ГОЛИМОНТЫ (Гольмонты)

Старинная литовская фамилия (Golimont, Golimont, Golimont), гербов Слеповрон (Slerowron) и Лебедь (Labedź), известная в Виленском воеводстве и Лидском повете ВКЛ [497, т. 6, s. 191; 528, т. 4, s. 239; 516, т. 4, s. 171; 513, s. 116].

Несколько представителей этого рода владели ленными имениями на Смоленщине: Альбрехт Г. (о котором далее) и братья Пётр и Александр Г. По консенсу короля Владислава IV, данному в Вильне 30 марта 1648 г., иляхтич Якуб Бельский уступил упомянутым Петру и Александру Г. вместе с их отчимом Самуелем-Станиславом Ловейкой и братом последнего, Адамом Ловейкой, в Долгомостском ст. из Губинских и Перестлинских грунтов: С.-С. Ловейке 10 волок, Петру и Александру Голимонтам 8 с половиной («полдевять») волок и А. Ловейке полторы волоки [62, л. 239]. С этих же имений («маетность Губино и часть грунтов Перестлинских», 1 дым, 2 слободчика), которыми он владел нераздельно с теми же Голимонтами и А. Ловейкой, С.-С. Ловейко в 1650 г. платил подымное [2, л. 24 об.]. На посполитое рушение 1654 г. с имения Губина своих пасынков Голимонов бывший затем в Смоленской осаде С.-С. Ловейко поставил челядника [332, л. 417; 417, С. 72; 466, s. 97].

Нам ничего не известно о судьбе братьев Голимонов после сдачи города, так как не ясно, где именно они находились на момент осады, а в списке присягавших царю Алексею Михайловичу они не значились и на русской службе не состояли. Однако при разборе Смоленской шляхты Матвеем Кравковым в 1672 г. С.-С. Ловейко предъявил три купчих от обоих Голимонов и Адама Ловейки, продавших свои части Губина и Пересты ему: «в списку с польской купчей ахна (1654) года марта в 6 (5) день написано: Пётр Галимонт з женою своею Еввою продали пану Самойлу Ловейке и жене его Ирине Хлевицкой отчину в Смоленском уезде в Долгоможском стану маетность, названую Губино, над речкою Россажею и Перестою з будованием своим подленным и со всякими изстари належащими угодьи, которою он, Пётр, имел от Якуба Бельского, а взял он, Пётр, у него, Самойлы, за тое названую маетность Губино 6 (20) золотых польских» [139, д. 17, лл. 213, 225]; «в списку с купчей того ж (1654) году апреля в 5 (6) день написано: Александр Галимонт з женою своею Марьею продали Самойлу Ловейке и жене его Ирине в Смоленском уезде в Долгоможском стану маетность свою прозвание Губино над рекою Россажею и на Пересте з берегом реки Россажи, со всякими угодьи, взяли полтораста рублёв польских» [там же, л. 214].

Их современник и, возможно, родственник, Альбрехт (Ольбрыхт) Г., подчаший Лидский и Смоленский гродский судья, имел самое непосредственное отношение к переговорам о сдаче города царю Алексею Михайловичу в 1654 г., и именно ему потом было поручено ведать Смоленскую шляхту в первые годы. Принявший православие и в актах именовавшийся Петром Ильичом, Альбрехт обладал несомненным авторитетом среди своих собратьев, о чём свидетельствует его почётная и ответственная должность окладчика.

Альбрехт Г. не оставил сыновей, но известны его дочери. В завещании Гелены Филиповичевны (ур. Филипович), жены Романа Ломского, составленном 14 ноября 1650 г., упомянуты её внучки, панна Теофилия и панна Зофья Голимонтовны (дочери Раины Романовны Ломской и Ольбрыхта Г., подчашего Лидского), которым Гелена завещала по несколько сот злотых каждой [373, № 52, С. 281; 498, 8, 63]. Из них Зофья как жена Владислава Гурына упомянута в завещании своей тётки Ауденции Оскерчиной (ур. Ломской) 10 февраля 1667 г. [498, 8, 69–70]. Русские акты сохранили имена двух других дочерей Альбрехта (Петра) Г. (от 2-го брака?): старшей Марии и младшей Федоры.

I колено

1. Альбрехт (Ольбрыхт) Исаев сын (в православии Пётр Ильич). †7180 (1671/1672) [7, л. 1 об.].

Королевский дворянин, за заслуги его при короле Сигизмунде III в походах Московском, Прусском, Лифляндском и службу в войске кварцяном в гусарской хоругви королевича Владислава, а также за службу в той же хоругви в последнюю Московскую экспедицию, получил привилей короля Владислава IV, данный 5 апреля 1634 г. в лагере «под Архангелом» (Михайловский монастырь под Белой), на маетности в Смоленском воеводстве в Бережнянском ст. дд. Грыцково, Блогушино с Могуниным, в которых в едином обрубе должно быть 100 волок [59, л. 103–103 об.].

За прежние военные заслуги и службу в дворной гусарской хоругви получил привилей короля Владислава IV, данный 20 декабря 1636 г. в Гродне, на 60 волок в Бережнянском ст. на пуст. Осташкино, Усласово (?), Резаново, Козино, Мошинкино, Морозово [59, л. 552 об.].

Подчаший Лидский, возможно, уже с 1635 г., а известен в должности начиная с 26 мая 1640 г. [526, s. 351, № 2462]. 23 ноября 1650 г., якобы по смерти Гольмонта, привилей на его должность получил Кшиштоф (-Александр) Лосовский, писарь гродский Виленский [63, л. 405–405 об.; 526, s. 351, № 2463].

Подчаший Лидский и депутат от Смоленского воеводства на Главный трибунал ВКЛ в 1640 г. [503, s. 232; 497, t. 6, s. 191].

Подчаший Лидский подписал декларацию обывателей Смоленского воеводства, поданную комиссарам 27 октября 1644 г. и внесённую затем в Смоленские гродские книги, что владельцы ленных имений в Смоленском воеводстве принимают обязанность содержать и исправлять смоленские стены и валы, если ленное право будет изменено на вечное («видимус» — выпись из Смоленских гродских книг 5 ноября 1644 г.) [467, С. 239].

¹ В списке чиновников Смоленского воеводства также именуется Olbrzych (Olbrzyd) Iwaszewicz G. [526, s. 351, № 2462].

В 1650 г. сборщик подымного вместе с подкоморием Смоленским кн. Самуелем-Станиславом Друцким-Соколинским [2, л. 1 об.], а сам платил подымное с маетности Новосёлок в Бережнянском ст. (30 дымов, 5 слободчиков, мельница) [там же, л. 8].

Подчаший Лидский и одновременно судья гродский Смоленский уже 12 мая 1654 г. [527, s. 161, № 1056]. С этими же титулами, но под именем Войцех упомянут Кояловичем как приверженец сдачи Смоленска Москве в 1654 г. [512, s. 195].

С Новосёлок, Грицково тож, и Блаушина стал с тремя челядниками на посполитое рушение и был в Смоленской осаде 1654 г., причём выбран квартирмейстером — отвечал за 2 кватеры (участка стены), «от башни Тупинской до башни Козодавлевской» [332, л. 405 об.; 417, С. 52; 466, s. 87]. Принял непосредственное участие в переговорах о сдаче города [512а, s. 234], а по сдаче остался на русской службе и присягнул царю Алексею Михайловичу 17 сентября 1654 г. в государевом стану на Девичьей горе в числе шляхты католической веры [1, л. 3 об.; 51, л. 25], позже принял православие².

По жалованной грамоте 163 г./1654 сентября 18, велено ему Смоленскую шляхту оберегать от всяких обид и «росправу меж ими чинить»³ [125, д. 9, л. 233].

В числе других лиц «стану духовного и рыцарского» подписал свидетельство полковнику Вильгельму Корфу об обстоятельствах осады и сдачи Смоленска, внесённое Корфом в Минские гродские книги 2 ноября 1654 г. [335, С. 26].

«В прошлом 163 г., при державе великого государя царя Алексея Михайловича <...> Петру Голимонтову за верные его службы и за сдачу под Высочайшую его царского величества державу города Смоленска» пожаловано в Смоленском у. в Дубровинском ст. д. Лоева с крестьянами, д. Хохлова с пуст. Киселёво, Чеботарёво, Анисково, Колоденка, Шарыпино, Резаново, Вербилово, Бердебяки, Бакино, Круглая, Величкова, Церковище, Лапки, Жебровщина тож, с прочими починками и пустошами, с помещиковыми дворами, мельницами, озёрами и рыбными ловлями, да в Щуцком ст. дд. Сирутина, Синяки Большие и Меньшие, Тарасова, Велень, Плаи, Толкачи, Бакланова, Устинова с пуст. Нелидково (так!) и Федково, дд. Бубалева, Куминова, Филипова, Строгонец, Поповщина, Рыковшина, Березуги, Корнеева, слобода Боярщина с пуст. Остафьево, Заболотье, Папоротная и Желюхино, дд. Дубина с пуст. Лащемля, с. Елшо, д. Боярщина с пуст. Жаляною, Березницею и Пашаловым, дд. Селиванова, Щукина, Евсеево тож, Надбица и пустошка Маслова. И в том же 163 г./1654 ноября 24, по отказным кн. отказу Алексеева полку Бутлера прапорщика Семёна Рукина, по приказу боярина, оружейничего и воеводы Григория Гавриловича Пушкина с товарищи и по наказной памяти за пометою дьяка Максима Лихачёва, отказано ему в поместье, «чем преж сего владел Михаил Бака», в Дубровинском ст. д. Лоева, д. Хохлова с пустошами и с угодьями, в Щуцком ст. д. Сирутина с деревнями и пустошами [125, д. 9, лл. 152–152 об., 258].

По росписному сп. 1665 г., в числе тех, «которые по указу великого государя и по грамотам написаны по Московскому списку и которые за старостью от службы отставлены, а в их место служат даточные» [4, лл. 25 об.–26].

По разборному сп. 1668 г., окладчик, поместный оклад ему 400 чет., денежный 18 руб. [7, л. 1 об.].

По Смоленским переписным 176 г./1668 кн. переписи Данила Чернцова, за ним в Дубровинском ст. пуст. Хохлова, Бакина, Киселёва, Резанова, Круглая, Церковища, Лоево по одну сторону рч. Уфиньи, по другую сторону пуст. Бердяевки (Бердебяки?), всего 8 пустошей, а сколько на них пашни и перелогу и лесом поросло волок, про то сказать было некому, а в сказке Петра Г., за его рукою, написано: как де Бог поручил вел. гдарю город Смоленск, и ему дано вел. гдаря жалованья в Дубровинском да Щуцком ст. д. Лоева с деревнями и пустошами, а отказные кн. тем деревням и пустошам в Смоленску в приказной избе, а ему с тех книг выписи не дано, и в сказке его тех пустошей именно не написано, а крепостей никаких у переписки не подал [84, д. 1, л. 28]; в Бережнянском ст. за ним д. Кошелево, д. Новосёлки на рч. Песочне, а в них двор помещиков, 2 дв. деловых людей, 12 дв. крестьянских, 3 дв. бобыльских, мельница, винокурня, пашни 6 волок, сена 100 копён, а в сказке его, какову подал к переписке, за рукою, написано: деревней де Благушиным, что ныне зовут Новосёлки, да Грицковым с Могуниным с деревнями владеет он по королевским привилеям [125, д. 9, л. 246].

В 179 г./1670 ноября 1-го, «за старостию своею, не смога (так!) служить и не имея сыновей», по заручному своему челобитью, «укрепя в приданство», сдал и поступился вечно зятю своему, стольнику Петру Догановскому, своё поместье в Дубровинском и Щуцком ст. дд. Хохлова и Сирутина с деревнями и пустошами, что дано ему было «после отъехавшего в Польшу шляхтича Михайлы Баки» [там же, лл. 153, 171].

Показан в разборном списке 180 г./1672 в числе умерших [67, л. 64].

По смерти его стольник Дмитрий Азанчеев подал в приказ Устюжской чети духовную тестя своего Петра Г. за его, Петровой, и отца его духовного и за сидельцовыми (так!) руками, а в духовной написано: «Альбрихт Пётр Исаев (так!) сын Голимонт написал дочери своей девке Федоре в Смоленском уезде в Бережнянском стану вотчинное село Новосёлки с деревнями и пустошами и со всякими угодьи против королевских привилей, да в Смоленску-городе двор да на посаде дворовое место» [125, д. 9, л. 246 об.].

Ж.¹ Раина Романовна Ломская (ум. до 14 ноября 1650).

Вместе с мужем и двумя дочерьми упомянута в завещании своей матери 14 ноября 1650 г. [373, № 52, С. 281; 498, s. 61, 63].

Ж.² Анна Гурковна (ур. Гурко).

Привилеем, данным в Варшаве 12 декабря 1650 г., король Ян Казимир распространил на неё права её мужа, подчашего Лидского Ольбрыхта Г., на ленные имения в Смоленском воеводстве в Бережнянском ст. д. Грыцково с деревнями, 100 волок, пляц в Смоленском замке с огородом за стеной на посаде, пуст. Осташкино, Власово, Резаново, Козино, Мощинкино, Морозово, 60 волок, пожизненно [63, л. 438–438 об.].

II колено

2/1 Теофилия (от 1-го брака).

Упомянута в завещании своей бабки Гелены Филиповичевны Ломской 14 ноября 1650 г., записавшей ей 12 сотен злотых [373, № 52, С. 281; 498, s. 63].

3/1 Зофья (от 1-го брака).

Упомянута в завещании своей бабки Гелены Филиповичевны Ломской 14 ноября 1650 г., записавшей ей 12 сотен злотых [373, № 52, С. 281; 498, s. 63].

Упомянута в завещании своей тётки Ауденции Оскерчиной (ур. Ломской) 10 февраля 1667 г., записавшей ей 10 тыс. злотых на половине маетности Дуровичи в воеводстве Минском [498, s. 69–70].

М.¹ Владислав Гурын [ibid., s. 69].

М.² Ежи Оскерко [ibid.].

4/1 Мария Петровна.

М. Пётр Дмитриевич Догановский (†1709), Смоленский шляхтич, стольник [125, д. 9, л. 252] (1-я его жена).

По грамоте в Смоленск из Новгородского приказа за приписью дьяка Аврама Кощеева к боярину и воеводе кн. Ивану Андреевичу Хованскому с товарищи, в 179 г./1671 велено в Дубровинском ст. поместье Смоленского шляхтича Петра Голимонта, которое Голимонт сдал зятю своему Петру Догановскому, д. Хохлову оказать за ним, Петром Догановским. И в том же 179 г./1671 июня ... дня, по отказным кн. отказу солдатского строя капитана Исая Пятницкого, отказано ему в Дубровинском ст. д. Хохлово на рч. Хохловке, двор крестьянский, 2 дв. бобыльских, пустое дворовое помещиково место, где бывал двор панский Петра Голимонта после Михаила Баки, с дворовою пашнею, а под тем дворовым местом мельничная пустая плотина на рч. Хохловке, а по другую сторону рч. Хохловки от дворового помещикова места пуст. Запрудье, на которой живали преж сего помещиковы задворные люди, да к тому ж помещикову дворовому месту и д. Хохлову надлежащие пуст. Киселёво, Чеботарёво, Анисково, Колоденка, Шарыпина да урочища Обозища, пуст. Резаново, пуст. Вербилово на рч. Ухинье, пуст. Бердебяки, пуст. Круглая, пуст. Величково, пуст. Церковища, пуст. Лапки, Жебровщина тож, на рч. Ухинье, да к тому помещикову дворовому месту на Красенской большой дороге подле пуст. Вербиловой надлежащее пустое стодольное дворовое место, где бывал прежде сего помещикова стодола, да к тому ж помещикову дворовому месту и д. Хохлову надлежащая пуст. Лоево, что была деревня, а в ней 10 пустых дворовых мест беглых крестьян [84, д. 1, лл. 34 об.–35], а в Щуцком ст. д. Сирутина над озером Ласасным, в ней двор панский Петра Голимонта с дворовою пашнею, 3 дв. задворных людей да крестьянские дворы, мельница на рч. Рытовке со всем мельничным строением и двором мельника, да у той же мельницы стодола пустая, а в ней жил мельник же, д. Синяки над озером Ласосным, д. Плаи, «называется по озеру Плаям», д. Устинова над озером Ласасным, д. Веленья на колодези, д. Тарасова на колодези, д. Щукина на ручейке, д. Бубали над Чёрным колодезем, де Куминова на рч. Лазаревке, д. Филипова на колодезе, с пустошами, д. Березуги, д. Рыковщина пустая на озере Дгу, д. Васкова на рч. Своронице, слобода Боярщина над озером Сопшом, д. Страганец на рч. Страганце, д. Поповщина над озером Дгом, д. Дубики на р. Сопше, д. Задняя Дубинина на рч. Васильевке, д. Лашамля над озером Лашамлем, д. Бакланова над озером Плаем, с. Елшо на р. Сопше и над озером Елшом, в том селе церковь Всемилостивейшего Спаса, 8 мест пустых крестьянских, да в том же селе стодолешные места, где бывала панская корчма, д. Надбица на рч. Надбице и над озером Надбицею, а в ней живёт панский задворный человек с братом. Всего в Щуцком ст. в поместье Петра Голимонта, которое ныне сдал зятю своему Петру Догановскому, село, в дд. Сирутине да Плаях с деревнями двор его, Петров Голимонтов, с дворовою пашней да мельница, 5 человек задворных людей, 6-й мельник, крестьянских жилых 58 дв., бобыльских 22 дв., обоего 80 дв., а мест дворовых 85, да к тому поместью, к д. Сирутину да к д. Плаям с деревнями, належащие озёра, которыми владел Пётр Голимонт: озеро Плаи с устьем, озеро Ласасно, озеро Рытое, озеро Мутное, озеро Глыбокое, озеро Круглое, озеро Долгое, озеро Сопшо, озеро Венряж, озеро Негобец, озеро Стрешное, озеро Лашамля, озеро Чистец, озеро Остахнево, озеро Дго, озеро Вшивое, озеро Елшо, озеро Надбица, всех озёр больших и малых 18, да к тому ж поместью належащих бортных дерев пустых 35 дерев затворенных [125, д. 9, лл. 196–213].

5/1 Федора Петровна.

Вышла замуж в 7180 г. (1671/1672) уже после смерти отца, приданое за ней Бережнянского ст. сц. Новосёлки, «что преж сего было Благушино», с отцовским двором, мельницей и дворовою пашней, д. Кошелево с деревнями и пустошами, да в Смоленске в городе двор да на посаде дворовое место, как отец её написал ей в своей духовной [125, д. 9, лл. 171, 246].

М. Дмитрий Васильевич Азанчеев, Смоленский шляхтич, стольник.

По челобитью его, по грамоте 4 мая 7180 г./1672, велено за ним справить в Бережнянском ст. сц. Новосёлки с деревнями и пустошами, в Смоленске в городе двор и на посаде дворовое место [там же, л. 246 об.].

Вместе с женой дали 27 июня 196 г./1688 запись своему свояку стольнику Петру Догановскому и его жене в том, что в прошлых годах покойный тесть их Пётр Ильич Голимонт, по указу вел. гдаря, и по грамоте и по заручному своему челобитью, при животе своём, будучи при добром своём здравии и в целом уме и разуме, сдал вечно и бесповоротно вел. гдаря жалованье, а своё всё выслуженное поместье, ему, стольнику Петру Догановскому и дочери своей Марье, а его, Петровой, жене, в Дубровинском и Щуцком ст., «чем преж сего при короле польском владел Гонсевской и после того Бака, и после ж того тесть мой Пётр Голимонт», а ему, Дмитрию, и жене его Федоре после тестя его Петра Голимонта досталась вся вотчина, в Бережнянском ст. д. Новосёлки с двором вотчинниковым и с дворовою пашней, д. Кошалево, д. Козино с деревнями и пустошами, «со крестьяны», чем владел тесть его Пётр Голимонт «за польского короля» по королевским привилеям и по крепостям, и к тем вотчинным деревням поступился ему, Азанчееву, Пётр Догановский, из того сдаточного своего поместья в Щуцком ст. с. Елшо, «оприч церковной земли», да д. Боярщиной над р. Елшою, д. Селиваново да пуст. Евсеево, Маслово и д. Надбицу, а в них крестьянских и бобыльских 5 дв., да озёра Елшо да Надбицу [там же, л. 180–180 об.].