Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Международная военно-историческая ассоциация
Несвоевременные военные мысли ...{jokes}




***Приглашаем авторов, пишущих на историческую тему, принять участие в работе сайта, размещать свои статьи ...***

Александр I, Император. Ч. 2

Часть I. Великий Князь Александр Павлович. 1777—1796.

Часть II. (Эпоха преобразований. 1801—1810).

Период первый.

Эпоха преобразований. 1801—1810.

В первом часу пополуночи, с 11-го на 12-е марта 1801 года, граф Пален явился в Михайловском замке к Цесаревичу Александру Павлович, с известием о скоропостижной кончине Императора Павла...

Горесть Александра Павловича была неописанная; он заливался слезами...

В это самое время князь И. А. Зубов разбудил Великого Князя Константина Павловича и привел его к воцарившемуся Императору. Только с трудом граф Пален уговорил Александра выйти к собранным в замке войскам Преображенского и Семёновского полков.

«C’est assez faire l’enfant", сказал Пален, «allez regner, venez vous montrer aux gardes". Затем, новый Государь немедленно переехал в санях в Зимний Дворец. Императрица Елисавета Алексеевна осталась в Михайловском замке утешать вдовствующую Императрицу Марию Феодоровну.

В два часа ночи призван был в Зимний Дворец уволенный с 1800 года от всех дел по болезни Д. И. Трощинский. Александр кинулся к нему на шею и сказал: «будь моим руководителем".

Ему поручили тотчас же написать манифест о вступлении на престол Императора Александра Первого.

Манифест возвещал следующе: «Судьбам Всевышнего угодно было прекратить жизнь Императора Павла Петровича, скончавшегося скоропостижно апоплексическим ударом и ночь с 11-го на 12-е марта. Мы, восприемли наследственно Императорский Всероссийский Престол, восприемлем купно и обязанность управлять Богом нам врученный народ по законам и по сердцу в Бозе почивающей Августейшей Бабки Нашей Государыни Императрицы Екатерины Великия, коея память Нам и всему отечеству вечно пребудет любезна, да, по её премудрым намерениям шествуя, достигнем вознести Россию на верх славы и доставить ненарушимое блаженство всем верным подданным Нашим."

Этими словами, вылившимися в минуту счастливого вдохновения, Трощинский воспламенил сердца подданных искреннейшею любовью к молодому Императору и успокоил умы, еще взволнованные пережитыми тяжелыми днями...

Присяга новому Императору и Наследнику, «который назначен будет", совершилась повсюду утром 12-го марта в величайшем порядке. Среди всеобщего ликования всех сословий, задумчив и печален оставался один Александр. Смерть отца произвела на него потрясающее впечатление. На выходе 12-го марта вся поступь его и осанка изображала человека, удрученного горестью и растерзанного неожиданным ударом рока. Александр рассказывал впоследствии Р. С. Стурдзе (графине Эдлинг), что он должен был тогда скрывать свои чувства ото всех его окружающих, и потому нередко запирался в отдаленном покое и там, предаваясь скорби, испускал глухие стоны, сопровождаемые потоками слез. В сознании его, царская власть, которую он принял на себя столь неохотно, являлась одним тяжелым бременем. Вид огорченного Императора-сына приобрел ему сердца всех, замечает справедливо один из очевидцев 1801 года. «После четырех лет", пишет другой современник этой эпохи, «воскресает Екатерина из гроба, в прекрасном юноше. Чадо её сердца, милый внук её, возвещает манифестом, что возвратить нам её времена". (Записки Вигеля).

Близкое к Александру лицо написало на другой день после восшествия на престол по поводу события 12-го марта следующие правдивые строки: «Его чувствительная душа навсегда останется растерзанною... Только мысль о возвращении своему отечеству утраченного благосостояния может поддержать его. Ничто другое не могло бы придать ему твердости. Она же необходима ему, потому что единому Богу известно, в каком состоянии получил он эту Империю..." «...Все тихо и спокойно, если не говорить о почти безумной радости, охватившей всех от последнего мужика до высших слоев общества; грустно, что это даже не может удивлять... Я дышу свободно вместе со всей Россией". Эти слова любящего его человека оказались пророческими. Действительно, чувствительная душа Александра навсегда осталась растерзанною. «Все неприятности и огорчения, какие мне случатся в жизни моей, я их буду носить как крест", сказал Император Александр.

Вся мыслящая Россия встрепенулась при известии о воцарении Александра. Восторг был всеобщий и искренний, и, по свидетельству современников, выходим даже из пределов благопристойности. Общество как бы возрождалось к новой жизни, «очнувшись от терроризма человека, который четыре года, не ведая, что творить, мучил Богом вверенное ему царство". На улицах люди плакали от радости, обнимая друг друга, как в день светлого Воскресения. Природа как бы участвовала в общей радости; до 12-го марта погода была сырая и пасмурная, с воцарением Александра засияло солнце на долго... Легко было начать новую эпоху, опираясь на такую веру, на такую радость! Все с упованием взирали на юного Государя; молодой, прекрасный собой, с кротким и задумчивым взглядом, застенчивый и приветливый, он мог очаровать всех. Россия увидела исполнение Державинского стиха: «Будь на троне человек". Ужасные мысли о тюрьмах, пытках, ссылках рассеялись как зловещие призраки; их заменила надежда на народное благосостояние и на личную безопасность.

Граф Завадовский в своей переписке с графом Семеном Романовичем Воронцовым посвятил оценке событий

12-го марта несколько своеобразных строк: «Жиды чают Мессии, но спасающий нас обрадовал внезапно... благоволением судьбы вышли мы из томных дней. Заживают раны от муки прежней, по удостоверению, что отверженные кнут и топор больше не восстанут: ибо ангел, с стороны кротости и милосердия, царствует над нами. Зады Иоанна Грозного мы испытали, измеряй по тому радость общую, когда можем подымать дух и сердце, когда никто не имеет страха мыслить и говорить полезное и чувствовать себя".

Незабвенный историограф наш Карамзин оставил в «Записке о древней и новой России" правдивую и красноречивую характеристику правления Павла, пронёсшегося, по его словам, над Россией подобно грозному метеору: «Павел, — пишет Карамзин — восшел на престол в то благоприятное время для самодержавия, когда ужасы французской революции излечили Европу от мечтаний гражданской вольности и равенства, но что сделали якобинцы в отношении к республикам, то Павел сделал в отношении к самодержавию: заставил ненавидеть злоупотребления оного. По жалкому заблуждению ума и вследствие многих личных претерпенных им неудовольствий, он хотел быть Иоанном IV, но россияне имели уже Екатерину II, знали, что Государь не менее подданных должен выполнять свои святые обязанности, коих нарушение уничтожает древний завет власти с повиновением и низвергает народ со степени гражданственности в хаос частного и естественного права.

Сын Екатерины мог быть строгим и заслужить благодарность отечества; к неизъяснимому изумлению россиян, он начал господствовать всеобщим ужасом, не следуя никаким уставам, кроме своей прихоти, считал нас не подданными, а рабами; казнил без вины, награждал без заслуг, отнял стыд у казни, у награды — прелесть; унизил чины и ленты расточительностью в оных; легкомысленно истреблял долговременные плоды государственной мудрости, ненавидя в них дело своей матери, умертвил в полках наших благородный дух воинский, воспитанный Екатериною, и заменил его духом капральства. Героев, приученных к победам, учил маршировать, отвратил дворянство от воинской службы; презирал душу, уважал шляпы и воротники; имея, как человеку природную склонность к благотворению, питался желчью зла; ежедневно вымышлял способы устрашать людей и сам всех более страшился; думал соорудить себе неприступный дворец, соорудил гробницу! Заметим черту, любопытную для наблюдателя: в сиё царствование ужаса, по мнению иностранцев, россияне боялись даже и мыслить: нет, говорили и смело, умолкали единственно от скуки частого повторения, верили друг другу и не обманывались. Какой-то дух искреннего братства господствовал в столицах; общее бедствие сближало сердца, и великодушное остервенение против злоупотреблений власти заглушало голос личной осторожности".

Когда весть о вступлении на престол Императора Александра дошла до Лагарпа, он написал своему бывшему воспитаннику нижеследующий привет: «Я не поздравляю вас с тем, что вы сделались властителем тридцати шести миллионов подобных себе людей, но я радуюсь, что судьба их отныне в руках Монарха, который убежден, что человеческие права — не пустой призрак, и что глава народа есть его первый слуга. Вам предстоит теперь применить на деле те начала, которые вы признаете истинными. Я воздержусь давать вам советы; но есть один, мудрость которого я уразумел в несчастные восемнадцать месяцев, когда я был призван управлять страной. Он состоит в том, чтобы в течении некоторого времени не останавливать обычного хода администрации, не выбивать её из давней колеи, а внимательно следить за ходом дел, избегая скоропостижных и насильственных реформ. Искренно желаю, чтобы человеколюбивый Александр занял видное место в летописях мира, между благодетелями человечества и защитниками начал истины и добра".

В этом письме проглядывают уже новые идеи, служащие доказательством поворота, последовавшего в образе мыслей Лагарпа, после политического опыта, вынесенного им за время управления Гельветическою директорией. Император Александр 9-го мая ответил Лагарпу, что первою истинною радостью с тех пор, как он стал во главе своей несчастной родины (malheureux рауs), было получение письма от него. «Верьте, любезный друг", писал Государь, «что ничто в мире не могло также поколебать моей неизменной привязанности к вам и всей моей признательности за ваши заботы обо мне, за познания, которые я вам обязан, за те принципы, которые вы мне внушили, и в истине которых я имел столь часто случай убедиться. Не в моей власти оценить все, что вы для меня сделали, и никогда я не в состоянии буду заплатить за этот священный долг. Буду стараться сделаться достойным имени вашего воспитанника и всю жизнь буду этим гордиться; я перестал писать вам лишь повинуясь самым положительным приказаниям, но не перестал думать о вас и о проведенных с вами минутах... Об одной милости прошу вас — писать ко мне от времени до времени и давать мне ваши советы, которые будут мне столь полезны на таком посте, как мой, и который я решился принять только, в надежде быть полезным моей стране и предотвратить от неё в будущем новые бедствия... Скажу вам только, что более всего мне доставляет забот и труда согласовать частные интересы и ненависти и заставить других содействовать единственной цели -общей пользе.

Ряд мероприятий, последовавших с воцарением Александра, не замедлил оправдать надежды, единодушно возлагавшиеся в то время на нового Государя друзьями человечества. Все отрасли государственного управления приведены были к 1801

Году в неописанный беспорядок. Поэтому первые заботы нового правительства заключались в отмене перемен, внесенных Императором Павлом в учреждения своей матери, и в возвращении сословиям и обществам присвоенных им прежде прав, попранных неограниченным произволом, воцарившимся с 1796 года. Этот произвол прервал стремление, обнаруженное законодательством Екатерины ввести в России правильную общественную организацию и начать твердое определение прав отдельных сословий, для их гражданской самодеятельности. Александр, подготовленный воспитанием к принятию новых общественных идей, обнаружил явное стремление, на место произвола и насилия водворить закон и справедливость. Он не побоялся даже открыто высказать, что не признает на земле справедливой власти, которая бы не исходила из закона.

Для исполнения своих благих намерений Государю безотлагательно нужно было обновить личный составь главнейших государственных деятелей, окружавших в последнее время Павла Петровича. С этого и начал новый Император.

Генерал-прокурор Обольянинов был немедленно уволен; на его место призван 16-го марта генерал-от-инфантерии Александр Андреевич Беклешов, занимавши уже некогда эту важную должность в царствование Павла.

Действительному тайному советнику барону Васильеву приказано вступить в прежнюю должность государственного казначея, вместо действительного тайного советника Державина, которому велено только присутствовать в Сенате. (Император Павел уволил барона Васильева от всех дел 22-го ноября 1800 года, поручив его должность Державину. Державин был исключен из Совета, которого он состоял членом).

Ближайшим сотрудником по внутренним делам избран тайный советник Дмитрий Прокофьевич Трощинский, он был назначен состоять при Особе Его Величества у исправления дел, по особой доверенности Государя на него возложенных. При нем повелено быть статскому советнику Сперанскому, со званием статс-секретаря (15-го марта).

Граф Петр Алексеевич фон-дер Пален сохранил за собою то влиятельное положение, к которому был призван в царствование Павла; он продолжал занимать место петербургского военного губернатора, управляющая гражданскою частью в Петербургской, Лифляндской, Эстляндской и Курляндской губерниях, командующего войсками петербургской инспекции и первоприсутствующего в коллегии иностранных дел; вместе с тем он занимал еще должность великого канцлера державного ордена Св. Иоанна Иерусалимского. Граф Пален отказался только от управления почтовым департаментом, который с 13-го марта поручен Трощинскому.

Граф Никита Петрович Панин, находившийся с 20-го декабря 1800 года в ссылке в своей деревне, был возвращен ко Двору. Император Павел назначил графа Н. И. Папина вице-канцлером, 7-го января 1800 года, с пожалованием в действительные тайные советники; 15-го ноября 1800 года графу Панину повелено присутствовать в Сенат, а 17-го декабря того же года он был отставлен от службы и затем выслан из столицы.

16-го февраля 1801 года генерал-прокурор Обольянинов сообщил графу Панину, что Государь снова разрешил ему въезд в обе столицы. Возвращение его в Петербург сбылось, однако уже в новое царствование 21-го марта Панин явился в Зимнем Дворце. Император Александр принял графа с невыразимою добротою, обнял его со слезами и сказал: что он вызван им для того, чтобы снова взяться за управление внешними делами и коллегией иностранных дел. Князь Александр Борисович Куракин должен был сохранить за собою номинально вице-канцлерство, а граф Пален оставлен членом коллегии. Император был настолько милостив, что спрашивал графа Панина согласен ли он служить с ними, положительнейшим образом уверяя, что он один будет управлять иностранными делами. Никита Петрович отвечал, что уважение и доверие Государя суть единственные предметы его честолюбия, и что на службе он не признает никакого совместничества. «Если говорить о добродетелях нашего нового монарха" - писал в марте 1801 года граф Панин - «и о чувствах, которые он внушает всем, кто к нему приближается, то я бы никогда не кончил. Это сердце и душа Екатерины II, и во все часы дня он исполняет обещание, данное в манифесте".

Между тем тело Императора Павла было выставлено для прощания народа в тронной зале Михайловского замка и 23-го марта, в страстную субботу, перенесено в Петропавловский собор. Император Александр шествовал за гробом в черной мантии и шляпе с флером. В тот же день последовало отпевание и погребение.

Печальные придворные церемонии, продолжавшиеся почти две недели, начиная с 12-го марта, не препятствовали, однако обнародованию целого ряда правительственных мер, которыми Александр спешил исправить вред, нанесенный России мерами его родителя. Почти каждый день царский указ уничтожал какую-нибудь несправедливость, насилие, стеснение, произвол, и открывал свободный путь к новой и благотворной деятельности. «Воспитанник Лагарпа, друг просвещения и свободы, враг этикета сказался вполне". Освобождение несчастных жертв тайной экспедиции было первым подвигом монарха, принявшего скипетр

12-го марта; несколько сот человек увидели свет Божий и были возвращены обществу. Петропавловская крепость в первый раз опустела вдруг — и надолго. Об этом последовал 15-го марта указ Сенату, в котором объявлялось прощение людей, содержащихся по делам, производившимся в тайной экспедиции. Довольно трудно определить точную цифру всех прощенных и освобожденных несчастных и по большей части невинных жертв истекшего грозного четырёхлетия. По именному списку, приложенному к указу 15-го марта, оказывается, что прощению и освобождению подлежали 153 человека. Но в бумагах Трощинского (Государственный Архив. Разряд V. № 206) сохранились по этому делу следующие данные: оказывается, что по спискам в тайной экспедиции числилось до 12-го марта 1801 года арестантов, сосланных в крепость и монастыри, в Сибирь, по разным городам и живущих в деревнях под наблюдением всего 700 человек. Из этого числа по 21-е марта, т.-е. до погребения Императора Павла, всемилостивейше прощено и освобождено 482 человека; затем отбирались справки по поведению и неизвестности преступлений о 54 лицах, и неосвобожденными оставались еще 164 человека. В числе помилованных указом 15-го марта находились: бывший коллежский советник Александр Николаевич Радищеву находившийся тогда в Калужской губернии, по возвращении из Сибири (в царствование Павла Петровича), артиллерии подполковник Алексей Петрович Ермолову проживавший в ссылке в Костроме, и Зейдер, бывший Дерптский пастор, сосланный после наказания кнутом в Нерчинск.

Когда камергер Рибопьер вышел из каземата Петропавловской крепости, он увидел, что на дверях его темницы приклеена была надпись: «Свободна от постоя" свидетельствующая о настроении, в котором узники расставались с местом своего заключения.

Государь, узнав об этом, сказал: «желательно, чтобы навсегда".

Указом, данным военной коллегии 13-го марта, на другой день по воцарении Императора Александра, повелено: «всех выключенных по сентенции военного суда, и без суда генералов, штаб- и обер-офицеров, «считать отставленными от службы".

15-го марта эта милость распространена и на гражданских чиновников, из службы выключенных или отрешенных без суда и без законного Исследования.

По свидетельству А. С. Стурдзы, число лиц, возвратившихся на службу и получивших прежние права, по новому человеколюбивому указу, простиралось до 12.000 человек.

Другие важнейшие указы Императора Александра, появившиеся в течении трех месяцев вслед за 12-м марта, представляют собою целый ряд освободительных мер и служат лучшей характеристикой наступившей новой, небывалой эпохи русской истории.

14-го марта — снятие запрещения на вывоз различных продуктов и товаров из России.

15-го марта — манифеста, объявлявший амнистию беглецам, укрывшимся в заграничных местах; все вины их, кроме смертоубийства, предавались забвению. Того же числа последовал указ о восстановлении дворянских выборов.

16-го марта — снятие запрещения на привоз в Россию разных товаров из чужих краев.

17-го марта — отмена в губернских городах ратгаузов и в уездных opдонанс-гаузов.

19-го марта — указ, объявленный обер-полицеймейстеру графом Паленом, чтобы чиновники полицейские «отнюдь из границ должности своей не выходили, а тем менее дерзали причинять никому никаких обид и притеснений".

22-го марта — о свободном пропуске едущих в Россию и отъезжающих из неё.

24-го марта — отмена запрещения на вывоз за границу хлеба и вина.

31-го марта — об отмене запрещения Императора Павла (от 18-го апреля 1800 года) ввозить из-за границы книги и музыкальные ноты и о распечатании частных типографий, закрытых указом 5-го июня 1800 года и о дозволении им печатать книги и журналы. Того же числа объявлена роспись кавалерийским и пехотным полкам, коим Высочайше повелено именоваться прежними историческими именами, вместо введенного Императором Павлом названия по именам шефов.

2-го апреля Император Александр прибыл в Сенат, и, заняв председательское место в общем собрании Сената, велел прочесть подписанные им в тот день пять манифестов:

1) о восстановлении жалованной дворянству грамоты; 5-го мая Высочайше утвержден доклад Сената, составленный на основании манифеста 2-го апреля, о восстановлении статей дворянской грамоты, отмененных указами Императора Павла; между прочими и о восстановлении свободы от телесного наказания, которому подвергались дворяне при Павле, в противность жалованной грамоте;

2) о восстановлении городового положения и грамоты, данной городам;

3) о свободном отпуске российских произведений за границу, об оставлении сбора пошлин с оных на прежнем основании и о предоставлении казенным поселянам пользоваться лесами, в чем они были затруднены лесным ведомством;

4) об уничтожении тайной экспедиции и о ведении дел, про изводившихся в оной в Сенате, и

5) об облегчении участи преступников и о сложении казенных взысканий до 1.000 рублей.

Приведены здесь некоторые выражения этого достопамятного указа: «Рассуждая, что в благоустроенной государстве все преступления должны быть объемлемы, судимы и наказуемы общею силою закона, мы признали за благо не только название, но и самое действие тайной экспедиции навсегда упразднить и уничтожить) повелевая все дела, в оной бывшие, отдать в Государственный Архив к вечному забвению; на будущее же время ведать их в 1 и 5 департаментах Сената, и во всех тех присутственных местах, где ведаются дела уголовная. Сердцу нашему приятно верить, что, сливая пользы наши с пользами наших верноподданных и поручая единому действию закона охранение Имени Нашего и государственной целости от всех прикосновений невежества или злобы, мы даем им новое доказательство, колико удостоверены мы в верности их к нам и престолу нашему, и что польз наших никогда не разделяем мы от их благосостояния, которое едино составлять всегда будет все существо мыслей наших и воли.

8-го апреля — об уничтожении виселиц, поставленных в городах при публичных местах и к которым прибивались имена провинившихся чинов.

9-го апреля — об обрезании пуклей у солдат; косы сохранялись и, имея 4 вершка длиною, должны были завязываться в половину воротника. «Е. И. В., делая сие облегчение, сказано в указе, надеется, что г.г. шефы тем более будут наблюдать опрятность нижних чинов".

Только вторая война с Наполеоном избавила русскую армию от кос.



Назад Вперед
Название статьи:   Александр I, Император. Ч. 2
Категория темы:   Российская империя Александр I Русско-Австро-Французская война 1805 г. Русско-Прусско-Французская война 1806-07 гг. Русско-Турецкая война 1806-1812 гг. Русско-Шведская война 1808-09 гг. Отечественная война 1812 г. Романовы
Автор (ы) статьи:  
Источник статьи:    Отечественная война 1812 года. Энциклопедия. — М.:"Российская политическая энциклопедия" (РОССПЭН), 2004. - 880 с., илл.
Дата написания статьи:  30 сентября 2021
Статьи, использованные при написании этой статьи:  Харкевич В. И., Переписка имп. Александра и Барклая де Толли в Отечественную войну, ВС, 1903, № 11-12, 1904, № 1-2, 1906, № 3-8; Переписка имп. Александра I с сестрой великой княгиней Екатериной Павловной, СПб., 1910; Tatistcheff S., Alexandre I et Napoleon d’apres leur correspondance inddite (1801-1812), Paris, 1891; Дипломатические сношения России и Франции по донесениям послов имп. Александра и Наполеона (1808-1812), т. 1-6, СПб., 1905-08; ВПР, сер. I, т. 1-8, М., 1960-72, Л.М. Гаврилова НАГРАЖДЕНИЯ ИНОСТРАННЫМИ ОРДЕНАМИ РОССИЙСКИХ ИМПЕРАТОРОВ И ИМПЕРАТРИЦ
Источник изображений:  Sotheby's, библиотека конгреса США и др., ГЭ, Росархив; Российская Национальная Библиотека
Рекомендуемая литература по теме этой статьи:  Богданович М. И., История царствования императора Александра I и России в его время, т. 1-6, СПб., 1869-71; Соловьев С. М., Император Александр I. Политика. Дипломатия, СПб., 1877 (последнее изд. - М., 1995); Шильдер Н. К., Император Александр I. Его жизнь и царствование, т. 1-4, СПб., 1905; Николай Михайлович великий князь, Император Александр I, т. 1-2, СПб., 1912; Дживелегов А. К., Александр I и Наполеон, М., 1915; Пресняков А. Е., Александр I, М., 1924; Троицкий Н. А., Александр I и Наполеон, М., 1994; Сахаров А. Н., Александр I. М., 1998; Безотосный В. М., Два императора, ≪Родина≫, 2002, спец. выпуск Россия и Наполеон; Вандаль А., Наполеон и Александр I, т. 1-3, СПб., 1911-13; Труайя А., Александр I, или Северный Сфинкс, М., 1997; O l i v i e r D., Alexandre I. Prince des illusions, Paris, 1973.

Уважаемый посетитель, Вы вошли на сайт как не зарегистрированный пользователь. Для полноценного пользования мы рекомендуем пройти процедуру регистрации, это простая формальность, очень ВАЖНО зарегистрироваться членам военно-исторических клубов для получения последних известей от Международной военно-исторической ассоциации!

Комментарии (0)  Напечатать
html-ссылка на публикацию
BB-ссылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

ВАЖНО: При перепечатывании или цитировании статьи, ссылка на сайт обязательна!

Добавление комментария
Ваше Имя:   *
Ваш E-Mail:   *


Введите два слова, показанных на изображении: *
Для сохранения
комментария нажмите
на кнопку "Отправить"




I Мировая война Австрийская армия Античный мир Артиллерия Белое движение Великая Отечественная война Военная медицина Военно-историческая реконструкция Военно-монашеские ордена Вольфганг Акунов Выставки Германская империя Гражданская война Декабристы Донское казачество Древняя Русь Екатерина II Инфантерия Исторические документы История Фашизма История полков Кавалерия Казачество Крым Крымская война Наполеоновские войны Николаевская академия Генерального штаба Оружие Отечественная война 1812 г. Офицерский корпус Петр I Покорение Кавказа Польская кампания 1831 г. Просто Большевизм Революционные войны Российская Государственность Российская империя Российский Императорский флот Россия сегодня Русская Гвардия Русская Императорская армия Русская армия Русско-Австро-Французская война 1805 г. Русско-Прусско-Французская война 1806-07 гг. Русско-Турецкая война 1806-1812 гг. Русско-Турецкая война 1828-29 гг. Русско-Турецкая война 1877-78 гг. Русско-японская война 1904-1905 гг. Фортификация Французская армия


Военно-историческая реконструкция

ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЕНО

съ тъмъ, чтобы по напечатанiи, до выпуска изъ Типографiи, представлены были въ Цензурный Комитет: одинъ экземпляръ сей книги для Цензурного Комитета, другой для Департамента Министерства Народного Просвъщения, два для Императорской публичной Библiотеки, и один для Императорской Академiи Наукъ.

С.Б.П. Апреля 5 дня, 1817 года

Цензоръ, Стат. Сов. и Кавалеръ

Ив. Тимковскiй






{sape_teaser}



Поиск по материалам сайта ...
Общероссийской общественно-государственной организации «Российское военно-историческое общество»
Проголосуй за Рейтинг Военных Сайтов!
Сайт Международного благотворительного фонда имени генерала А.П. Кутепова
Книга Памяти Украины
Музей-заповедник Бородинское поле — мемориал двух Отечественных войн, старейший в мире музей из созданных на полях сражений...
Top.Mail.Ru