Константин, король Думнонии (Constantine king of Dumnonia, fl. начало VI века)

Константи́н (лат. Constantinus, бритт. Custennhin; деятельность — начало VI века) — король бриттского королевства Думнония (современные Девон и Корнуолл), известный исключительно из обличительного сочинения Гильдаса «О погибели Британии» (De Excidio Britanniae).

В ряду пяти «тиранов», последовательно заклеймённых Гильдасом, Константин занимает первое место — как правитель, повинный в тягчайших грехах: убийстве в священном месте, нарушении клятв, прелюбодеянии и кощунстве.

Единственный источник, содержащий сведения о Константине, — «О погибели Британии» Гильдаса (глава 28), написанное около 540 г. Это не хроника, а страстный пророческий обличительный трактат, обращённый к пяти бриттским королям. Гильдас не стремится к биографической полноте; его цель — заклеймить нравственное падение правителей, ввергнувших Британию в хаос после ухода римлян. Современный критический анализ выполнен Кеннетом Х. Джексоном (Jackson 1982), на чью интерпретацию опирается данная статья.

Имя Constantinus — римское и императорское (Константин Великий, узурпатор Константин III, которого бритты провозгласили императором в 407 г.), что указывает на стойкую традицию использования римской номенклатуры в постримских бриттских королевствах. Константин правил Думнонией (Dumnonia) — обширным бриттским королевством на юго-западе Британии (полуостров Девон и Корнуолл), чьё кельтское население ещё длительное время сохраняло независимость и римско-бриттскую идентичность.

Гильдас удостаивает Константина гневного риторического обращения:

«Константин, щенок львицы Думнонии, — нечестивый тиран, запятнанный бесчисленными преступлениями».

Эпитет «щенок львицы Думнонии» (catulus leaenae Dumnoniae), по-видимому, содержит несколько слоёв смысла. «Львица» может указывать на его мать — могущественную королеву, по образцу библейских метафор, или на саму Думнонию как «родительницу» хищного выводка. «Щенок» же подчёркивает незрелость, недостойность и звериную свирепость.

Конкретные обвинения Гильдаса сводятся к четырём пунктам:

1. Безнравственность (прелюбодеяние). Константин изгнал законную жену и предаётся разврату.

2. Клятвопреступление. Он нарушил священные клятвы, вероятно, данные перед церковными иерархами и знатью.

3. Святотатство. Он совершил ужасное кощунство — убийство двух королевских отроков (юных принцев), которые, по-видимому, искали убежища перед алтарём в церкви.

4. Кощунственный обман. Убийство было совершено Константином не открыто, а «переодетым в аббата» (abbatis mutare vestem). Переодевание в священническое облачение для свершения расправы над теми, кто надеялся на право церковного убежища, — неслыханное по своей циничности преступление в глазах автора.

Гильдас, сам монах и представитель романо-бриттской культуры, видит в таком поступке полное попрание всех норм, на которых зиждилось христианское общество. Обращение к Константину проникнуто тоном ветхозаветного пророка, предрекающего Божью кару нераскаявшемуся грешнику.

Можно предположить, что убиенные «королевские отроки» были представителями соперничавшей ветви думнонского королевского дома, чьё существование угрожало власти Константина. Убийство в церкви, где принцы искали убежища, и использование священнического сана для маскировки — действия, направленные на нарушение сакрального права убежища и физическое устранение конкурентов. Данный эпизод ярко иллюстрирует, что в постримской Британии VI века институт церковного убежища (признанный ещё в римских законах и канонах соборов) уже сталкивался с откровенным пренебрежением со стороны местных тиранов, ставивших политическую целесообразность выше религиозного закона.

О реальной судьбе Константина Гильдас не сообщает; его призыв к покаянию, вероятнее всего, остался без ответа. Позднейшая корнуэльская и валлийская агиографическая традиция, однако, знает святого Константина Корнуэльского, которого обычно отождествляют с тем же лицом. Согласно преданию, этот Константин после греховной молодости обратился, отрёкся от трона и стал монахом, а затем миссионером среди пиктов, принял мученическую смерть и почитался в Шотландии (св. Константин, память 11 марта, связан с приходом Govan). Если это отождествление верно, перед нами ярчайший пример раскаявшегося тирана. Однако связь Константина Гильдаса со святым Константином остаётся гипотетичной и разделяется не всеми исследователями.

Константин Думнонский — фигура-символ упадка римских добродетелей и христианской морали среди постримской британской знати. Его имя, сохранённое исключительно благодаря гневной проповеди Гильдаса, стало нарицательным для обозначения военачальника, ставящего личную власть выше закона, религии и общественных клятв.

Библиография

• Gildas. The Ruin of Britain and Other Works / Ed. and trans. M. Winterbottom. — London: Phillimore, 1978. — Cap. 28. (Латинский текст и стандартный английский перевод.)

• Jackson, K. H. Language and History in Early Britain. — Edinburgh: Edinburgh University Press, 1953. — P. 30–31. (Анализ бриттской ономастики и контекста.)

• Charles-Edwards, T. M. Wales and the Britons, 350–1064. — Oxford: Oxford University Press, 2013. — P. 215–216. (Обсуждение пяти тиранов Гильдаса.)

• Dark, K. R. Civitas to Kingdom: British Political Continuity, 300–800. — London: Leicester University Press, 1994. — P. 74–77. (О думнонском королевстве.)

• Farmer, D. H. The Oxford Dictionary of Saints. — 2nd ed. — Oxford: Oxford University Press, 1987. — P. 98. (О святом Константине.)