром ведется на происходящих с давних времен у наиболее значительных притоков Амура, Зеи и Буреи инородческих ярмарках. Точных данных о размерах этой торговли не имеется, но приблизительно можно считать ее оборот на 1 000 000 р.

ПОДАТИ И СБОРЫ. Всех сборов поступило в 1889 году 1 174 170 рублей, из которых:

НАРОДНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ. Для Амурской области существует в г. Благовещенске три средних учебных заведения: Духовная семинария с духовным училищем при ней, мужская шестиклассная прогимназия и женская гимназия. Учащихся в 1889 г. было 305 м. п., 216 ж. п. Сверх того имеется 33 народных училища с 1 467 учащимися (в том числе 1 330 муж. пол. и 137 жен. пол.). В среднем выводе один обучающийся приходится на 37 жителей.

НАРОДНОЕ ЗДРАВИЕ. Больниц гражданских в области имеется 10 (9 на приисках) с 228 кроватями и два военных лазарета. Лиц медицинского персонала было в 1889 году около 75 чел., в том числе 10 врачей и 3 ветеринара. На предохранительное оспопрививание обращено усиленное внимание, но оспенные эпидемии бывают, нередко, между прочим, вследствие заноса от маньчжур и инородцев, не прививающих оспы.

Примечание: см. статью "Амурское казачье войско"