БУШНЕЛЛ, ГОРАЦИЙ (14 апреля 1802, Бантам, Коннектикут – 17 февраля 1876, Хартфорд, Коннектикут).

Образование: бакалавр искусств, Йельский колледж, 1827; учился в Йельской школе права, 1829–31; бакалавр богословия, Йельская семинария, 1833.

Карьера: школьный учитель и журналист в Коннектикуте и Нью-Йорке, 1827–29; репетитор в Йельском колледже, 1829–31; священник Северной конгрегационалистской церкви, Хартфорд, Коннектикут, 1833–59; путешествия и писательская деятельность, 1859–76.

Будучи конгрегационалистским священником из Хартфорда, штат Коннектикут, Бушнелл был, возможно, самым новаторским американским протестантским теологом девятнадцатого века. Как теолог, Бушнелл, подобно Фридриху Шлейермахеру* и Ф. Д. Морису,* вдохновил на парадигматический сдвиг в теологии девятнадцатого века. Как «отец» американского протестантского либерализма, он воспитал более поздних либералов и сторонников социального Евангелия, таких как Теодор Манджер,* Вашингтон Глэдден* и Вальтер Раушенбуш.* Выходя за рамки догматической схоластики, он утверждал, что все доктринальные/теологические споры проистекают из неправильного понимания языка. Для него язык был символическим, и, следовательно, конкретные догматические интерпретации были лишь фрагментами большей «всеобъемлющей» теологической истины. Теологический язык, если он действительно «библейский», не должен состоять из жестких буквальных или «научных» определений и метафизических спекуляций, а должен охватывать «всеобъемлемость» парадокса и полярности. Следовательно, в отличие от традиционной ортодоксии, метод Бушнелла способствовал теологии «снизу» и христоцентрической перспективе. Логически рассуждая от человеческого к божественному, он утверждал, что божественная тайна триединого Бога может быть понята только через ее символическое (человеческое) проявление в жизни и смерти Иисуса; именно Иисус, как Христос, открывает Отца, Сына и Духа. Подобным образом, страдания Христа в Искуплении раскрывают любящую, а не карающую природу вечного характера Бога. Божественно-человеческое примирение может произойти только тогда, когда и Бог, и человечество, движимые любовью, испытают как скорбь (страдание), так и радость прощения/примирения. Хотя поздние работы Бушнелла были значительно более «научными», чем ранние, он не написал «всеобъемлющей» систематической теологии. Тем не менее, он последовательно применял свой метод как к этим поздним работам, так и к другим теологическим темам, которые он затрагивал, таким как библейская интерпретация, человеческая греховность, таинства, экклезиология и эсхатология.

Один из величайших проповедников своей эпохи, он был востребованным оратором на публичных мероприятиях социального и политического значения. Его восхищение американским обществом сочеталось с его проницательной критикой. Против всех форм индивидуализма — экономического, политического и религиозного — он часто доказывал, как «язык прав» и «общественные договоры» подрывают американские институты; он был коммунитаристом и институционалистом, но не сепаратистом. В самом деле, будучи демократическим реалистом, он утверждал, что христиане должны вести культурные и политические битвы ради блага общества. Более того, он привык к битвам. Его ранние сочинения были настолько противоречивы, что консерваторы-конгрегационалисты из разных частей Новой Англии между 1849 и 1854 годами неоднократно пытались привлечь его к суду за ересь. Конгрегационалистское устройство помешало этому, потому что местная ассоциация и сама община в конечном итоге поддержали Бушнелла. Тем не менее, этот конгрегационалистский процесс 1849 года, величайший кризис ереси в истории Коннектикута, оказался катализатором последующего сдвига конгрегационализма в сторону либерализма.

Несмотря на свои научные интересы, он был беспокойным и творческим духом, который наслаждался любительским инжинирингом и изобретательством, городским планированием, альпинизмом, парусным спортом и исследованиями. Как «Первый гражданин Хартфорда», он приложил чрезмерные усилия для создания первого большого городского парка в Америке («Парк Бушнелла» в Хартфорде) и посвятил много энергии другим гражданским проектам в области образования, общественных работ и искусства.