Я вошёл в заколдованный лес,

Где русалка - хладна, бессердечна -

Охладила жар моих чресл

Ледяными устами навечно.

В моих чреслах отныне - лёд, ...

Крушим щиты мечами мы,

Раскалываем шлемы.

От нашей рати чада Тьмы

Бегут, от страха немы.

Кровавой битвы грозный вид,

Неверных сокрушенье, ...

За Бога и за Короля

Мы подняли восстание!

Нам наша дорога земля!

Да здравствует Испания! ...

МАКСИМА ВОИНА ХРИСТОВА

PRO FIDE

Должно быть предельно ясно:

Лишь кто пересилить смог

Страх смерти, живя опасно,

По праву речет: С нами Бог!

В одном могучем государстве,

В стране воинственных мужчин,

Салют из гаубиц давался

Ко дню великих годовщин. ...

MILITES CHRISTI TEMPLIQUE

NON NOBIS DOMINE NON NOBIS

SED NOMINE TUO DA GLORIAM

Milites sumus Christi Templique.

Pugna pro Christo ferro ignique!

Dulce pro Deo est et decorum

Mori et novo ordo seclorum.

КЛЯТВА КОРНИЛОВЦА

RLD

За Веру и Отечество

Готов идти на бой

Я с большевицкой нечистью

И жертвовать собой.

Зимой 1939 года Советский Союз объявил войну "буржуазному» (в действительности же - социал-демократическому) правительству Финляндии, под предлогом оказания помощи якобы "восставшему против помещиков и капиталистов финскому пролетариату». Правда, с самого начала у "ограниченного контингента советских воинов-интернационалистов» в этой злополучной "Зимней войне» (1930-1940) дело явно "не заладилось». Так, например, в местах ожесточенных боев красноармейцев с "белофиннами» (надо сказать, что на войну с большевиками пошли все финны поголовно, включая финских коммунистов) на Раатской дороге зимой 1940 года до сих пор лежат останки тысяч неизвестных бойцов Красной армии. Неопознанные останки советских "воинов-интернационалистов» захоронены в братских могилах в лесах Суомуссалми. Согласно финскому историку Пекке Туомикоски, после окончания "Зимней войны» Советский Союз отказался принять трупы всех погибших красноармейцев. До определенного момента останки солдат принимали, но потом, в ...

В течение дня черные вороны Одина облетали весь подлунный мир, после чего, возвращались к престолу своего повелителя, садились ему на плечи и сообщали обо всем увиденном и услышанном за день. Любопытно, что континентальные германцы (в частности, немцы) даже после перехода в Христианство сохранили эти представления, хотя и перенесли их (включая двух воронов-информаторов) на историческую личность – римско-германского императора-крестоносца Фридриха I Барбароссу (а порой и на внучатого племянника Барбароссы - Фридриха II Гогенштауфена). Император Фридрих спит до поры-до времени беспробудным сном в некоем потаенном месте (чаще всего легенды помещают его в недра горы Киффгейзер в Тюрингии или вулкана Этна на Сицилии) со своими верными рыцарями, а два его верных ворона выполняют функции воронов Одина. Получив от них весть о том, что в Иерусалиме процвела наконец увядшая смоковница, проклятая Спасителем за то, что не дала доброго плода, император пробудится, выйдет из недр горы, восстановит Римскую империю, сразится с Антихристом, освободит Святой град Иерусалим, повесит на процветшей смоковнице свой меч и щит и вручит Вселенскую державу, вместе с короной и скипетром Богу – своему Небесному Сеньору. Сходные легенды о Спящем Властелине существовали и у других народов (у французов – о Карле Великом, у британцев – о короле Артуре, у датчан – о Хольгере Датчанине, и т.д.). ...

Чтоб воинство Христово

Мои слыхало зовы,

Чтобы вокруг гремело

Врагу наперекор

Друзья! Рубите смело!

Вперед! А лор! А лор! ...