С конца XV в. – по 1917 год.

Казачьи общины, проживавшие во многих пограничных городах Московии и выделявшие своих людей в полковую и станичную службы.

Так принято в нашей исторической литературе называть приписанных к гарнизонам окраинных городов Московского государства кормовых и поместных казаков, особых групп служилых людей по прибору, набиравшаяся из вольных людей всех сословий. Такое наименование их не вполне удачно, т. к. в состав их входили и "полковые казаки". Первые входили в состав "прибылых" людей города, вторые — "жилецких". Московское правительство из экономических побуждений стремилось увеличивать число последних за счет первых.

Первое отчетливое упоминание о Городских Казаках относится к 1502 г., когда Московский Великий князь Иван III приказывал княгине Рязанской Агрипине: «Твоим служилым людям и городовым Казакам быть всем на моей службе, а кто ослушается и пойдет самодурью на Дон в молодечество, их бы ты, Агрипина, велела казнити». Но, вероятно, к городовым можно причислить и тех Казаков, которых летописи и акты от средины XV в. называют Городецкими и Рязанскими.

Вообще, русские летописи начинают замечать Казаков только через полвека после изгнания их Татарами с берегов Дона, т. е. с того времени, когда они, прийдя в себя на чужой земле, начали боевую службу князьям Рязанским и князьям Московским. Служба Городских Казаков с самого начала носила характер регулярный, а при Иване Грозном и полностью регламентирована специальным уставом.

Последнее мероприятие отделяло их от Казаков Вольных и Донских и привязывало к общим интересам Московии. Из них «верстались» Казаки - дети боярские, Казаки - дворяне, Казаки—помещики, Казаки- однодворцы, Казаки -полковые и Казаки станичной сторожевой службы.

Городские Казаки назывались именем того города, в котором проживали они сами и их семьи. Иногда от них выходили добровольцы в стрелецкие полки и в "опричные" отряды Грозного, но с другой стороны, в Городовые казачьи полка присылались на исправление некоторые провинившиеся московиты.

Казаки за службу получали от государства частью получали хлебное и денежное жалованье и/или земельный надел, достаточный для прокормления с семьей, а во время войны и денежное жалованье, оружие же и коней обязаны были иметь собственных. Жили преимущественно вблизи границы и несли в основном пограничную службу (сторожевую и станичную). Со второй половины XVII в. все городовое казачество южных и юго-западных городов было уже устроено землями поместным порядком.

Комплектовались Городовые казаки призывом на службу целых казачьих отрядов с Дона, Волги, Яика и Терека, а также и набором в их состав вольных, охочих людей за поруками старослужилых казаков, что им "государева царева служба казачья служити в ряд с казаки и живучи, им никаким воровством не воровать, не красть, не разбивать, зернью не играть и корчмы не держать и лихим людям, татем и разбойникам к ним не приезжать и никакою воровскою рухледью не промышлять, государю царю не изменять, в Крым, в Ногай, и в Литву, и в Немцы и ни в которыя орды не отъехать и с города никуда не сбежать". А случится что-либо из перечисленнаго с новоприборным, "и на нас поручиках пеня и казни поручиковы головы в его голову место"; ручалось обыкновенно 10 чел. за одного круговой порукой, отмечая, "кто из нас поручиков в лицах (т.-е. на лицо), на том пеня и порука".

Имели военную организацию, делились на пеших и конных, составляя сотни во главе с сотниками, а сотни нередко объединялись в полки, обычно 5-сотенного состава, во главе с казачьими головами или атаманами, выбиравшиеся на 1 г. В сотне в качестве младших командиров имелись 1-2 пятидесятника и 7-10 десятников (1), а помощником и заместителем самого сотника был есаул. Остальные Городовые казаки были рядовыми.

«Управление всеми Городскими Казаками на территории государства в XVI в. находилось в ведении Стрелецкого Приказа».

Сношениями с Донскими и другими вольными Казаками, официально не состоявшими на государственной службе, ведал Посольский Приказ». (А. В. Чернов, Вооруженные силы Русского государства в Х?-Х?ІІ в.в ).

«Стрелецкий Приказ набирал Казаков на службу и отставлял от нее, выплачивая денежное жалованье, перемещал по службе из одного города в другой, назначал в походы и являлся для Казаков высшей судебной инстанцией. Через Приказ проходило назначение начальствующих лиц над Казаками (голов, сотников), которые во время службы у Казаков также подчинялись Приказу». «Внутреннее устройство Городских Казаков было таким же, как у городовых стрельцов. Казаки находились в «приборе» у своего головы, который и набирал их на службу. Казацкий голова непосредственно подчинялся городовому воеводе или осадному голове. Нормальный состав прибора исчислялся в 500 человек. Приборы делились на сотни, которые находились в «приказе» у сотников. Сотни в свою очередь подразделялись на полусотни (во главе с пятидесятниками) и десятки (во главе с десятниками). Права и обязанности должностных лиц соответствовали функциям таких же должностных лиц у стрельцов».

«За службу правительство расплачивалось с Казаками денежным жалованьем и земельными наделами, поселяя их преимущественно в пограничных городах. Размещенные по городам Казаки получали название того города, где были поселены». «Все сказанное относится исключительно к служилым Казакам, размещенным по городам.»/

Во время Русской Смуты (1605—1615) большинство Городских Казаков выступило по стороне Лжедимитрия I и Лжедимитрия II.

После избрания на московский престол Михаила Федоровича, многие из них ушли на Дон. Уходили постепенно на Дон и станицы, терявшие службу в связи с преобразованием армии и отходом русских границ дальше на восток, запад и юг. Только от этого времени они и связывались с политической историей Донских Казаков. Прежнее население считало их «верховыми» и «новоприходцами». Последние волны их переселения поглотила Кавказская Линия, куда их станицы принесли названия городов прежней службы.

После создания Петром I регулярной армии Городовые казаки на западной границе были в начале XVIII в. упразднены, а в конце XVIII в. исчезли также на южной границе, в Поволжье и Приуралье. Однако в Сибири Городовые казаки продолжали сохраняться и по Уставу от 22 июля 1822 года объединялись в 7 городовых казачьих полков: Тобольский, Сибирский, Томский, Енисейский, Иркутский, Забайкальский и Якутский, все 5-сотенного состава во главе с полковыми атаманами.

В полки были собраны те казаки, которые утратили свои земельные наделы и служили теперь за постоянное денежное жалованье. Как правило, они жили в городах вдалеке от границы и несли уже преимущественно административно-полицейскую службу, почему и были переданы в гражданское ведомство в подчинение Министерства внутренних дел. Те же Городовые казаки, которые жили в сельской местности вблизи границы с Китаем, сохраняя земельные участки средним размером в 15 десятин были названы станичными, и несли пограничную службу. Управлялись они выборными станичными головами и старшинами, которые по административной линии подчинялись местным исправникам, а по военно-служебной - Военному министерству.

22 июня 1822 г. издано Положение о городовых казачьих полках в Сибири, это были последние Городские Казаки. Городовые казаки в Западной и отчасти Восточной Сибири были расформированы и переданы в состав обычных казачьих войск (Сибирского, Забайкальского, Амурского и др.). Но Якутский городовой казачий полк и отдельные сотенные команды Городовых казаков в глухих углах Восточной Сибири стойко продержались до самой Октябрьской революции, когда декретом ВЦИК и СНК "Об уничтожении сословий и гражданский чинов» от 11 (24) ноября 1917 г. были полностью упразднены.

Якутский городовой пеший полк находится в ведении Якутского гражданского губернатора, употреблялся для содержания караулов и для службы на этапах (на 1874 г.).

См. также:

- Казаки, Казачество;

- Уссурийское казачье войско;

- Амурское казачье войско;

- Забайкальское казачье войско;

- Сибирское казачье войско.