Баттьяни, Антония

Ба́ттьяни, Анто́ния, графиня (венг. Batthyány Lajosné Zichy Antónia, полное имя — Антония Зичи де Зич эт Вазонькё; 14 июля 1816, Вена — 29 сентября 1888, Дака, Австро-Венгрия) — венгерская аристократка, супруга графа Лайоша Баттьяни, первого премьер-министра независимого Венгерского королевства в 1848 году.

После казни мужа в 1849 году стала живым символом пассивного сопротивления австрийскому владычеству, «вечной вдовой», чей несгибаемый дух, благотворительная и общественная деятельность снискали ей глубокое уважение венгерского народа.

Примечание. В истории известна также графиня Франциска Баттьяни (урождённая Сеченьи, 1802–1861), которая была основательницей монастыря в Пинкафельде и принадлежала к кругу венских романтиков. Эти две выдающиеся женщины, носившие одну и ту же фамилию по мужу, являются разными историческими лицами.

Антония происходила из древнего и влиятельного венгерского графского рода Зичи (Zichy). Она и её сестра Каролина слыли одними из самых блестящих красавиц своего времени; их красота и роль в обществе реформаторской эпохи были воспеты самим Шандором Петёфи. Антония вышла замуж за графа Лайоша Баттьяни, богатого землевладельца и политика, которому суждено было возглавить первое ответственное венгерское правительство во время революции 1848–1849 годов. Их семейная жизнь, полная взаимной привязанности, протекала на фоне бурных политических событий.

После подавления Венгерской революции австрийскими и русскими войсками граф Лайош Баттьяни был арестован, приговорён военным судом к смертной казни и 6 октября 1849 года расстрелян в Пеште. Его казнь потрясла всю Венгрию. Антония, которой было всего тридцать три года, осталась вдовой с тремя малолетними детьми. Имущество Баттьяни было конфисковано, хотя собственные средства семьи Зичи позволили ей сохранить материальную независимость.

Сразу после трагедии Антония с детьми покинула родину. Поначалу они жили в Баварии, затем в Париже, и, наконец, с 1852 года обосновались в Роршахе (Швейцария), на берегу Боденского озера. Тоска по родине не оставляла её; в письме к поэту Михаю Вёрёшмарти она писала: «Мы хоть и живём за границей, но сердцем и душой всегда в нашем милом отечестве, погружённые в наши печальные воспоминания».

Не принимая активного участия в политической деятельности эмиграции, Антония, как вдова мученически погибшего премьер-министра, стала моральным центром и символом для венгерских изгнанников. Вокруг неё сложился небольшой круг видных политиков. Именно через доверенных лиц, в первую очередь через историка Михая Хорвата (служившего наставником её детей), она оказывала щедрую помощь нуждавшимся соотечественникам. Среди тех, кому помогала «áldott grófnő» («благословенная графиня»), были граф Ласло Телеки и военный министр революционного правительства Ласло Месарош. Последнему она не только высылала деньги, но и дала средства на покупку земли в США, когда тот, после долгих скитаний, попытался начать новую жизнь в Нью-Джерси.

В 1853 году, получив от деда миллионное наследство, Антония отказалась возвращаться ради него на родину, пока там хозяйничали виновники гибели её мужа.

В 1856 году графиня всё же вернулась в Венгрию. Она приобрела небольшое имение в Даке (Dákán, Веспремский комитат) и, верная воле мужа, не стала требовать у австрийских властей возврата его обширных конфискованных земель. Нося безутешный траур, который она не сняла до конца жизни, Антония быстро превратилась в живой символ пассивного сопротивления. Каждое её появление на публике, каждая семейная церемония, вроде свадеб дочерей, которых она выдала замуж за сыновей венгерских семейств, превращались в безмолвные манифестации протеста против австрийского господства. Австрийская тайная полиция доносила: «Баттьяни распространяет и питает враждебные настроения против августейшей династии, её подстрекательства уже имеют зримый эффект».

Графиня направила свою нерастраченную душевную энергию на масштабную благотворительность. В 1861 году она вместе с вдовой другого казнённого героя, генерала Яноша Дамьянича, стала соучредительницей Общества венгерских хозяек (Magyar Gazdasszonyok Egylete), которое ставило своей целью обучение и воспитание девочек из бедных семей, давая им не только практические навыки, но и патриотическое воспитание. Она активно участвовала в работе общества, помогая открыть в Пеште сиротский приют и школу.

Известны и адресные проявления её щедрости: она поддерживала литераторов, участвовала в сборе средств для голодающих во время неурожаев. Её портрет был помещён в начале благотворительного сборника «Книга сострадания», изданного в помощь нуждающимся литераторам.

Компромисс 1867 года, превративший Австрийскую империю в дуалистическую Австро-Венгрию и короновавший Франца Иосифа венгерской короной, Антония не приняла. Она не могла простить императора, утвердившего смертный приговор её мужу, и не желала участвовать в общем ликовании. В вечер коронации, когда весь Пешт сиял праздничными огнями, окна её дворца оставались демонстративно тёмными.

Осознавая, что её скорбь и непримиримость стали чужды новому поколению, наслаждавшемуся миром и процветанием, она отдалилась от публичной жизни. «Когда вся страна страдала, мой голос вызывал сочувствие, и все спешили меня утешить, — писала она подруге. — Теперь страна радуется, люди довольны, и мой печальный голос им неприятен, ибо звучит как упрёк».

Её последним значимым публичным появлением стало участие в торжественном перезахоронении останков мужа в мавзолее на кладбище Керепеши (Kerepesi) в 1870 году.

Всю оставшуюся жизнь Антония хранила при себе прощальное письмо мужа, написанное им за несколько часов до казни. Она носила его в чёрном бархатном футляре, не расставаясь с ним ни на минуту. Согласно её завещанию, это письмо положили ей на сердце, с которым она и была похоронена рядом с мужем. Копия письма была обнародована уже после её смерти. В своих мемуарах, обращаясь к детям, она писала: «Этот скорбный день (6 октября 1849 года) нанёс моему сердцу глубокую рану, которая с тех пор никогда не заживала, и хотя в кругу семьи и друзей я чувствовала себя хорошо и бывала весела, не проходило ни дня, чтобы я не вспоминала о том часе, который сделал меня вдовой, а вас — сиротами».

Графиня Антония Баттьяни скончалась в своём имении в Даке 29 сентября 1888 года. Она осталась в памяти венгров как «áldott grófnő» — «благословенная графиня», воплощение супружеской верности, национальной скорби и деятельного милосердия.

Библиография

• Friedreich Endre. Gróf Batthyány Lajosné. — Budapest, 1923. (Основная биография.)

• Vasárnapi Ujság. — 1870. — Jg. 17. — Sz. 29. (Июль 17). (О перезахоронении Лайоша Баттьяни.)

• Vasárnapi Ujság. — 1888. — Jg. 36. — Sz. 40. (Október 7.) (Некролог.)

• Vasárnapi Ujság. — 1861. — Március 17. (О возвращении графини в Венгрию и её жизни в Даке.)

• Magyar Nemzeti Múzeum történeti kiállításának vezetője 3. / Főszerkesztő: Kovács Tibor. — Budapest: Helikon, 1996. — 50. o. (Портрет Лайоша Баттьяни.)