БОНХЁФФЕР, ДИТРИХ (нем. Dietrich Bonhoeffer, 4 февраля 1906, Бреслау, Силезия, Германия [Польша в 1998 г.] – 9 апреля 1945, концлагерь Флёссенбюрг, Бавария, Германия). 

Образование: учился в Тюбингенском университете, 1923–24; доктор философии, Берлинский университет им. Александра фон Гумбольдта, 1924–27; хабилитация, 1929–30; постдипломное обучение, Юнион Теолоджикал Семинари, Нью-Йорк, 1930.

Карьера: рукоположен в лютеранские пасторы, 1931; лектор по систематической теологии, Берлинский университет им. Александра фон Гумбольдта, 1931–36; пастор немецкой общины экспатриантов в Лондоне, 1933–35; директор Проповеднической семинарии Исповедующей церкви в Финкенвальде и Цингсте, Померания, 1935–37; контрразведка Вооруженных сил Германии, 1940–43; арест, 1944; казнь, 1945.

Практически в каждом городе Германии есть улица, площадь, школа или библиотека, названная в честь Дитриха Бонхёффера. В годы национал-социализма он не отказался от своих христианских убеждений и заплатил за них своей жизнью. Его богословские тексты и революционное видение института церкви, а также активная роль в движении Сопротивления в годы Третьего рейха и мученическая смерть в концлагере за месяц до окончания Второй мировой войны превратили немецкого антифашиста Дитриха Бонхёффера (Dietrich Bonhoeffer) в одного из самых влиятельных протестантских теологов ХХ века.

В семье Дитриха Бонхёффера его решение изучать богословие встретили прохладно. Его отец, известный немецкий психиатр Карл Бонхёффер, мечтал о более "земной" профессии для своего сына, к тому же богословие в высшем обществе – а к нему на протяжении многих поколений принадлежала их семья – в то время не считалось "престижной" академической дисциплиной. Всего у Бонхёфферов было восемь детей, Дитрих – был шестым по счету.

Теологическая карьера у Бонхёффера, впрочем, складывалась крайне удачно – в 21 год он защитил кандидатскую работу по теологии, в 25 стал приват-доцентом, после чего отправился на стажировки в Барселону, Нью-Йорк и Лондон. Как позднее писал Бонхёффер, теологом он, впрочем, стал гораздо раньше, чем христианином.

В 1931 году он становится пастором берлинской церкви Ционскирхе в то время в неблагополучном районе Пренцлауэрберг, а также начинает преподавать в Берлинском университете им. Гумбольдта. После прихода к власти национал-социалистов Бонхёффер отказался присоединиться к движению "Немецкие христиане", поддерживавшему политику Третьего рейха. "Если сел не в тот поезд, нет смысла бежать по коридору в противоположном направлении", – считал он.

Оппозиция нацистской идеологии вышла из тех кругов немецкого богословия, которые настаивали на реальности Откровения и божественности Христа. С 1933 года в проповедях «Немецких христиан» зазвучали параллели между миссией Христа и миссией Гитлера, Евангелие перетолковывалось в духе нордического героизма. Синоды немецкой лютеранской церкви, все больше контролировавшиеся «Немецкими христианами» стали походить на нацистские слеты. На многотысячном первом съезде «Немецких христиан» в Берлине лидеры движения заявляли, что пора очистить церковь от «неарийских элементов», отбросить Ветхий завет и его «торгашескую мораль»: «Немецкий народ нуждается в немецком боге».

В мае 1934 года в Бармене собрался первый синод оппозиционной Исповеднической церкви, которую возглавили Карл Барт, Дитрих Бонхёффер и Мартин Нимёллер. Декларация, принятая этим синодом, стала одним из важнейших богословских документов ХХ века. У диссидентов, по сути, был всего один аргумент против Гитлера, но фундаментальный: фюрер — не Христос и не имеет права присваивать божественные полномочия.

Бонхёффер известен прежде всего своим христианским свидетельством против нацистского режима в Германии. В феврале 1932 года, после избрания Адольфа Гитлера канцлером, Бонхёффер выступил по радио с передачей «Лидер и молодое поколение», в которой критиковал Führerprinzip («принцип фюрерства») нацистской партии, настроенной превратить Германию в тоталитарное государство. В летнем семестре того же года он прочитал цикл лекций по христологии и опубликовал эссе о христианской церкви в отношении как к евреям, так и к вопросу об исключении их с гражданской и церковной службы. Христос трех вселенских Символов веры и Лютеранских исповеданий был для Бонхёффера фокусной точкой всей реальности, божественной и человеческой. Этот Христос историчен, разделяя историческое время и освящая его (в смысле Мартина Келера, а не в смысле «исторического Иисуса» Ритчля* и Швейцера*). Укорененность Иисуса и вся Его идентичность как члена исторического народа завета Божьего, евреев, является неотъемлемой частью реальности Воплощения Бога во Христе. Бонхёффер выступал против попыток «немецко-христианских» теологов и популярных публицистов, симпатизировавших арийским супрематистским представлениям национал-социализма, ариизировать Сына Марии и исключить еврейский элемент из христианской веры и практики.

5 апреля 1943 года Бонхёффер был арестован гестапо без ордера и помещен в обычную военную (Wehrmacht) тюрьму в Берлин-Тегеле. Ордер на его арест был позже составлен по обвинению в «подрыве вооруженных сил» в связи с его участием в попытках переправить евреев и христиан еврейского происхождения через швейцарскую границу. Во время пребывания в Тегеле Бонхёффер продолжал работу над тем, что он считал своей самой важной книгой, «Этикой» (книгой, которую он начал писать в 1940 году во время пребывания в Бенедиктинском монастыре в Эттале, Бавария). В «Этике» он развил тему ответственности перед Богом в реальных структурах мира, как сотворенного и поддерживаемого Богом, так и испорченного грехом. Бонхёффер противопоставил «человека совести» (который был прежде всего заинтересован в сохранении собственной моральной невиновности, даже при подлинно преступном государстве, и поэтому на него нельзя было положиться в ответственном поведении, хотя это означало рисковать собственной репутацией) и «ответственного человека», который был готов рисковать не только обвинением в измене, но даже смертью, чтобы быть ответственным перед Богом в отстаивании права и принятии ответственности за угнетенных. «Человек для других» (Христос — фраза, заимствованная Бонхёффером у Барта*) был живой, динамичной реальностью, которой жизнь в исторический момент должна была сообразовываться в послушании и любви к Богу.

Когда-то после 17 января 1945 года Бонхёффер был переведен в тюрьму гестапо и СС (Schutzstaffel, или охранные отряды) на Принц-Альбрехт-штрассе в Берлине, затем в концлагерь Бухенвальд 7 февраля 1945 года, а оттуда в три последовательных места в Баварии: Регенсбург, Шёнберг и, наконец, в концлагерь Флёссенбюрг для суммарного военного трибунала и казни через повешение.

Бонхёффер был красноречивым свидетелем христианской веры, радикально вовлеченной в ответственное действие в защиту угнетенных, молчаливым свидетелем «другой Германии» (немецкого политического и военного сопротивления преступному режиму) и enduring теологическим голосом, который транспонировал ансамбль классической протестантской теологии в современный лад. Двойные темы в его экклезиологии служащей церкви «без привилегий» и церкви как живой общины Христа, которая ищет и формирует сообщество с другими, продолжали быть движущей силой экуменического движения внутри его собственной лютеранской общины и мирового христианства. Интерес к Бонхёфферу в значительной степени пересекал все конфессиональные границы и сам был фактором христианского единства и теологического диалога. Как выразился католический теолог-мирянин Уильям Кунс, Дитрих Бонхёффер был «теологом-мостом», тем, кто сделал возможным для православных, католиков и протестантов войти в его мир и мир друг друга под знаком веры в солидарность со страдающим Христом.

В конце 30-х годов Бонхёффер примкнул к группе заговорщиков, планировавших покушение на Адольфа Гитлера и свержение нацистского правительства. Во время поездок в США и Великобританию Бонхёффер передавал информацию от участников движения Сопротивления местным властям. В 1943 году он был арестован и помещен в берлинскую тюрьму гестапо, а после неудачного покушения на Гитлера 20 июля 1944 года отправлен в концлагерь Бухенвальд.

Бонхёффер был повешен 9 апреля 1945 года в концентрационном лагере Флоссенбюрг по специальному распоряжению Гитлера. Накануне ему удалось совершить свое последнее богослужение. Бонхёффер сказал своим сокамерникам: “Это – конец, но для меня – начало жизни”. Ему было всего 39 лет.

Один из последних богословских текстов Бонхёффера – стихотворение "Von guten Mächten treu und still umgeben" (на русский язык не переведено), написанное им во время заключения в гестапо в декабре 1944 года: