На князя Павла Михайловича Авалова (1887-1974), одного из несправедливо обойденных вниманием неблагодарного потомства белых военачальников периода Гражданской войны в России, было навешано немало нелестных и даже оскорбительных ярлыков (вроде "обормот Авалов" вместо "Бермондт-Авалов" и т.п.), причем не только большевицкими историками, враждебными ему, так сказать, "по должности". Хотя "на пике" возглавляемого им движения князь Авалов имел под своим командованием более 50 000 штыков и сабель, которые, при определенном раскладе сил, могли сыграть решающую роль в разгроме большевизма, о нем – даже в среде белой эмиграции! – предпочитали не упоминать. Не с теми дружил! В отличие от большинства других вождей Белого движения, преданных демократически-республиканским идеалам и слепо уповавших на помощь двуличной Антанты, монархист князь Авалов, подобно донскому атаману генералу П.Н. Краснову, нашел в себе достаточно политической мудрости и протянул руку недавним противникам – германцам.